YanDaiXie Street No.10 book, Кальянный переулок книга

21 Mar. 2019 ·  vlada  ·  Кальянный переулок №10

 

КАЛЬЯННЫЙ ПЕРЕУЛОК, № 10

 

 

Перевод: Лина Нгуен

Корректор: Марина Лаптева

Редактор: Елена Туравинина

 

 

 

 

Глава 1: Добросердечный господин и глупец.

Я Красавчик: Моя шиншилла беременна!! 

Любовь 123: Поздравляю! 

Я Красавчик: Что же делать? 

Любовь 123: Какого цвета? 

Я Красавчик: Пепельно-серые как положено, оба!

Любовь 123: Когда вы купили их в нашем магазине?

Я Красавчик: А? Я не покупал у вас!

Хан Хан смотрел на монитор, большие, как горошины, капли пота катились по его лбу...

Человек с ником «Я Красавчик» продолжал расспрашивать на страничке магазина...

«Что с этим человеком? Он не покупал у меня, но хочет, чтобы я разбирался с этим»

Поговорив с тем человеком, и поняв состояние его ухода за шиншиллами, Хан Хан подумал: «Ну ладно, немножко вмешаюсь. Раз он нашел меня, то это можно считать судьбой, кроме того, я сам тоже очень люблю шиншилл. Этот парень и правда не умен, боюсь, что не справится в первой беременностью».

Хан Хан уже вмешался в это. Вот если бы не знал, то ничего, но теперь, когда он знает, то просто не может сидеть, сложа руки. Кроме того, этот человек все равно, что очередной покупатель, который сам пришел к ним, корм, еда, и кучу всяких вещей, все это довольно прибыльно. Хан Хан уверен в том, что этот человек просто не может не купить эти вещи в его магазине.

Собеседник спросил адрес, узнав, что магазин находится в Кальянном переулке, № 10. То обрадовался, сказав, что живет у Имперского Колледжа, который расположен рядом. 

Хан Хан наблюдал, как глуповатый парень вышел из сети, просидел перед компьютером еще немного, дел сегодня на «Таобао» было мало.

Прозвучал колокольчик, висевший на двери магазина. Хан Хан поднял голову и увидел мисс Чжу и ее бобтейла по кличке Супермен. 

  • Хай, я пришла. 
  • Вы сегодня рано. Прошу, садитесь. Мы сейчас же начнем.

Хан Хан налил в стаканчик холодной воды и подал мисс Чжу. Бобтейл покорно сел рядом. 

  • У меня есть привычка приходить сюда в первую очередь. 

Из своей сумки мисс Чжу вытащила журнал, а также собачью миску, затем запустила туда немного еды.

Здравствуйте, - дверной колокольчик снова прозвенел. На этот раз зашла девушка примерно 18 19 лет.

  • Здравствуйте. Чем я могу вам помочь? 
  • Мне нужен собачий корм. 
  • Конечно. Какой марки? 
  • «Педигри». Сколько за килограмм?
  • С начинкой или обычный? 
  • С начинкой. 
  • 8 юаней. 
  • А! Так дешево. 
  • Да. Сколько вам нужно? 
  • Хм... Упакуйте мне 4 кило, больше я просто не смогу унести.
  • Хорошо. Пожалуйста, подождите секунду. Хотите воды? У нас есть автомат с холодной водой, стаканчики рядом.
  • Как хорошо. Я только недавно переехала сюда, иметь зоомагазин рядом это так удобно. - Девушка взяла стаканчик и налила немного воды. - Сегодня очень жарко. 
  • Да, это же лето. Где вы живете?
  • У Центральной академии драмы. 
  • О, это близко. 
  • Все правильно, я буду заходить постоянно. 

Хан Хан принес 2 пакета с 4 килограммами корма:

  • Вот корм для собаки. 
  • Отлично, сейчас заплачу. - Сказав это, девушка подошла к кассе. – А, точно, в какую сумму здесь обойдется уход за питомцем? 
  • Какая порода? 
  • Шнауцер!
  • Если только стрижка 40, а все комбо 120. 
  • Не дорого, а что насчет купания? 
  • 50. 
  • Хорошо. 

 

Вот ваша сдача. Я дам вам визитку. Если что мы дадим вам консультацию.

  • Спасибо. 

Девушка вышла из магазина в приподнятом настроении. Этот зоомагазин не только близко, так еще и его владелец просто красавчик, и цена достаточно приемлемая! «Точно буду заходить сюда часто!»

Когда Мисс Чжу закончила читать журнал, из комнаты, в которой происходили приготовления, вышла Хай Хун. 

  • Мисс Чжу, вы сегодня рано. 
  • Берите Супермена.
  • Хорошо. Иди сюда, Супермен, пошли! Нужно тебя хорошенько выкупать. 

Мисс Чжу посмотрела, как Супермен зашел внутрь, и снова подняла журнал. 

Хан Хан немного размял плечи и снова сел за компьютер. Это был еще один день его обычной жизни. Все правильно, все дни в его жизни так и проходили... У него был зоомагазин среднего размера, в котором продавались различные корма и оказывались различные услуги для любителей животных, были 2 работника: Лин Хай Хун и Цуй Ин Ин - две милые активные девушки, у которых есть лицензия ветеринара. Магазин Хан Хана расположен в «Кальянном переулке» №10, в частном парке. Здесь стоит большое двухэтажное здание в старинном архитектурном стиле. На первом этаже был зоомагазин, а на втором этаже было его личное пространство. Эта земля была куплена его отцом много лет назад, кроме этого здания у них так же есть еще один дом в Тяньаньмэнь. К сожалению, они пустуют, потому что родители - дипломаты, поэтому обычно живут за границей.

Каждый день Хан Хан просыпался в 10 часов, а магазин открывал ровно в 10:30. Рабочие часы с 10:30 до 22:30. Хай Хун и Ин Ин ежедневно сменяли друг друга в 16 часов. Они проработали здесь уже почти 2 года, у них были отличные отношения с питомцами посетителей.

  У Хан Хана не было любимого хобби, только животные и путешествия. Его любимым питомцем был Лонг Лонг, самец, которому в этом году исполняется 4 года, у них очень близкие отношения. По идее, (по теории) жизнь Хан Хана полноценна, все, что нужно у него есть, вот только не хватает друга, человека, и желательно, чтобы это тоже был мужчина.

- Да, с Тяньаньмэнь до этого магазина так и едете.  

Лян Цзэ сидел на заднем сидении такси, рядом это его 2 шиншиллы серого цвета. Этих двух разделили - так как самка в период беременности отвергает самца, в общем, не разделить их на данный момент просто было невозможно.

Лян Цзэ со страхом и тревогой посмотрел на своих любимых шиншилл, боясь чего-то плохого. 

Когда Лян Цзэ покидал квартиру, он знал, что для решения его проблемы будет достаточно 700 юаней. Немного расстраивал тот факт, что больше, чем 700 в кошельке не оказалось. Прошлой ночью Лян Цзэ праздновал на славу. Неудивительно, что кошелек почти пуст. Его хитрым друзьям нравилось напиваться с Лян Цзе, чем больше он пьет, тем больше это радует его друзей, так как стоит только ему опьянеть, то сразу же начинает говорить:

Кто посмеет платить, я дам этому человеку взбучку, плачу я! 

В такие минуты Лян Цзэ обязательно хотел платить за всех, но каждый раз, когда после всего этого трезвел, то просто непрерывно упрекал себя.

Лян Цзэ знал, что просто одержим одним правилом: если получил зарплату, значит нужно всех угостить выпивкой, и не просто угостить, а так чтобы все деньги в кармане ушли.

Лян Цзэ был вольным писателем, в основном зарабатывал себе на жизнь письмом, постоянный заработок - это статьи для журнала «П», в котором у него была отдельная колонка, а официальный доход от этого составлял 1500 юаней. А остальное - это рукописи, они тоже довольно стабильны, а еще он пишет новеллы, В прошлом году в журнале «История» была опубликована его новелла «Обожаемый», удостоенная почетной литературной премии. Сейчас он подписал контракт с издательством и очень хочет, чтобы они опубликовали его первую длинную новеллу

«Незыблемый расцвет». Она повествует о трех женщинах из разных эпох, ставших свидетелями взлетов и падений их семей и всего общества. Все правильно, Лян Цзэ человек на которого, взглянув, никогда бы не назвал его почетным новеллистом, но он все же новеллист. 

Почему же он не похож? По словам друзей, его разум ограничен его произведениями.

Да, это правда. Он очень неряшливый и глупый человек. Давайте поподробнее. 

Неряшливый. 

Лян Цзэ жил один в двухкомнатной квартире у Имперского Колледжа, так как, когда он был маленьким, его родители внезапно погибли в результате несчастного случая, кроме того его единственный старший брат женился и обзавелся детьми, так что в этой квартире остался он один. Маленькая спальня стала кабинетом, и теперь это с трудом, но можно назвать самым чистым местом в квартире. В другой же спальне в течение года лежали грязные подушки и одеяло, старая и новая одежда валялись на полу, иностранные новеллы были раскиданы по углам и т.д. Хуже всего дела обстояли дела в гостиной. Она была переполнена ненужными дорогими вещами. Это действительно можно было назвать мусором, например, зеркало «Сократ», на которое Лян Цзэ потратил 7000 юаней. Совершенно обычное, и даже не антиквариат. Какой-то незнакомец Пан обманным путем вынудил купить его. Другой пример - стоявшая на верхней полке ваза. Якобы она принадлежала династии Тан и была взята прямо из дворца Цин. Лян Цзэ купил ее за 9000 юаней и показал эксперту. Оказалось, что ваза была сделана в 1999 в городе Цзиндечжень. Еще одна вещь - мишка Тедди размером в половину человеческого роста. Ему сказали, что это первый в мире мишка Тедди. Лян Цзэ потратил на него 5000 юаней, а это была лишь подделка из Словакии 1995 года... 

Бестолковый.

Лян Цзэ сделал так много абсурдных вещей, что даже близкие друзья до сих пор называют его глупым. Пример номер 1 - шиншиллы. Впервые он увидел их, когда вместе с невесткой пошел в зоомагазин. В тот раз той захотелось привести в порядок своего пекинеса. Лян Цзэ обратил внимание именно на шиншилл, хотя было и много других животных. Он не знал, как они выглядят. 

Перед ним были какие-то пухлые комочки, похожие на кроликов, сидящих на корточках задом к нему. Лян Цзэ просунул руку в клетку, и, буквально, через секунду шиншилла укусила его за палец. 

Что это?- прокричал Лян Цзэ. 

  • Шиншилла, - ответил владелец. 
  • Почему она укусила меня? - спросил Лян Цзэ. 
  • Потому что сейчас ест, - ответил владелец. 
  • И когда же она перестанет есть? - спросил Лян Цзэ. 
  • Она всегда ест, - ответил владелец. 

В то самое время шиншилла повернулась, и Лян Цзэ сразу же влюбился. Затем обе стороны договорились, что 2 шиншиллы будут стоить 5000 юаней.

Невестка со своим пекинесом вышла из магазина с явной обидой. Она хотела задушить продавца, ведь шиншиллы не стоили и 2000, хотя даже эта цена была слишком большой для них.  Пример номер 2 - награда. После того, как новелла "Обожаемый" была удостоена премии, ему позвонил редактор журнала "История". Сонный Лян Цзэ ответил на звонок и, услышав новости, произнес:

  • А, награда? Великолепно, говорил же, что я гений! 

В его словах не звучало никакой скромности. Старый редактор держал телефон так крепко, ему хотелось просто сломать тому шею. Пример номер 3 - девушки. У Лян Цзэ был только один близкий человек - его старший брат. Хорошо когда старший отдает всю свою любовь младшему, но когда младший очень глуп, старшему остается только сказать: 

  • Братишка, никогда ни с кем не встречайся! 

Почему? Его первая девушка только вытягивала деньги, вторая хотела заставить жениться на ней из-за беременности, но это был вовсе не его ребенок. Третья... Вполне нормальная, но, к сожалению, сбежала с другим мужчиной...

Глупый.

Из тех двух качеств, приведенных ранее, то, что он глуп это, конечно же, можно понять почему...

Лян Цзэ всегда был очень одиноким человеком. Не испытывал одиночества только, когда писал. Однако за всю жизнь ему не часто выпадал такой шанс. Только они могли избавить его от одиночества - шиншиллы. Вот почему, столкнувшись с проблемами, он сразу побежал в «Кальянный переулок»,10. 

Они должны быть в порядке. Если бы что-то случилось, его жизнь уже не была бы нормальной. 

На магазин Хан Хана Лян Цзэ натолкнуло обычное стечение обстоятельств. 

Вчерашней ночью случилась жесткая битва, самец был закусан до ужасного состояния, Лян Цзе зашел в «Байду», и понял, что это возможно, потому что самка беременна. Это были отличные новости, скоро появится новый друг! 

 

Затем он попытался связаться с магазином, в котором купил шиншилл. Когда к телефону подошли, ему прямо с утра уже захотелось кого-то зарезать. Оказалось, что магазин переделали в ресторан. Лян Цзэ был в панике. Как он сможет принять роды у шиншиллы? 

Осознавая серьезность ситуации, он быстро зашел на «Таобао», кликнул на первый попавшийся зоомагазин. Его владельцем оказался именно Хан Хан.

Ветряной колокольчик вновь зазвенел. Хан Хан повернулся и увидел высокого парня примерно своего возраста, который держал в руках большую клетку с шиншиллами. 

Чтобы попасть внутрь, ему пришлось всем телом толкнуть дверь, точно как поросенок. Без лишних слов можно было догадаться, что это именно тот человек с ником «Я красавчик»

Хан Хан начал с огромным интересом оценивать этого человека. Обычно, есть только два типа людей, которые присваивают себе имя «Я Красавчик» - это либо те, кто уродливые и толстые, либо у него ненормально с головой и он страдает аутизмом. У этого человека было красивое лицо, хорошее тело, поэтому, скорее всего, он принадлежит ко второму типу.  ***

  • «Я Красавчик»? -Хан Хан встал, улыбнувшись. 

На мгновение Лян Цзэ опешил, спросив себя: 

«Что не так с этим человеком? Ты красивый, очень красивый. Даже будучи мужчиной, я не могу не признать, что ты красивый, но разве ты не можешь не заставлять меня хвалить, что ты красавчик?!» 

В голове Лян Цзэ думал так, но не смел произносить это вслух: «Ну, хорошо, я тоже не хочу провиниться перед таким человеком как он». Ради детеныша шиншиллы, который вот-вот появится на свет... Терпение!

  • Красавчик! Невероятно красив! - Лян Цзэ искренне кивнул головой. 
  • А? 

Хан Хан чуть не упал со стула. Он все переосмыслил и осознал, что, возможно, этот человек попросту не понял его вопроса. Лян Цзэ подумал, что Хан Хан спрашивает красавчик ли он.

  • Ты невероятно красив. Даже Брэт Питт не сравнится с тобой, правда. Посмотри на шиншилл для меня, пожалуйста! 

Лян Цзэ поставил тяжелую клетку у кассы, искренне восхищаясь Хан Ханом. 

  • Эй, братишка, - Хан Хан вздохнул, - ты не должен восхищаться мной и называть «красавчиком», я просто хочу удостовериться, ты ли тот «Я Красавчик» на «Таобао»? 
  • А! О, черт! Да! 

Это просто имя, которое он выбрал, не задумываясь. Сайт мог и вовсе не понадобиться. Он и понятия не имел, что станет зависать в «Таобао». Лян Цзэ любил жить... так как он был транжира, зайдя на «Таобао», он все раскупит

  • Это я, можешь взглянуть на мою шиншиллу и определить срок беременности? 
  • И как мне это рассмотреть? 
  • Определяешь пульс? 

Хан Хан почувствовал, как скривился нос. Он слышал о том, как доктора считывают пульс у женщин традиционным китайским способом, но никогда не слышал, как ветеринары считывают его у шиншилл. 

  • Когда ты обнаружил, что она беременна? 

Хан Хан все еще придерживался профессиональной улыбки. 

  • Прошлой ночью. 

-.... - Хан Хан потерял дар речи. - Ты видел, как они спаривались? 

  • Нет! 
  • Тогда... Как ты пришел к такому выводу? 
  • Эй, почему ты так не профессионален? Даже я смог этого разглядеть, почему ты не смог?
  • Прости за мою тупость, не мог бы ты тогда подробно объяснить? 
  • Посмотри на шиншилл, которых я принес! Самка сильно поранила самца. 

Хан Хан больше не хотел слушать этой чепухи. Он просто открыл клетку и поманил одного из них с помощью картофельных чипсов. 

  • Это самец! 
  • Я осмотрю его ухо.

Взяв шиншиллу на руки, Хан Хан стал вглядываться в маленькие раны. Он был ей незнаком, поэтому, когда она закончила есть, попятилась назад к клетке. В этот момент Хан Хан обратил внимание на живот и удостоверился в том, что это была самка. 

  • Это самка! 
  • Невозможно! 

Хан Хан отпустил первую шиншиллу и взял вторую. Внимательно осмотрел - самка. 

  • Твои шиншиллы не беременны. 

Хан Хан счастливо посмотрел на Лян Цзэ. 

  • Как это? Разве самка не напала на самца? 
  • Эти шиншиллы – обе самки. 
  • А? 
  • Да. 
  • Не может быть! Продавец сказал мне, что это пара: самка и самец. 

«Хэх, уж этот человек!»

Хан Хан не сердился, но, взяв шиншиллу, показал живот и сказал: 

  • Видишь это? 
  • Ммм… 

Затем взял другую. 

  • Видишь? 
  • Ммм… 
  • Чувствуешь разницу? 
  • Это... Не вижу особой разницы. 
  • Готово! 

«Этот человек упрям, пока не встретит человека, которого он не сможет переспорить, то не остановится».

-Идем со мной, - сказал Хан Хан и пошел за Лонг Лонгом. 

  • Лонг Лонг, иди сюда! 

Лян Цзэ наблюдал, как Хан Хан взял другого шиншиллу и показывал его живот.

  • Сейчас это не то же самое. 

Пуф… - ледяная вода, что Лян Цзэ только недавно набрал полный рот, теперь разлетелось повсюду.

  • Это...
  • Сейчас можешь быть уверен, что они не беременны, но все же, я рекомендую посадить их в разные клетки. Если бы это были самцы, они бы уже убили друг друга. 
  • М-м-м... 

После разговора с Хан Ханом Лян Цзэ осознал жестокую правду. Он решил, что будет держать их в разных клетках, поэтому Хан Хан показал ему несколько. Лян Цзэ видел, что клетка Хан Хана была намного лучше, чем у него. Если бы он купил клетку для одной шиншиллы, то второй пришлось бы жить в старой клетке... Скрипя зубами, решил, что купит обе! Никакой дискриминации. 

Наконец, покупка завершена… две новенькие клетки с роскошным интерьером, две пачки картофельных чипсов в качестве подарка, два пакета с песком и две пачки корма - 750 юаней. 

 

Лян Цзэ отдал все, что у него было. 

Хан Хану понравился этот покупатель, действительно щедрый! 

Перед тем как Лян Цзэ ушел, они обменялись телефонами, Хан Хан сказал Лян Цзэ, что если ему что-то понадобится, то пусть звонит, если неудобно приходить, то ему могут доставить все на дом. В этот момент разносчица обедов принесла две порции обеда и поставила на кассу.

  • Время обеда? 

Лян Цзэ невинно улыбнулся. 

  • Да. 
  • Бенто?
  • М-м-м… 

Хан Хан кивнул. 

  • Пахнет очень вкусно. 
  • Ты голоден? 
  • А, да, я так напился прошлой ночью, что все выбросил. 
  • Если так... Хочешь? В это время как раз пробки...

Хан Хан увидев выражение лица Лян Цзэ, просто не мог не произнести этого, потому, что это было бы неправильно. Тот в это время с аппетитом смотрел на еду,  а в уголках губ текли слюни.

  • Великолепно. Так мило с твоей стороны! 
  • ...  

«Да уж попал прямо в точку! Это, и впрямь, бесцеремонный человек» Глава 2: Самый Нежелательный Гость Планеты.

Я Красавчик: Эй, красавчик, ты там? 

Любовь 123: Привет, «Я Красавчик», я здесь. 

Я Красавчик: Ты мне льстишь. Я точно не красивее тебя. 

Любовь 123: ... 

Я Красавчик: Я хочу кое-что спросить.

Любовь 123: Говори.

Я Красавчик: В прошлый раз я приходил. 

Любовь 123: Да. 

Я Красавчик: А ты знаешь, кто я? 

Любовь 123: Да. Ты приходил с двумя шиншиллами. 

Я Красавчик: Верно. 

Любовь 123: Сейчас ты скажешь, что хочешь купить что-то для них? 

Я Красавчик: Нет! У меня осталась еда еще с прошлого раза. 

Любовь 123: Тогда что? 

Я Красавчик: Можешь спариться со мной? 

Любовь 123: ... 

У некоторых гипоксия мозга является врожденной. Хан Хан понимал, что Лян Цзэ вполне может быть доказательством данного утверждения. 

Общение - это искусство. Иногда, чтобы распознать черты характера человека, не обязательно сидеть перед ним лицом к лицу, достаточно лишь посмотреть на его сообщения. Как правило, эвфемистическая речь свойственна кротким и тактичным, частое употребление смайлов  - признак внутренней пустоты, а конкретика - открытости и доброты, а у людей... что только открыли рот, а уже, так как будто напрашивают на подзатыльник! У таких людей уникальная мозговая структура. 

Да какой нормальный человек так формулирует вопрос?!

«Можешь спариться со мной?» 

Ты мог, по крайней мере, сказать: 

«Можешь помочь моим шиншиллам спариться?» 

«С какого фига ты задаешь мне вопрос, могу ли я спариться с тобой?!»

Мы с тобой можем спариться так же успешно, как эти самки могут забеременеть друг от друга. 

Лян Цзэ все еще был в сети. Хан Хан нахмурился, открыл журнал с номерами телефонов посетителей. Эти слова он, конечно, не стал говорить, но сам факт недосказанности его просто бесил.  

Лян Цзэ сидел на корточках на стуле и играл с шиншиллой, уставившись в экран. Внезапно зазвонил телефон. 

«Кто, черт подери, звонит в такое неудачное время?» - Да? - Лян Цзэ раздраженно ответил на звонок.

На протяжении месяца и до сего дня он размышлял о том, что будет бесчеловечно с его стороны позволить этим прекрасным шиншиллам проживать жизнь в одиночестве. Задумавшись, он внезапно вспомнил очень подходящего энергичного самца, которого показывал Хан Хан. Он все еще думал... 

  • Здравствуйте, Мистер Лян? 
  • Да, говорите. Кто это? 
  • Я - Хан Хан. 

 

Кто? Хан Хан? 

Держа телефон, Хан Хан неожиданно почувствовал, что ему задали сложный вопрос. Как будто его спросили о том, что появилось раньше: яйцо или курица? «Этот парень вообще смотрел визитку?» Разозлившись, Хан Хан решил смутить Лян Цзэ. 

  • Разве ты не просил меня спариться с тобой? 
  • А? А, это ты. Да, да, верно, я хочу с тобой спариться, да! 

Хан Хан глумливо засмеялся. Он не мог поверить, что без труда заставил Лян Цзэ сказать «трахни меня». 

  • Почему ты смеешься? Я, правда, хочу спариться с тобой! - Лян Цзэ был сбит с толку. 
  • ... 

Хан Хан больше не мог смеяться. Желание одурачить Лян Цзэ давно исчезло, да и шутка начала смущать его самого. 

  • Я хотел сказать, - Лян Цзэ беседовал, продолжая играть с шиншиллой, - в прошлый раз вы показывали мне мужской половой орган. Наверное, возраст не большой? Спаривался до этого или нет? Сколько стоит один раз?
  • Мистер Лян, - сказал Хан Хан, - позвольте вас поправить. 
  • М-м-м? 
  • Ты должен добавить еще слово «твоего». Пожалуйста, продолжай. 
  • "Твоего"?

-.......

  • Ну ладно. В прошлый раз вы показывали мне половой орган вашего самца. Он спаривался раньше? Сколько за раз?
  • Да... Именно! «Вашей шиншиллы», пожалуйста, говори «вашей шиншиллы»
  • А... - Лян Цзэ на мгновение озадачился и все переосмыслил. – Хм, хм! Да, да, ясно, ха-ха... но разве ты меня сразу не понял? 

Хан Хан посмотрел на потолок, стараясь успокоиться. 

  • Мне просто кажется, что без потомства две мои самки будут очень одиноки, поэтому я сразу вспомнил о твоей шиншилле... 
  • Я не знаю, сейчас трудно сказать. Все зависит от позиции Лонг Лонга. 
  • А? Ты должен обсудить это со своей девушкой? 

Хан Хан хотел выбросить телефон. Честно говоря, он начал жалеть об этом звонке.

«Хорошо, марсианский идиот, я отправлю тебя на Марс!» 

Эй? Слышишь? Связь плохая? – Хан Хан долго не говорил и Лян Цзэ уже собирался класть трубку.

  • Лонг Лонг - это моя шиншилла. 
  • А! Тогда что еще за позиции? Разве нельзя просто посадить их в одну клетку? 
  • Если бы тебя закрыли в одной комнате с женщиной, ты бы занялся с ней сексом? 

Хан Хан злился и кинул злобный взгляд прямо вперед, его взгляд напугал щеночка, что был в клетке перед ним. Тот задрожал от страха. 

  • Если она сексуальна, то, наверное, да! 
  • ... 
  • Впрочем, не имеет значения. Я не привередливый. 
  • ... 
  • Эй? Алло? Почему молчишь? 

*** Лян Цзэ снова зашел в магазин в Кальянном переулке10 с большой клеткой в руках. 18 часов - то самое время, когда Хан Хан собирался ужинать. Вдобавок, Лян Цзэ столкнулся с девушкой из службы доставки. 

Хан Хан поднял глаза и увидел Лян Цзэ. Все его нервы как будто скрутились. - Красавчик, тебе нужно сменить телефон, потому что у твоего какие-то технические неисправности. Сначала иногда пропадала связь, потом вообще исчезла, а затем и со звонком тоже проблемы появились, не так ли?

Лян Цзэ поставил клетку у кассы, вытирая пот со лба. 

«Отлично, этот идиот снова пришел в мое логово. Посмотрим, какой цирк ты мне еще покажешь?» - Период спаривания начался? 

Хан Хан старался придерживаться своей лучшей улыбки. 

  • Что за «период спаривания»? 
  • ... 
  • Разве это происходит не в любой момент? 
  • У тебя - да. 
  • О, ты имеешь в виду, что у самцов это нормально, а у самок - нет? 
  • ... 
  • Красавчик, у тебя плохое настроение? Почему так неразговорчив сегодня?  

Я все еще могу говорить, - Хан Хан сглотнул, успокаивая себя. 

  • Ты поссорился с девушкой? Позволь сказать, что об этом не стоит волноваться, ведь с ними обычно легко можно договориться... 
  • Давай перейдем к твоим шиншиллам, - Хан Хан сильно сдавил чашку.  - Шиншиллы подождут. Нужно обсудить твою проблему. Посмотри, какое у тебя грустное лицо... Хотя мы еще не знаем друг друга, я думаю, что вполне нормально делиться личным опытом, раз мы оба мужчины. 
  • У меня нет девушки! 
  • Ох, черт, такой взрослый, а смутился, как будто ученик средней школы. 
  • У самок период спаривания обычно с промежутками в 28-35 дней, длится период 4 дня, она будет выделять вязкую жидкость белого цвета. Ее трудно заметить, потому что они обычно сразу съедают это, поэтому ты должен быть внимательнее. 

В этот раз Хан Хан решил сказать все напрямую. 

  • Съедает? - Лян Цзэ заострил на этом свое внимание. - Разве это не грязно? 
  • ... Такова их биологическая сущность.
  • О. Это... 
  • Твоя шиншилла выделяет это? Что касается спаривания, какое потомство ты хочешь? 
  • Я видел твое, ты действительно хорош, ах, нет, я имею в виду твою шиншиллу, ха-ха... 

Хан Хан немного нахмурился. 

  • Спасибо... Хотя этот вопрос решать уже не тебе, так что давай познакомим их друг с другом. 
  • И как это сделать? Создать какую-то романтическую атмосферу в клетке? 
  • Могу я спросить?... Кем ты работаешь? 
  • О, право, я же себя не представил, ха-ха... Я новеллист. 

Хан Хан и не ждал, что Лян Цзэ сможет ответить на вопрос. Первый готовился к очередной насмешке, но, услышав о том, что последний пишет новеллы, призадумался. 

  • Боевик?
  • Нет. 

Лян Цзэ смеялся, наблюдая, как Хан Хан пытается с помощью белых картофельных чипсов выманить Иккю. Он дал это прозвище, будучи уверенным, что это мальчик. Другие называли шиншиллу Сяо Йези (Листочек). 

  • Фантастика? 
  • Нет. 

 

Видя, как Иккю перебежала в другую клетку, Лян Цзэ спросил: 

  • Что такое? 
  • Пусть она и Лонг Лонг посидят пока в разных клетках. Так они смогут узнать друг друга получше. 
  • О. 
  • Мистика? 
  • М-м-м? 
  • Ты пишешь мистические новеллы? 

Хан Хан мог ассоциировать характер Лян Цзэ только с тремя жанрами. 

  • Я пишу литературные новеллы. 

Хан Хан, держа в руках Сяо Йези, от потрясения чуть не уронил ее. 

  • По мне не скажешь, да... Ха-ха... Мои друзья тоже так говорят! 
  • Я уважаю их мнение. 
  • А. 

Сяо Йези посадили к другой шиншилле. 

  • Все должно быть нормально. Давай посмотрим, как они отреагируют друг на друга.

-Сколько ждать? 

  • Каждый раз по-разному. Сейчас лишь начальный этап знакомства. Подожди несколько дней, и, если у них появятся чувства друг к другу, то мы сможем еще больше сблизить их. 
  • А? Тогда куда мне идти? 

Лян Цзэ уставился на Хан Хана. 

  • Что ты сказал? 

Хан Хану показалось, что он чего-то не расслышал. 

«Тебе? Что означает, “где тебе быть”?!»

  • Ведь в день они будут продвигаться лишь на один сантиметр. И что мне делать? 
  • В каком смысле? 
  • Я не могу их бросить! 
  • ... 
  • Если я возьму твою шиншиллу, она... не признает меня, но... 
  • Они должны остаться здесь. Иди домой. 
  • И... Иккю! Листочек! 
  • Что? 
  • А, это Иккю, а это Листочек.
  • ... 
  • Ты разве не смотрел "Иккю-сан" в детстве? 
  • Возможно. 

Лян Цзэ сильно расстроился. Он долго размышлял, стиснув зубы и закрыв глаза. 

«Это все ради счастья Иккю и Листочка!» 

  • Я смирюсь с этим. Буду приходить сюда каждый день в это время. 
  • В это время?
  • Да. Обычно я встаю в 15:00, играю с ними, а в 18:00 ужинаю. Поздно вечером начинаю писать. 
  • Тогда ты будешь приходить в 3 часа дня? 
  • Нет, в 6 часов вечера. Так я буду возвращаться домой сытым, и у меня будет больше сил на работу! 
  • ... 
  • Ты снова заказал еду для меня? Как ты узнал, что я приду в это время? Ах, моя любимая тушеная свинина... 
  • Я... 

Хан Хан хотел громко закричать. В прошлый раз обед  Хай Хун съел этот идиот, а ей пришлось, улыбнувшись, сказать: Все нормально, я на диете. 

  • Холодает. Давай поедим вместе. 
  • Я... 
  • А, точно, сколько стоит спаривание шиншилл? Прямо сейчас платить?
  • Все в порядке. Подобная процедура бесплатна, нужно платить только за их уход в нашем магазине.
  • Сколько за день? 
  • 30. 
  • Хорошо, за сколько дней вперед мне платить?
  • Можешь сделать это позже. 

Отлично! За еду... тоже позже? 

  • ... 
  • Красавчик, не нужно смущаться. Даже близкие родственники должны четко прояснять денежные вопросы. Правильно, я не должен так часто есть жирную пищу. Мой желудок а... 
  • М-м-м? 
  • Посмотри! 

Лян Цзэ поднял футболку. 

  • Все мои мускулы исчезли. Я совсем не натренированный.

Колокольчик на двери зазвенел, и внутрь вошла постоянная покупательница со шпицем, ставшая свидетельницей того, как Лян Цзэ демонстрировал Хан Хану свой голый живот. Они оказались в довольно странном положении.

Пугающем....

 Глава 3: Неизбежный посетитель жилища. 

Я Красавчик: Этим вечером я искал сайт для своих набросков и случайно наткнулся на эротический комикс! Бесит!

Любовь 123: Ха-ха, и как? 

Я Красавчик: Одна цензура... 

Любовь 123: Оказывается, ты из-за этого возмущен =.= 

Я Красавчик: Нет, даже без изображения я могу представить, что там есть.

Любовь 123: ... 

Я Красавчик: Мне не нравится, что гонорар у них при этом будет прибыльным. По сравнению с обычными комиксами, у них меньше картин и им меньше приходится тратиться на чернила! (краску)

Любовь 123: ... 

Я Красавчик: Что ты делаешь? 

Любовь 123: Просматриваю сообщения для зоомагазина. 

Я Красавчик: Отвлекаю? 

Любовь 123: Я договариваюсь с покупателями по сети. 

Я Красавчик: Ха-ха, тогда это означает, что не мешаю, ведь это все равно в одном и том же чате «Таобао».

Любовь 123: ... 

Я Красавчик: О! Уже 15 часов. Мне нужно в спортзал. Не могу больше болтать с тобой. Не обидишься?

Любовь 123: Иди скорее... 

 

В 15:30 Лян Цзэ уже пришел в спортзал. Было только несколько человек, а дружелюбный тренер, как всегда, хотел подойти и поздороваться. Лян Цзэ, в свою очередь, решил притвориться, будто не заметил его. Но тот сам первый заговорил.

Касаемо тренера... Про него нельзя сказать, что он плохой человек. Полон энтузиазма, профессионал, на его лице всегда сияет улыбка, очень терпелив, опытен, вот только... Причина, по которой он не нравился Лян Цзэ, заключалась в том, что первый постоянно трогал последнего случайно или намеренно. Сначала-то ничего особенного: руки, ноги, пресс... Все эти касания входят в разряд разрешенных прикосновений (зоны тренировки), но вот дальше... все становилось слишком ненормальным. Он, иногда, будто не нарочно, случайно касался того места, что между ногами Лян Цзэ = =.

  • Ты опять вовремя, - сказал тренер, нежно улыбаясь. 
  • А! Ха-ха... 
  • Придерживаемся плана тренировок? 
  • Э-э-э... Сегодня я хочу поплавать. 
  • Не хорошо вот так уходить от назначенного плана, ведь так ты не сможешь достигнуть желаемого результата. 
  • Я... 
  • Нельзя сдаваться. Разве не ты говорил мне, что хочешь накачать пресс? 
  • ... Хорошо. 

После разговора Лян Цзэ пошел с тренером в тренажерный зал. 

Было довольно тихо, и это было странно. Обычно в нем занималось по паре человек, но сегодня - ни души. Лян Цзэ осмотрелся и почувствовал, что все подстроено.

  • Сначала упражнения для рук. 
  • О, хорошо... - кивнул Лян Цзэ. 

Первые двадцать минут все было нормально. Лян Цзэ постепенно успокоился, но когда лег на тренажер для тренировки ног, тренер нарочно приблизился и шлепнул по его ногам  - Не ленись, хорошо? 

  • А, ха-ха-ха... Ладно! 

Нежелательные руки двигались по ногам все выше. Лян Цзэ немедленно отпрянул.

Что случилось? 

Лицо его озлобилось. 

  • Э - а, просто... Я неожиданно вспомнил, что забыл кое-куда позвонить. 
  • Подожди, пока не закончим. 
  • Нет, нет, это очень важно. 

Лян Цзэ быстро побежал к двери. 

  • Раз ты на моей территории, то должен следовать моим правилам. 
  • Это... Это... Я быстро, всего на пять минут. 

Лян Цзэ выскочил за дверь. 

Он прямиком зашел в раздевалку и открыл шкафчик. В голове была полная неразбериха. 

«Что мне делать? Он точно ненормальный. Это... безумие!»

Он не хотел обижать тренера, так как куда не глянь, везде придется сталкиваться с ним, да и на абонемент потратил 5000 юаней! 

Лян Цзэ не знал, что делать. Неожиданно ему пришло сообщение. Лян Цзэ достал телефон и понял, что оно от Хан Хана. 

«Хорошие новости! Шиншиллы полюбили друг друга. Я посадил их в одну клетку. Можешь прийти и посмотреть!»

Лян Цзэ, не раздумывая, набрал Хан Хана. 

Последний как раз отложил телефон после отправки сообщения, а тут звонок. 

  • Эй? Ты разве не в спортзале? 
  • Черт, красавчик, ты должен мне помочь! 
  • А? С чем? 
  • Эта... проблема... 
  • А, ты хочешь спросить об Иккю и Лонг Лонге? Ничего не изменилось. Тебе не стоит торопиться. 
  • Нет, нет! Черт подери, не знаю, как сказать! 
  • Ты... Да что, в конце концов, случилось? 
  • Я сейчас не занимаюсь... 
  • Все правильно, мне тоже интересно, почему ты позвонил мне. 
  • Ну... - Лян Цзэ прислонился к шкафчику и закашлял, - дело в моем личном тренере... Он... 
  • Плохо работает и ленится? 

 

Нет. 

  • Уделяет внимание только другим клиентам. Игнорирует тебя? 
  • Нет. 
  • Слишком суров? 

Хан Хан перепробовал все варианты. 

  • Тоже нет. 
  • Тогда что? 
  • Он по-всякому поводу трогает меня. 
  • Ха-ха, ты боишься щекотки? 
  • Черт, черт, черт! Дело не в щекотке! Он постоянно дотрагивается до моего пениса! 
  • ... 
  • Ох, прости, я снова выразился (то есть не культурно что-то сказал), но, Боже, я не могу больше этого терпеть!
  • Эй!.. Да это же сексуальное домогательство. 
  • У него что-то с головой? Я же не девушка! Зачем трогать мои яйца?
  • Просто скажи, что тебе подобное не интересно. Заставь этого типа уважать себя. Помни, что говорить нужно четко и решительно! 
  • Но... есть одна важная деталь... 
  • М? 
  • Я не хочу обижать его... 
  • А? 
  • Я ведь каждый раз сталкиваюсь с ним, когда прихожу. Вдобавок не хочу, чтобы мой абонемент «канул в лету». 
  • А... Понятно. 
  • Вот почему я не знаю, как поступить. Эй, приятель, помоги придумать, а! 
  • Хм... - Хан Хан немного поразмыслил, - скажи ему, что ты актив.
  • Что? Актив? Что это значит? 
  • Просто скажи это.
  • Нет, сначала ты должен объяснить. Как это может сработать, если я не понимаю? 
  • Хорошо! Эй, не могу долго говорить, здесь Мисс Чжу с Суперменом. 

О, поздоровайся за меня с Мисс Чжу! 

  • ... 

Хан Хан покраснел. 

«Этот человек... действительно...»

Последние две недели Лян Цзэ приходил в зоомагазин ровно в 6 часов вечера. Приходил, как ни в чем не бывало.

Он был в таком состоянии, что многие покупатели говорили: 

  • Скоро у Сяо Хана дела хорошо пойдут. Даже работника нанял. Теперь может расслабиться. = = Как только Хан Хан положил трубку, одна злая мысль пришла ему в голову: 

«Лучше позвонить этому мачо и преподать ему пару уроков!» 

Лян Цзэ убрал телефон, запер шкафчик и вышел из раздевалки. 

«Я сверху! Это что, заклинание какое-то?»

Он вернулся в комнату, где тренер все еще ждал. Больше никого не было. Оба снова продолжили заниматься. Когда тренер вновь начал хитрить, Лян Цзэ с серьезным видом сказал: 

  • Я актив.

Тренер отпрянул на секунду. Решительное лицо его стало нежным, милым.

  • А-ха! Я так и знал!

Затем он бросился на Лян Цзэ. 

-Оу, fuck! - Лян Цзэ был в полном отчаянии. 

***

На часах еще не было и 17:30 вечера, а Лян Цзэ уже ворвался в магазин в Кальянном переулке, 10. Колокольчик прозвенел довольно резко, поэтому, повернувшись, Хан Хан поднял голову, и только собрался спросить, кто это тут такой неприличный. Тут он увидел злое лицо Лян Цзэ. 

  • А, еду еще не доставили. 

Хан Хан был немного удивлен. 

  • Братан! Ты настоящий хулиган! 

Лян Цзэ подошел прямиком к кассе и сильно ударил по столу. 

  • Ты это нарочно! Я чуть не умер от отвращения! 
  • А? Что? 

Хан Хан на секунду завис. 

Как только я сказал, что я актив, тренер сразу же повалил меня, начал целовать и трогать член. 

Затем сказал что-то вроде: 

«А-ха, я так и знал. А-ха, я хорошенько тебя удовлетворю, а-ха...»  Хан Хан мигом прикрыл ему рот, стараясь опустить голову. 

Затем улыбнулся пожилой покупательнице, стоявшей впереди. 

  • Мадам, если вам приглянется что-то, дайте знать Хай Хун. 
  • Хан Хан! Что ты делаешь? 

Лян Цзэ с закрытым ром вытащили из зоомагазина, Хан Хан перед тем как выйти, еще попрощался с мадам, и позвал Хай Хун, чтобы та вышла и присмотрела за магазинчиком.

После того, как Хан Хан позвал помощницу, он и Лян Цзэ пошли на второй этаж. Первый открыл запертую ключом дверь и втолкнул последнего внутрь. 

  • Красавчик, что ты делаешь? 
  • Абсурд! Как я могу работать, если ты так громко орешь в моем магазинчике? 
  • К черту! Небо и земля мне свидетели, ты чуть меня не довел до смерти! Знаешь, как это отвратительно? У меня до сих пор на шее осталась его слюна!

Хан Хан смотрел на Лян Цзэ, стараясь не смеяться. Он расслабился немного, но не мог удержаться от смеха, потому что представлял, как тот мачо, держа бутылку свежего напитка с витамином С, старается лечь на Лян Цзэ... Действительно забавно! 

  • Красавчик, ты в порядке? Что у тебя с лицом? Живот болит? - Лян Цзэ заметил, как сморщился Хан Хан и забеспокоился. 
  • Ха-ха-ха, - Хан Хан, будучи в не силах сдерживаться, захохотал. 
  • Господи, почему ты так смеешься? Все в порядке? Только не говори, что с твоей психикой что-то не так. Только не это, я уже сегодня натерпелся!  

Хан Хан продолжал смеяться, а Лян Цзэ чувствовал, будто сейчас отключится. 

Сегодня он в первый раз побывал на втором этаже. Замечал его раньше, но не знал что тут, а сегодня узнал, что второй этаж для жилья. Эх! Как тут опрятно, как тут романтично, к тому же из заднего окна можно увидеть море. 

Эта была просторная гостиная, с толстым ковром и широким диваном. Вся мебель выполнена в западном стиле, помещение было в 40 кв. метров. Прямо от гостиной располагалась еще одна дверь, и это сто процентов дверь в спальню.

  • Красавчик, ты смеешься?! Это твое жилье? Выглядит очень даже ничего!

Лян Цзэ позабыв об озабоченном тренере, подошел к окну и посмотрел наружу. 

 

Его квартира никогда не была такой же чистой. Даже в выходные. Он вечно заполнял ее ненужными вещами, особенно, когда проваливалась очередная новелла. 

Хан Хан перевел дыхание, стараясь больше не смеяться. Знакомство с Лян Цзэ принесло ему немало головной боли, он все же не мог не признать, что его скучная жизнь стала намного веселей и красочнее.

  • Должно быть, это место очень расслабляет. 
  • Можно сказать. 

Хан Хан, наконец, успокоился, достал из холодильника Кока-колу и дал Лян Цзэ. 

  • Отдохни немного. 

Лян Цзэ вдруг вспомнил причину своего визита. 

  • Черт подери, все из-за тебя. Ты сказал, что это какое-то заклинание! Гребаный ублюдок просто не в себе! 

Хан Хан хотел засмеяться, но сдержался. 

  • Я этого не ожидал. 
  • Ты... Красавчик, ты ответственен за произошедшее! Меня домогались. Разве ты бы позволил этому парню целовать себя и оставлять на себе кучу слюней!
  • Я в этом не заинтересован.

Хан Хан всплеснул руками. 

  • Абсурд! Я тоже. Он такой странный. Видимо, что-то с головой! 
  • Выпей и успокойся немного. Мне все еще нужно работать. 
  • Что значит «актив»? 
  • М-м... 
  • Скажи мне! 

Хан Хан не знал, как ответить. Нужно было подумать над данной ситуацией.

  • Эй, красавчик, почему ты задумался?   
  • А, это такое итальянское выражение. 

Хоть обманывать глупых и не хорошо, но Хан Хан решил солгать этому идиоту, потому что этот идиот сегодня пережил не слабый шок. Он так же не мог рассказать истинное значение фразы. Не проблема, если этот идиот сбежит, но если уйдут покупатели, это может стать уже большой проблемой. 

  • Фраза значит, что ты нормальный и не заинтересован в подобном. 
  • А? Тогда почему он обезумел? 
  • Может, просто любит домогаться?            
  • О... Вероятно, - кивнул Лян Цзэ, - с завтрашнего дня я начну заниматься йогой. Девушкаинструктор сказала, что это очень эффективное средство от лишнего жира!
  • Давай. 

Хан Хан кивнул, посмотрел на Лян Цзэ и неожиданно представил, как среди маленьких женщин, занимающихся йогой, стоит высокий мужчина... 

«Чрезвычайно странно». 

Успокоившись, Лян Цзэ последовал за Хан Ханом на первый этаж. Нужно было поужинать и немного поиграть с шиншиллами. Этим летним вечером было много покупателей. Хан Хан ощущал некий энтузиазм, имея в помощниках Лян Цзэ. Последний, всегда с улыбкой приветствовал покупателей и беседовал с ними. Хан Хан неожиданно подумал, что было бы неплохо, если бы Лян Цзэ помогал каждый день... Невозможно. Когда Иккю и Листочек заведут потомство, он перестанет приходить. Хан Хан почувствовал некое сожаление. 

В девять часов вечера покупателей было мало. Хай Хун ушла убирать комнату для приготовлений. Сегодня она могла уйти пораньше. 

Лян Цзэ тем временем играл с шиншиллами и разговаривал с Хан Ханом. 

Затем притих. 

  • Почему замолчал? - удивленно спросил Хан Хан. 
  • Я вдруг вспомнил, что ты еще не видел проделанной мной работы за полмесяца. Посмотри на мой пресс!

Он поднял футболку. 

  • Что думаешь? Вполне хорошо, да! 
  • Ты... 
  • Что? Не видишь? Сейчас сниму... 

Едва он закончил говорить, как уже снял футболку. 

Хан Хан чуть не упал в обморок. В то же самое время зазвенел колокольчик и в магазин со своим золотистым ретривером Менг Наном зашел друг детства Ци Цзи. 

Ци Цзи прямо-таки впал в ступор, Хан Хан - тоже. 

Лян Цзэ повернулся и увидел человека с собакой. Он казался грубым. 

Хан Хан поприветствовал его. 

  • Зачем ты пришел? 
  • Я хотел выйти и поужинать, и заодно хотел помыть Менг Нана, потом вернусь за ним... 

Даже, несмотря на то, что Ци Цзи разговаривал с Хан Ханом, его взгляд был направлен на Лян Цзэ, на этого человека... 

Лян Цзэ почувствовал неладное. Этот покупатель, возможно, посчитал его извращенцем, который оскорбляет клиентов Хан Хана. Нет! Голова шла кругом. Он быстро надел футболку и сказал: 

  • Мистер, я актив! Хан Хан подтвердит. 

Опираясь на объяснение Ханг Ханга, Лян Цзэ верил, что его фраза значит «я не извращенец»... 

Ци Цзи, держа в руках Менг Нана, испытал полное замешательство. Лицо его как будто сморщилось.

  • Сяо Хан, ты... 

Хан Хан сжал руку в кулак. Он чувствовал, что сейчас просто обязан придушить Лян Цзэ обеими руками! 

Небеса явно посмеялись! Его репутация была разрушена этим идиотом! 

«Что я могу подтвердить? Подтвердить, что ты сверху? Тогда что насчет меня? Мошенник!» Глава 4: Шизофреник

Я Красавчик: Эй, парень! Ты где? 

Любовь 123: ... Ты сегодня рано проснулся.

Я Красавчик: Меня разбудили! 

Любовь 123: О? 

Я Красавчик: Совсем недавно я купил стиральную машину, а она сломалась! 

Любовь 123: Правда? 

Я Красавчик: Все эти продавцы просто обманщики! 

Любовь 123: ... 

Я Красавчик: А, ты не в счет. Ты очень добрый.  

Любовь 123: Как она сломалась? Ты звонил продавцу? 

Я Красавчик: Да, но у них занято! 

Любовь 123: Конкретно, что за проблема? 

Я Красавчик: Шум! Много шума!  Любовь 123: А? Во время сушки? 

Я Красавчик: Нет. 

Любовь 123: Во время стирки?

Я Красавчик: Нет. 

Любовь 123: А когда? Неужели во время вливания воды?

Я Красавчик: Нет! Нет шума, когда идут эти процессы! 

Любовь 123: Тогда, когда же она шумит, в конце концов?

Я Красавчик: Когда стирка закончена!

Любовь 123: Shen Jing Bing *! 

Я Красавчик: Что? 

Любовь 123: Это просто сигнал конца стирки. 

Я Красавчик: Что значит «Shen Jing Bing»? 

Любовь 123: Сам узнать не можешь? 

Я Красавчик: ... 

10 секунд спустя. 

Я Красавчик: Ха-ха, я знаю. Шизофреник! 

Любовь 123: ... 

Я Красавчик: Но моя предыдущая стиральная машина не пиликала! 

Любовь 123: Потому что тогда была старая модель, а эта - новая. Звуком напоминает тебе, что нужно вытащить белье! 

Я Красавчик: Я не хочу, чтобы она издавала звуки! 

Любовь 123: Тогда верни! 

 Пять часов спустя. 

Я Красавчик: Братан, появись! 

Любовь 123: Тебя снова разбудили? 

Я Красавчик: Нет, я звонил продавцам. Они сказали, что мне нельзя вернуть стиральную машину, потому что она исправна! Какие же они злые! 

Любовь 123: ... Шен Джинг Бинг! 

*** 

- Здравствуйте! - улыбаясь, Лян Цзэ зашел в зоомагазин. 

Хан Хан кивнул, продолжая советовать покупателю лучшую лазалку для котов. 

Не желая отвлекать Хан Хана от дел, Лян Цзэ  пошел к шиншиллам. 

Иккю и Лонг Лонг все еще находились в одной клетке. Не замечая друг друга, они, время от времени, царапали ее. По естественным причинам тело самки было больше, чем у самца, поэтому, как только Иккю начинала двигаться, Лонг Лонг испытывал неудобства. 

Лян Цзэ пригляделся немного и заметил, что у Лонг Лонга не все в порядке. 

На голове была маленькая круглая лысина. 

«Что такое?» 

Лян Цзэ хотел коснуться Лонг Лонга, но тот отпрянул назад. 

Не встретив теплого приема, Лян Цзэ посмотрел на Листочка. 

Листочек и еще одна безымянная шиншилла Икс сидели в одной клетке. Шиншиллы не очень-то активны в течение дня, поэтому Икс лениво оперся на Листочка. Это выглядело действительно мило. 

Лян Цзэ восхищенно наблюдал, желая поиграть с ними, но при этом не побеспокоить. 

Пока он колебался, Листочек открыла глаза, видимо, почувствовала запах хозяина. 

Она вылизала себя и перешла в другое место. 

Лян Цзэ было так приятно кормить ее кусочками тапиоки. 

Икс немного посмотрел на него, а затем скромно подошел. 

Лян Цзэ и его угостил. Икс осторожно принял чипс, положил в кормушку и съел, продолжая пялиться на Лян Цзэ. 

Лян Цзэ играл с Листочком, но все еще наблюдал за Икс. Заметил, как  зверек нерешительно подошел  ближе и начал тереться о его палец. 

Видя, что Лян Цзэ рассмеялся, Икс успокоился и стал тереться еще сильнее. 

- Эй! Ты ему нравишься! 

Хан Хан уже освободился и подошел к Лян Цзэ, пораженный.

Шиншилла Икс была как загадочный фактор. Да, все верно. В течение жизни шиншиллы признают только одного хозяина, поэтому их нужно продавать не позднее четырех месяцев со дня рождения. В ином случае, шиншилла примет продавца за своего владельца и покупатель уже не сможет забрать ее. Икс было сейчас два года. Шиншилл покупали одну за другой, а на него, по какой-то причине, никто не обращал внимания. Хан хотел взять его к себе, но шиншилле он действительно не нравился. Причина проста: Хан Хан слишком много внимания уделял Лонг Лонгу. 

Итак, шиншилла Икс стала уникальным животным в зоомагазине. Она никого не замечала и шла спать сразу после того, как поест. Хан Хан кормил Икс каждый день, но как только он открывал клетку, зверек сразу же прятался. Днем он не двигался, а по ночам, когда Хан Хан не видел его, еда пропадала полностью.

Хан Хан думал о том, чтобы познакомить его с Лонг Лонгом, Но после первой же ночи у Лонг Лонга началась «алопеция ареата»**. 

Вот почему Хан Хан так много времени уделял Лонг Лонгу... Затем появилась Иккю. 

Вчера он обнаружил, что Лон Лон снова лысеет... 

  • А да, как же я не додумался, ему очень нравится играть со мной.

Лян Цзэ засмеялся. 

Хан Хан считал, что в Лян Цзэ есть какое-то безоговорочное очарование, которое нравится животным. Две его шиншиллы доказывали это. 

Они редко дрались и имели к нему особенную симпатию. 

Шиншилла - не собака или кошка. Приняв кого-то однажды, она уже будет привязана к этому человеку. Даже после семи-восьми лет отношения между некоторыми людьми и их шиншиллами могут оставаться на том же уровне. 

С Лян Цзэ все иначе. Его шиншиллы живут с ним всего год  или полтора, но уже любят его. Или этот парень слишком глуп, чтобы заметить подвох? 

  • Эй, красавчик, я уже достаточно наблюдаю за Листочком и этой шиншиллой. Почему они не спариваются? 
  • Не говори глупостей! А ты бы хотел, чтобы другие смотрели, как ты занимаешься сексом? - у Хан Хана сморщился нос. 
  • Я? Ха-ха... Если бы на меня смотрели люди, я бы возбудился! 
  • ... 

Хан Хан просто не знал, каким словом можно обозвать этого парня. 

Если «животное», то это станет оскорблением для всех животных! 

  • В какое время суток они обычно спариваются? 
  • Поздно ночью. 
  • О, тогда как все начинается? 
  • Сначала поцелуи, затем обнюхивание гениталий и преследование. 
  • Ха-ха... Даже любовные игры есть. 
  • ... 
  • Сколько спариваются? 
  • Обычно несколько секунд. Потом уходят в разные стороны и вылизывают себя. 
  • Разве они этим удовлетворены? 

Лян Цзэ серьезным взглядом посмотрел на Хан Хана. 

  • Я хочу запереть тебя на складе! 
  • Эм... 

Хан Хан вернулся на рабочее место. Лян Цзэ неожиданно вспомнил о странном состоянии Лонг Лонга. 

  • Эй, красавчик, твой Лонг Лонг лысеет! 

Руки Хан Хана сжались, а суставы захрустели. 

  • Он болен? Ты уже его осмотрел? У тебя есть лекарства? 
  • Не болен... 

Слова прозвучали из-за его стиснутых зубов. Он показал свою слабость. 

  • Тогда что? 
  • Он боится Иккю! 
  • ... 

***

Покупателей сегодня было мало. В десять часов вечера Хан Хан позволил  Хай Хун уйти пораньше. 

Лян Цзэ все еще был удручен утренними событиями. Он не хотел писать ничего нового, поэтому решил остаться до 22:30. Вместе они прибрались в магазине. После закрытия Хан Хан немного проголодался. Лян Цзэ быстренько съел всю тушеную говядину и уже начал смотреть на еду Хан Хана. Тот привык оставлять самое вкусное напоследок. Плохая привычка, ведь он тоже любил тушеную говядину. Однако доброта снова взяла верх. Увидев щенячий взгляд Лян Цзэ, Хан Хан переложил кусочки говядины из своей тарелки в противоположную. Лян Цзэ был так счастлив и немедленно опустошил ее без всякого чувства вины. Хан Хану было действительно обидно! 

  • Ты все еще голоден? - Хан Хан, спрятав ключи, посмотрел на Лян Цзэ. 
  • А ты? 
  • Эм, немного. 
  • Потому что плохо пообедал! - ответил Лян Цзэ. 

Хан Хан хотел схватить его за ухо и оттаскать.

«Абсурд! Только капуста, немного картофеля и пару зубчиков чеснока. Как этим можно насытиться?» 

  • Пошли, поедим где-нибудь, - восторженно сказал Лян Цзэ и вышел во двор.
  • Хорошо. Что ты хочешь? 
  • Выбирай! Нет такой еды, которой я не мог бы съесть! 
  • А, ты как типичное всеядное животное. 
  • Ха-ха... 
  • Пошли в ресторан неподалеку. Около Барабанной Башни есть особенный старый ресторанчик.
  • Хорошо! 

Лицо Лян Цзэ побледнело, когда вдвоем они подошли к ресторану, в котором подавали свиные потроха. Он, конечно, не придирчивый, но в жизни никогда не стал бы пробовать свиные потроха! 

  • Ты... любитель свиных потрохов? 

Лян Цзэ с недоверием посмотрел на Хан Хана. По его опыту, люди, употребляющие свиные потроха, обычно коробейники или старые грубые мужчины... Хан Хан совсем не был похож на них. Утонченный, красивый и интеллигентный... Как ему может нравиться подобное? 

  • Да, мне правда нравится. Сегодня я неожиданно захотел их. 

Хан Хан улыбнулся и открыл дверь. 

  • А тебе они нравятся? 
  • Эм... 

Лян Цзэ хотел сказать «нет», но, увидев счастливое лицо Хан Хана,  передумал. 

  • Дядя Ли, две порции свиных потрохов! 

Вдруг из-за стекла показался мужчина. 

  • Эй, Хан Хан! Сегодня закрылся пораньше? 
  • Да. 
  • Хорошо, подожди немного! 

Лян Цзэ сел. Одна только мысль о свиных потрохах заставляла его страдать. 

  • Это заведение неплохое!  - Хан Хан хотел договорить, но заметил, как Лян Цзэ достал сигареты. 
  • Ты куришь? 

Он никогда раньше не видел Лян Цзэ с сигаретой. 

  • А… Ха-ха, да, - Лян Цзэ засмеялся. 
  • Я никогда раньше не видел, как ты куришь....
  • Это из-за животных в твоем магазине. Было бы неприемлемо с моей стороны, - Лян Цзэ почесал затылок. 
  • Ты возражаешь? 
  • А? Нет, все в порядке.         
  • Что ты хотел сказать? 
  • Видишь, какой ты забывчивый. Я собирался сказать, что не нужно недооценивать этот ресторанчик только потому, что он не популярен. Я вот что скажу, у этих потрохов отменный вкус!

Как только Хан Хан заговорил о любимых свиных потрохах, его лицо засияло. 

  • Пожалуйста, - владелец поставил на стол две порции свиных потрохов. 
  • Специально дал тебе побольше больших кишок.
  • Спасибо, дядя. 

Хан Хан придвинул тарелку, полил содержимое уксусом и порезал перец. Он просто не мог устоять. 

Лян Цзэ смотрел на Хан Хана, держа в руке палочки для еды. Его организм,  и правда, не мог осилить это блюдо. 

Хан Хан уже доел свою порцию. Он поднял голову и увидел, что тарелка Лян Цзэ все еще полная. 

  • Ты... 
  • Я... 
  • Не голоден? 
  • Это... 
  • Скажи. 
  • Я не буду есть это, - Лян Цзэ, хоть и испытывал беспокойство, все-таки решил сказать правду. 
  • ... Почему ты молчал? Дядя Ли, принеси, пожалуйста, тарелку с красной фасолью и тремя булочками. Его булочки очень хороши. 
  • Хорошо! Хотите еще одну порцию свиных потрохов? 
  • Нет, этого достаточно! - Хан Хан посмотрел на порцию потрохов Лян Цзэ. 
  • Попробовав булочки один раз, ты захочешь приходить сюда за добавкой, уверяю тебя. 
  • Мне жаль... - Лян Цзэ шмыгнул носом. 
  • А? - дожевав свиное сердце, Хан Хан с недоумением посмотрел на Лян Цзэ. 
  • Я разочаровал тебя. 
  • О чем ты говоришь? Есть те, кто любит такую еду, но есть и те, кто ее не выносит. Это просто... дело вкуса каждого человека. 

Лян Цзэ был поражен. Никто так не понимал его предпочтений. Хитрые друзья никогда не считались с его мнением. Например, горячий котел с лягушками... Лян Цзэ не нравилось, но ему приходилось просто плыть по течению. 

  • Горячие булочки на подходе! - дядя Ли принес заказ. 
  • Сегодня красная фасоль в очень густом бульоне. 
  • Давай, ешь. Великолепно пахнет, - улыбнулся Хан Хан. 
  • Эм, хорошо, - Лян Цзэ улыбнулся в ответ. 

Он не знал, какие теперь отношения связывают его с Хан Ханом. Владелец магазина и покупатель? Правильно? Но ведь он мог разговаривать с ним в любой момент. Друзья? Между ними не было четко определенных отношений. Тогда... 

  • Я хочу эту булочку. 

Хан Хан взял булочку палочками для еды. 

  • Ешь! 

«Почему он так озабочен этим? Что означала фраза, которую ранее сказал Хан Хан? " Shen Jing Bing!"»

* Шен Джинг Бинг (Shen Jing Bing) в данном случае переводится как шизофреник.

** «Алопеция ареата» - болезнь облысения, бывает, как у животных, так и у людей. Она может проявиться вследствие перенесенных страданий и приступов тревоги. Смертельная болезнь для шиншилл. 

Глава 5: Вульгарный (неприличный) тип заболел!

Я Красавчик: Скорее, скорее, скорее! 

Любовь 123: ... Ты мне приказываешь? 

Я Красавчик: Срочно скажи, как мне открыть банку? 

Любовь 123: …

Я Красавчик: Тоже не знаешь? 

Любовь 123: Знаю!! 

Я Красавчик: Тогда скажи!! 

Любовь 123: Откуда мне знать, что ты не шутишь? 

Я Красавчик: Шучу? 

Любовь 123: Как можно не открыть банку? 

Я Красавчик: Я, правда, не могу. Не могу открыть банку с персиками. А-а-а! 

Любовь 123: ... У тебя есть отвертка? 

Я Красавчик: Да! 

Любовь 123: Попытайся выпустить воздух из банки, тогда сможешь ее открыть. 

Спустя три минуты. 

Я Красавчик: Приятель! Ты не просто красив, но еще и гениален!! 

Любовь 123: Уже съел? 

Я Красавчик: Да! Очень вкусно!! Спасибо!! 

Любовь 123: Можно спросить? 

Я Красавчик: Что? 

Любовь 123: Ты впервые ешь консервированную еду? 

Красавчик: Нет! 

Любовь 123: Тогда, как открывал банки раньше? 

Я Красавчик: Раньше? Просто разбивал и ел содержимое! Конечно, приходилось долго убирать маленькие осколки, но что поделать. 

Любовь 123: ... 

Я Красавчик: Огромное спасибо! 

Любовь 123: Ты сказал правду? 

Я Красавчик: Да! Но сегодня я не смог разбить ее. Думаю, у меня лихорадка. 

Любовь 123: Что? 

Я Красавчик: Возвращайся к работе, а я пойду в постель. Пока-пока. 

Любовь 123: Эй ты, правда, в порядке? 

Я Красавчик: Да. Маленькая простуда, не волнуйся. Увидимся! 

 

Хан Хан внимательно уставился в ноутбук, опершись руками о стол. 

«Лихорадка?» 

В эти последние дни осени он каждый день ходил в спортзал. Его футболка постоянно была мокрой. Воздух вечером довольно прохладный, поэтому неудивительно, что он заболел. 

«Есть ли у него лекарства? Сможет ли он о себе позаботиться?»

Хан Хана посетило странное чувство. Почему его так волнуется за этого балбеса? 

Теплый вечерний луч, осветив зоомагазин из открытого окна, задержался на Хан Хане. Воздух, еще недавно прохладный, стал намного приятнее. Заскрипел старый вентилятор. 

Размышляя, он не сразу услышал звон колокольчика и следующее за ним тяжелое дыхание со свистом огромной собаки. Затем кто-то спросил: 

  • О чем мечтаешь?  

Хан Хан поднял голову и улыбнулся, закрыв окно. Ци Цзи напомнил, что сегодня нужно помыть Менг Нана. 

  • Ни о чем. Я мало спал прошлой ночью. 
  • О. 

Ци Цзи улыбнулся так, словно хотел сказать что-то. Из кладовой вышла Цуй Ин Ин. 

  • А, Ци Цзи, как ты? 
  • О, здравствуй. Ты занята? 
  • Нет, нет. 

Цуй Ин Ин подошла к ретриверу и сказала: 

  • Нужно помыть Менг Нана... 
  • Мы только что открылись, поэтому здесь небольшой беспорядок, - Хан Хан вышел из-за стола. 
  • Давайте помоем его. Сяо Хан, присмотри за магазином. Я скоро вернусь, - Цуй Ин Ин отвела Менг Нана в комнату. - Не волнуйся, я позабочусь о нем. Можешь пока чем-нибудь заняться. 
  • Если Менг Нан опять будет жевать твою одежду... я его накажу. 
  • Хочешь немного прогуляться? - Хан Хан открыл входную дверь. 
  • Звучит неплохо. Можно выкурить сигаретку. 

Во дворе дул свежий ветерок. Большие и густые деревья гармонично сочетались с маленькими, а вокруг простиралась луговая трава. Было где разгуляться фантазии. 

Хан Хан и Ци Цзи сели за каменный столик. Ци Цзи закурил сигарету и, откинув голову, стал вглядываться в яркое небо, прикрытое ветками деревьев. 

  • Ты был занят в последнее время, - сказал Хан Хан, улыбаясь.   
  • Да все хорошо, просто чуть больше обычного. 

-Твое «чуть больше обычного» отличается от «чуть больше обычного» нормальных людей.

  • Ха-ха... 
  • Не утруждайся слишком, не допускай до того, чтобы каждые 3 дня слечь с болезнью, и никто об этом не узнал.
  • Ха- ха, хорошо

-Ты так говоришь только для того чтобы  я отстал.

  • Эй, не нужно, ладно? Ты, что, будешь следовать просьбе моей матери и присматривать за мной?
  • Не думаю, что хорошо бы с этим справился. 
  • Эй! 
  • Ты должен следить за своим здоровьем, правда. 
  • Давай поговорим не обо мне, а о тебе!   

Ци Цзи всегда плохо ладил с людьми и Хан Хан, его лучший друг детства, оказался не исключением, несмотря на то, что между ними не могло быть различных барьеров. Таким он был. В старшей школе люди подозревали, что у него аутизм, но на самом деле ему просто не нравилось контактировать с другими. 

  • Обо мне? А что? - Хан Хан немного озадачился. 
  • Я не могу помочь, но... думаю...   
  • Что?  
  • ... 
  • Скажи. 
  • Позволь полюбопытствовать...  
  • О чем? 
  • Ты... сверху, да?   
  • Черт! - Хан Хан чуть не упал. 
  • Ну, скажи же... не нужно так принимать близко к сердцу! 
  • Между нами ничего нет! 
  • О? Почему мне показалось иначе? 
  • На самом деле, он всего лишь покупатель. Хотел, чтобы у шиншилл было потомство, вот и пришел. 
  • Правда? Тогда почему он продолжает приходить? - Ци Цзи с пониманием улыбнулся. 
  • Он не может оставить шиншилл! 
  • Но... Я видел, как он целый месяц слонялся около магазина... 
  • Это никак не связано с тем, о чем ты подумал! 
  • Хорошо, ладно, ты этого еще не признал... 
  • Эй! Что ты имеешь в виду? 
  • Чем он занимается? Разве каждодневные визиты сюда не влияют на его работу? 
  • Сказал, что он писатель... 
  • Писатель? Какого рода? 

Ци Цзи удивился, обнаружив, что они одной профессии. Он переводил историографию. 

  • Сказал, пишет новеллы. 

Хан Хан не знал, о чем именно пишет Лян Цзэ. Хан Хан не думал о нем, как о писателе, потому что последний вовсе не производил такого впечатления. 

  • Новеллы? Как зовут? 
  • Не знаю, потому что никогда не читал. 
  • Я спросил, как его зовут? 
  • Лян Цзэ. 
  • Кто? 
  • Лян Цзэ. 
  • Невозможно! 

Очки Ци Цзи чуть не свалились. 

  • ... Ты знаешь этого человека? 
  • Господи, говорю тебе, он абсолютный гений! 
  • Это что-то новое... 

Хан Хан мысленно поздравил себя с покупкой новых контактных линз. 

  • Пошли. Я покажу тебе его на Байду. 

***

Примерно в 19.30 Хан Хан закончил читать звездную новеллу Лян Цзэ «Обожаемый». Персонаж под номером семьсот восемьдесят тысяч полностью изменил взгляд Хан Хана. Удивительно, что такая книга могла быть написана этим человеком! 

История, отражающая человеческие поступки и охватывающая целые периоды: от Культурной Революции до программы Реформ и Открытости. 

Лян Цзэ сегодня не пришел. Он даже пропустил ужин, игру с любимыми шиншиллами и демонстрацию своих мускулов. 

Хан Хан ходил по магазину, размышляя. Затем решил позвонить Лян Цзэ. Он не хотел обрекать последнего на судьбу Ци Цзи, который болел по три дня и все ждал, что кто-то придет и позаботится о нем... 

Шли долгие гудки прежде, чем трубку подняли. Человек на другом конце ответил слабым голосом: 

  • Приятель... Прости, меня свалила лихорадка... Я забыл сказать, что не приду сегодня... Не могу... но... 

Лихорадка определенно спутала все его мысли. 

  • Ты принимал какие-нибудь лекарства? 
  • Еще нет... Дома нет ничего... 
  • Почему не пошел в больницу? 
  • Довольно проблематично. Все само собой пройдет... 
  • Где ты живешь? 
  • ... М-м? 
  • Я спросил, где ты живешь! 
  • Не нужно приходить ко мне, занимайся своими делами.
  • Я закрою магазин и приеду. Ты должен принять лекарство, иначе лихорадка уничтожит все клетки твоего мозга и превратит в слабоумного. 
  • А? Нет... слабоумие - это плохо. 

Хан Хан , на самом деле, хотел сказать: «Ты действительно глуп. Безнадежно». 

Он все еще не дал адрес. Тем не менее, говорить это в отношении больного было бы неправильно. 

  • Нет, я не позволю тебе стать слабоумным. 
  • А... Имперский Колледж, 30, 1 этаж, квартира 301. 

Хан Хан повесил трубку и посмотрел на часы. Долгие четыре минуты. Он пытался не волноваться, но все равно тревога не покидала его. Может, потому, что привык заботиться о животных, а о людях начал недавно. Например, Ци Цзи: ребенок  неудачных отношений. Забота о животных была его профессией. Как бы то ни было, в данный момент успокоиться оказалось сложно. 

  • Хай Хун, - Хан Хан встал, надел белое пальто. - Мне нужно кое-что сделать. Присмотри за магазином. Если покупателей не будет, можешь уйти пораньше. 
  • А, хорошо, - Хай Хун, улыбаясь, играла с котом. 
  • За дело. 

Хан Хан решил пойти пешком. Во-первых, у аптеки не было парковочного места, а во-вторых, он хотел успокоиться и привести мысли в порядок. 

В аптеке не было покупателей, Хан Хан быстро купил все необходимое и вышел. 

Деревья располагались по обе стороны Имперского Колледжа, а его западная и восточная стены были украшены цветочными арками.  

В Китае осталось только четыре улицы с древними арками. С давних времен Имперский Колледж являлся высшим административным органом, полностью контролирующим систему образования в стране. 

Хан Хану были знакомы эти дороги. Он и Ци Цзи часто посещали Храм Ламы, чтобы сжечь некоторые благовония. Логово Лян Цзэ было не сложно найти. Хан Хан был уверен, что в таком месте нужно жить только тем, кто заинтересован в культуре. Он был вынужден признать, что у интеллекта существуют категории. По его мнению, весь свой ум Лян Цзэ вложил в литературные произведения, а в остальном он всего лишь некомпетентный балбес. 

Хан Хан постучался в дверь, но никто не ответил. Тогда он постучался вновь с большей силой и подумал, не умер ли еще во сне этот балда.

Спустя пять минут дверь открылась. Была, однако, это уже и не дверь вовсе, а ворота в ад, потому как Хан Хан серьезно испугался. 

«Че за прикид?» 

Леопардовая пижама. К счастью, ни один модный критик не оценил бы ее даже в один балл. 

  • Красавчик, привет... Заходи. 

Переступив порог квартиры, Хан Хан осознал, что настоящий ад именно там.  «Какое проклятье постигло это место?»

Прямо перед дверью стояло магическое зеркало с гоблинами, на деревянной полке - витиевато украшенная статуэтка в виде оленя или лошади, на диване без спинки сидело большое потертое плюшевое чудовище. В этой же части комнаты друг на друга была поставлена вышедшая из моды китайская мебель, а на самой ее вершине располагалась старая глиняная посуда. 

Хан Хан просто не мог смотреть на это... 

  • Красавчик, ты сегодня раньше освободился? Еще нет десяти. 

Лян Цзэ почесал затылок и пошел обратно в постель. 

Хан Хан, последовав за ним, сказал: 

  • Да, на сегодня нет покупателей. 
  • О, тогда ты потеряешь часть прибыли, да? 

Спальня Лян Цзэ успешно добила Хан Хана. Леопардовое постельное белье, железная кровать, гардероб в западном стиле, совершенно непонятное кресло и все в таком же духе. 

  • Приятель, мне совсем плохо. Сядь рядом, пожалуйста... 

Лян Цзэ укутался в одеяло. Глаза его покраснели и слезились. 

  • Сначала тебе нужно принять лекарство. 

Хан Хан принялся искать чашку, но вместо нее нашел только фарфоровую мисочку. 

  • Где в этом доме чашки? 
  • О, единственная стоит на тумбочке. 

Лян Цзэ указал на эту самую мисочку. 

  • А... 
  • Около ноутбука стоит графин с водой... 

Хан Хан посмотрел на стол... Понятно, это был графин в виде Дораемона (персонаж манги). 

Он ждал, когда Лян Цзэ примет лекарство, а тот балда уперся спиной о спинку кровати и продолжал демонстрировать свою коллекцию.

Глаза были затуманены. В них, прямо-таки, обитал какой-то призрак. 

  • Это... И еще это... Тот диван, на котором ты сидишь. Я купил его на черном рынке в Лондоне, когда был в Notting Hill . Очень необычно! Ха-ха... Единственный, в своем роде. 

Хан Хан беспомощно кивнул, думая про себя: 

«Вот благодаря таким покупателям с черного рынка корпорации, вроде «Майкрософт», страдают от нехватки финансов!» 

  • Там на столе, это волосы с головы известного коренного американца. 

«Да ты просто талантище».

Хан Хан закашлял. 

  • Ты должен лежать и отдыхать. Тебе необходим здоровый сон. 
  • Братан! 

Лян Цзэ неожиданно протянул руку Хан Хану. 

  • Ты хороший человек. Я отдохну, а ты пока можешь здесь все осмотреть. Трогай, что хочешь. 

«Если буду осматривать эту неряшливую квартиру, то это я Шенг Джинг Бинг» -  подумал Хан Хан, но вслух сказал не это: 

  • Хорошо, сначала поспи. 

Лян Цзэ быстро заснул. Хан Хан не мог смотреть на то, как он лежит в этой леопардовой пижаме на леопардовом постельном белье. Хреново выглядит. Хотя Лян Цзэ и был довольно своеобразным человеком, его вкус в одежде всегда был безупречен. Тогда почему дома он надевает на себя этот... китч? На людях миловидный и стильный, а дома король китча, не иначе! 

Дождавшись спокойного дыхания больного, он уже собрался уйти, но... 

  • Я люблю тебя!  

Неожиданно Лян Цзэ стремительно и крепко обнял Хан Хана. 

  • Что? - Хан Хан был поражен. 
  • Листочек... 

Его второе слово. 

Лян Цзэ снился сон. В нем Листочек сильно заболела. Прямо как шиншилла из аниме «Мой сосед Тоторо» Хаяо Миязаки. Она обнимала, грела и утешала его. 

  • Я побрею тебя наголо, и ты станешь Иккю. Тогда сможешь поиграть с Листочком, - сердито сказал Хан Хан. (Иккю - монах из аниме.) 

Он хотел освободиться от объятий, но Лян Цзэ слишком сильно удерживал его, навалившись всем телом. 

«Если бы я знал, что это случится, остался бы в этом странном кресле». 

Хан Хан был очень расстроен. Освободиться было невозможно. 

Лян Цзэ кидало в жар от лихорадки. Он продолжал откидывать одеяло, а Хан Хан все еще находился в неудобном положении. Он не мог разбудить его или оставить  больного в таком состоянии... Проклятье какое-то! 

Домой никак не вырваться, но и здесь спать не вариант. Немного посмотрев вокруг, Хан Хан заметил на столе ноутбук и решил его взять. 

Это было очень сложно, тем более в таком-то положении, но все получилось. На экране запрашивался пароль. 

«Что это может быть?» 

Хан Хан попытался ввести «Листочек». 

«Неверно». 

«Иккю». 

«Неверно». 

«Что же это?»

Неожиданно пришла мысль: «Новый привратник». 

«Пароль верный». 

На мгновение Хан Хан подумал: «Я гений». 

Однако тремя секундами позже ему захотелось крикнуть  «Как им в головы пришла одна и та же идея?» 

Открыл файл «Незыблемый Рассвет». Хан Хан развернул его на полный экран и начал читать. 

Эта история началась в Шанси много лет назад. Она повествует о женщине - альбиноске, которая боролась с одним мужчиной, о том, как она смогла начать работать в банке. Упоминается и о том, как героиня стала вдовой и влюбилась в преступника. История велась от лица старшей дочери... 

Все закончилось тогда, когда дочке исполнилось 18 лет, а женщина-альбинос заболела и внезапно умерла. 

Хан Хан повернулся и посмотрел на Лян Цзэ. 

«" Красавчик", ну ладно, считай, что это так».

«Я люблю тебя». В ту минуту когда были произнесены эти слова, если сказать что Хан Хан не был тронут, то это будет враньем.

Глава 6: Хороший друг

 Я Красавчик: красавчик! 

Любовь 123: ... Как только вижу эти слова, я... 

Я Красавчик: Ха-ха, не скромничай! 

Любовь 123: =.= 

Я Красавчик: Эй... это... утром это...

Любовь 123: Не волнуйся, я понимаю. 

Я Красавчик: Да, хорошо, что понимаешь!

Любовь 123: Лихорадка спала? 

Я Красавчик: Да! 

Любовь 123: Ты должен всегда следить за своим здоровьем. 

Я Красавчик: Понял... М... Это... еще Любовь 123: Говори.

Я Красавчик: Рано утром, когда я проснулся, то подумал, что я доставляю тебе так много проблем...

Любовь 123: Все хорошо, у меня хорошее терпение.

Я Красавчик: Я тебя до смерти не задавил?

Любовь 123: Ха-ха! Как такое возможно?

Я Красавчик: Эм, я немного переживаю.

Любовь 123: Нет! Ты достаточно интересный! 

Я Красавчик: Спасибо! Ах, право, ты смотрел мою коллекцию? 

Любовь 123: ... 

Я Красавчик: Тебе что-нибудь понравилось? Я подарю тебе. 

Любовь 123: Нет нужды. Сохрани все. Не могу я принимать такие подарки ^_^  Я Красавчик: М... А что ты думаешь о моей квартире? 

Любовь 123: ... Очень милая. 

Я Красавчик: Что, нет никаких изъянов? Ты можешь дать любой совет. 

Любовь 123: Серьезно? 

Я Красавчик: Конечно! Мы же с тобой не чужие люди. 

Любовь 123: Все отлично, кроме леопардовой пижамы. Она меня не на шутку испугала. 

Я Красавчик: А? Разве я в ней не красив?

Любовь 123: =.= Можешь разорвать и сделать из нее набедренную повязку... можешь создать первобытную красоту.

Я Красавчик: ... 

****

В два часа дня в магазине было спокойно. Его закрыли на обеденный перерыв, и даже Хай Хун перестала работать. Хан Хан на удивление был полон сил. Он начал играть в Солитер, но, дойдя до середины, перестал. Неожиданно вспомнил утренние события.

 Вчера он остался с Лян Цзэ, они даже спали, прижавшись, друг к другу. Он проснулся, когда прозвенел будильник. В кровати было очень жарко, за спиной было еще одно тело, которое еще больше грело. 

Что-то упиралось в спину. Хан Хан крепко спал и видел сон. Лян Цзэ тоже спал, а в это время «маленький дружок» терся об одежду Хан Хана. Инстинктивно тот опустил руки и схватил это.

Хан Хан в этом плане тоже нельзя винить, просыпаться вот так после одной ночи в незнакомой комнате, любой взрослый мужчина бы подумал что это секс на одну ночь. 

Пока он держал эту большую горячую «штуку», ее владелец двигался и стонал, находясь в полусне. Действительно возбуждающе. Благодаря леопардам ситуация была спасена. Как только Хан Хан повернулся, желая поцеловать эти соблазнительные губы, он слегка приоткрыл глаза. В них сразу же бросились леопардовое постельное белье и пижама... 

Поморгал, и  тут его как будто поразило молнией. Хан Хан не просто застыл. Он немедленно убрал руки, словно только что потрогал опасный материал. И дело совсем не в лице, а в этом леопардовом комплекте, который он увидел... 

Удар молнии.

Разум все еще не мог понять, кем был этот человек. Было ясно только то, что пижама совершенно нелепа. Успокоившись, он испытал к ней чувство отвращения и благодарности. По правде говоря, он хотел скормить Лян Цзэ настоящим леопардам. 

Возможно из-за того что движение было слишком резким, кровать сильно заколебалась и тот балда проснулся.

Их взгляды встретились на несколько секунд, а затем Лян Цзэ почесал затылок, тихонько поднялся и воскликнул: Ах!

Хан Хан боялся, что он узнает о том, что было и хотел предпринять меры. Однако Лян Цзэ, протерев глаза, сказал:  - Я видел мокрый сон...  =_= 

Хан Хан машинально кивнул головой и уставился на Лян Цзэ. Последний смущенно улыбнулся и тоже кивнул. К сожалению, небольшое «недоразумение» и не думало прекращаться, и он это понял. 

- Пойду в ванную, - сказал Лян Цзэ и встал с кровати. 

Хан Хан смотрел в потолок, затем, спустя минуту, посмотрел на отвратительное кресло, еще одну минуту - на графин с водой в виде Дораемона, спустя еще минуту взглянул на спальню. «Как он выглядит, когда мастурбирует?»

Как только эта мысль проскользнула у него в голове, Хан Хан немедленно выпрыгнул из кровати, написал записку и сбежал.

Что-то изменилось, а ведь он, казалось, хотел посмотреть в эти глаза =.= 

Разве это... возможно? Это было похоже на... Забота владельца магазина о его покупателе пересекла грань. Словно он привык работать, ожидая, когда Лян Цзэ откроет дверь. Будто его жизнь и вправду стала ярче. Кажется... 

Хан Хана, смотревшего на потолок, отвлек от размышлений звук шажков маленьких лапок -тудасюда. Листочек уже проснулась и сейчас весело играла. Прямо наказание какое-то. Икс и Листочек знакомы примерно три месяца, а в «семейном гнездышке» прожили где-то два и... до сих пор не спарились! 

«Это знак? Бог хочет, чтобы Лян Цзэ приходил сюда каждый день?» 

Хан Хан никогда не верил в то, что называют «кармой». Каждый год он ходил в Храм Ламы сжигать благовония, но только чтобы составить компанию религиозному Ци Цзи. И каждый раз Ци Цзи заставлял его молиться до те пор пока ладан не полностью догорит. Ждал, что бог пошлет ему дар.

Хорошо, здесь был вопрос не религии, а, скорее, возможности. Как в лотерее, когда у людей появляется шанс 50 на 50. Дара Ци Цзи не получил, зато Лян Цзэ в жизнь Хан Хана вошел =.= 

С юности и до сего момента у Хан Хана ни с кем не было романтических отношений. Исходя из этого, Ци Цзи сделал вывод, что реальным отношениям Хан Хан предпочитает связь на одну ночь. Он не ведал, почему лучший друг так несерьезно относится к этому вопросу. Сам Хан Хан хорошо знал причину. Даже одна любовная рана могла оставить шрам на всю жизнь. 

Когда он был на втором курсе, Хан Хан познакомился кое с кем в чате. Оба ладили друг с другом, вели спокойные и интересные беседы. Он был старшим студентом из Центральной Больницы. Они много общались. Он любил его игру на фортепиано, длинные и стройные пальцы, южную внешность. Воспоминания о первой любви всегда самые прекрасные, если только... все не заканчивается плохо. После выпуска этот ублюдок уехал закончить обучение в Германию, накормив Хан Хана сладкими обещаниями но, ни одно обещание не было исполнено. Ни звонков, не ответов, ни писем. Прошло меньше трех месяцев и Хан Хан получил электронное письмо о расставании. Будь оно просто о разрыве отношений, душа не болела бы так сильно. Что же его задело? Слова. 

«Перестань быть таким назойливым. Необязательно так давить на других. Мы были просто друзьями». 

Хан Хан очень разозлился и позвонил туда где живет тот человек. Трубку он снял, как и ожидалось. 

  • Почему ты продолжаешь быть таким серьезным?  
  • Потому что я действительно таков. 
  • Тогда ты еще и наивен. Не унижайся больше. Я давал то, что ты хотел, но это были лишь временные отношения. 

Период сроком меньше двух лет, оставивший свой отпечаток. Можно сказать, Хан Хан стал равнодушен к любви. После неудачного опыта он стал смотреть на мир с недоверием, он не доверял любви, все что она давала - это боль, все просто притворство, с того дня каждое утро для него было 23 - днем неудачи (по-китайски эти цифры означают неудачу).

Хан Хан с детства любил животных. Любовь окрепла, когда он поступил на ветеринара, а после пережитого - еще больше. Животные очень добрые. Если понравишься им, они останутся с тобой до конца. Питомцы всю свою жизнь будут сопровождать тебя. 

«Может, не нужно чего-то ожидать? Это приведет лишь к разочарованию, разве нет? Это... Комуто было бы явно по душе, да? Почему начинает казаться, будто мне нравится тот идиот?»  Хан Хан всерьез задумался. 

Честно говоря, они мало друг друга знали, да и хорошими друзьями не были, но Лян Цзэ мог считывать поведение животных. Был особенно добр и с хорошей аурой. Всегда прямолинейный, непривередливый, принципиальный, не ходил вокруг да около и не волновался о деньгах. Беззаботно смеялся, был недотепой и говорил, если чего-то хотел... Теперь понятно, почему такие вредные животные как шиншиллы, которые больше всего любят свое дерьмо, тоже любят его.  

Такой расклад мог лишь частично объяснить интерес Ханг Ханга, но... 

Лян Цзэ был типичным натуралом, а Хан Хан был уверен, что с ними лучше не связываться. 

«Настоящее зло». 

  • Привет! 

Колокольчик прозвенел, и Лян Цзэ радостно вошел в зоомагазин. 

У Хан Хана чуть глаза не повылезали из орбит. 

«Он же болен, что он здесь делает?» 

  • Ты... 
  • Мне уже лучше! Я так скучал по Иккю и Листочку! 

Лян Цзэ незамедлительно направился к шиншиллам. Его руки были спрятаны за спину. Вскоре Хан Хан заметил коробку. 

Лян Цзэ проснулся в четыре часа утра весь мокрый. Лихорадка уже спала. После пробуждения он обнаружил на тумбочке записку. 

«Не забывай принимать лекарства и много отдыхать. Хан Хан» 

Только сейчас он вспомнил, что Хан Хан приходил вчера. Вспомнил также и смутившее его утреннее происшествие. Трудно было поверить в то, что он проснулся рядом с мужчиной, а не с прекрасной девушкой. Но самым страшным было то «недоразумение»... 

Настоящее безумие. Его «маленький дружок» никак не хотел успокаиваться, поэтому Лян Цзэ пришлось идти в ванную и как-то решать проблему. 

Это было абсолютно бессмысленно. С появлением Иккю и Листочка его жизнь стала намного лучше. Каждый день он вставал в полдень, немного играл с шиншиллами, докучал Хан Хану, а затем направлялся в спортзал. Далее он снова возвращался в магазин и оставался там до десяти вечера. Ночью писал новеллы... День за днем. Наскучили все виды развлечений: вечеринки, банкеты, караоке и прочее. Со дня, когда он начал писать и до сего момента он никогда еще не чувствовал себя таким здоровым! Хорошее ощущение. Ум прояснился, стал организованным. Раньше он бы только снова напился, а на утро обнаружил беспорядок или незнакомую девушку. После неудачных отношений его брат запретил ему встречаться с кем-либо. Не жизнь, а большая лужа грязи. Лишь одиночество. 

С появлением Хан Хана у него зародилась цель, ради которой хотелось вставать по утрам. Зоомагазин ничем не заменить! Даже, несмотря на то, что содержать шиншилл было довольно дорого. Разве между ними не дружба?  

Это был первый раз, когда кто-то позаботился о нем! Самая лучшая вещь. Лян Цзэ все отлично понимал. Его родители погибли, остался только восьмилетний старший брат, который в двадцать уже стал отцом. Он покинул колледж и устроился офисным работником. Слишком большая ответственность для такого возраста. Лян Цзэ редко болел, а его брат был всегда занят. Поэтому, будучи больным, Лян Цзэ никогда не беспокоил брата, нужно было всего лишь немного потерпеть и все проходило.  

Вчера о нем впервые заботились, и это было замечательно. Приносили воду, вытирали пот с лица, давали то, в чем он нуждался. Настоящее блаженство! 

Перед тем, как покинуть квартиру, Лян Цзэ нашел самую любимую вещь из коллекции и взял с собой. Он действительно любил ее и хранил как зеницу ока. Хотел вручить Хан Ханг в знак благодарности, будучи уверенным, что она ему понравится.   

Отсутствие хорошего друга не было виной самого Лян Цзэ. Скучая, он находил тех, кто тоже скучал, и они скучали вместе потому, что глупо скучать одному. Университетские годы - самые важные в жизни человека, это период новых знакомств и свиданий. Лян Цзэ  же все свое время проводил в библиотеке. И не потому, что был ботаном, а потому, что хотел приспособиться к этой среде. Ничего, кроме китайской литературы его не интересовало. А он всегда старался разобраться, если чего-то не понимал. По крайней мере, это лучше, чем иметь дело с английским. В библиотеке он не только читал, но и записывал свои исследования, также отсылал их. По окончании за спиной было открыто не так много дверей. С таким направлением он мог стать лишь исследователем или профессором. Когда старший брат спросил о желаемой деятельности, Лян Цзэ е сказал, что хочет быть писателем. Тогда это рассмешило и брата, и невестку. 

  • Вот! Это для тебя! - играя с шиншиллами, Лян Цзэ вспомнил, что в руках коробка. 
  • А? - Хан Хан на мгновение опешил. 
  • Спасибо за вчерашнюю заботу обо мне! 
  • А. Что это? - спросив, он открыл коробку. 

Внутри... было что-то непонятное. 

  • Это из моей коллекции индийских нарядов, которые мне очень нравятся! Я даже надевал это, очень похоже на статую будды Шакьямуни! Дарю, тебе понравится, в этом удобно ходить.
  • ... 

Хан Хан вынул его. Очень удобный, едва прикрытый сзади. На что было невозможно смотреть - так это на бусы! 

«Ты еще и одеваешься как Будда?  Боже, хорошо, что хоть не сделал фото, увеличил, а потом поставил у себя в гостиной! =.=» 

  • Можешь сделать фото! Будет чем похвастаться! 
  • А... Сейчас не могу, ведь я даже не знаю, куда его повесить. 
  • Тогда подари! Я уже увеличил фото и отдал своему брату, а он повесил у себя в гостиной. Все спрашивали кто это!
  • Че? 
  • А он отвечал, что это главный монах, круто же?!

Хан Хан посочувствовал брату Лян Цзэ... 

  • Ой! - Лян Цзэ вдруг повернул голову. 
  • Что? 
  • Скажи, кто мы друг другу? 
  • А... 

Вопрос поразил Хан Хана. Какой парень будет спрашивать об этом другого парня? Что это может означать?

  • Почему ты сказал «а»? Кто я для тебя? 
  • ... 

Хан Хан не мог ответить. 

  • Эй, что с твоим выражением лица? Только не думай, что я хочу подлизаться к тебе в друзья, чтобы ты сделал мне скидку за шиншилл! 

Хан Хан даже не думал об этом. 

  • Я хотел спросить, можем ли мы считаться друзьями, ясно? Хорошими! 
  • Это... 

Хан Хан, желая то ли засмеяться, то ли заплакать, сказал: Да. 

  • Отлично! - улыбка Лян Цзэ растянулась до ушей. 
  • Впервые у меня есть друг! Моя жизнь станет более полноценной!
  • Что ты имеешь в виду? 
  • У меня никогда не было друзей, а сейчас, наконец, могу сказать это слово. Вчера, когда ты ухаживал за мной, я осознал, что ты мой друг! 
  • Хорошо... 
  • Да. 
  • Как это связано с «полноценностью жизни»? 
  • А, мой брат запретил мне встречаться с девушками, говоря по-другому, это означает, что я должен жить в одиночестве до старости. Поэтому если у меня появится друг, то я смогу расслабиться.
  • Ты такой интересный... Хочешь, чтобы я проживал, до старости скрашивая твое одиночество? 
  • В общем! Не так! Я...

Лян Цзэ не знал, как объяснить. Их отношения были чистыми и невинными! Почему же он не мог четко сказать об этом? 

  • Ясно. Почему брат запретил тебе встречаться? 

Он знал о ситуации Лян Цзэ. О том, что родители погибли, а брат женился и уехал. Если старший брат узнавал о болезни младшего, то очень волновался!  

  • О, брат сказал, что я не специалист в этом деле, а все мои девушки безумны. 
  • А? 
  • Хм. Первая выжимала из меня деньги, потом сбежала, вторая заставляла жениться на ней из-за беременности: но в итоге ребенок оказался не моим, а третья... нормальная, но сбежала с другим... 

Хан Хан был ошарашен. 

  • Брат отвел меня к гадалке, и она сказала, чтобы я не связывался с женщинами, иначе снизойдет кара! 
  • ...Если не можешь… то...
  • Все в порядке, я не расстроен, ха-ха. Пусть так и будет. 
  • Это... 
  • Красавчик! - Лян Цзэ с серьезным видом посмотрел на Хан Хана. - Не успокаивай меня. Все уже прошло, и я в полном порядке, ха-ха... 

Хан Хан подумал про себя: «Я и не пытаюсь. Ведь это хорошо, да?» 

  • Не успокаивай меня. Даже не пытайся, ведь Иккю и Листочек все еще со мной. 
  • ... 
  • Нет нужды, правда. 
  • ... 
  • Не надо. Совсем не расстроен. Я очень сильный! 
  • Я пришла. 

Колокольчик тихонько зазвенел, когда вошла Хай Хун. 

  • Красавчик! Хватит меня успокаивать! 
  • Сяо Лян, в чем дело? - спросила с беспокойством Хай Хун. 
  • Несколько лет назад ему разбили сердце, - беспомощно ответил Хан Хан. 
  • А? 
  • Да! Я все рассказал Красавчику, тебе все же не стоит меня жалеть!
  • ... 
  • Очень больно?- Хан Хан посмотрела на Лян Цзэ.
  • Вообще-то все уже в порядке, просто... 

«Кажется, он и правда нуждается в сочувствии». Хан Хан переслушал все во второй раз, и подумал.

«Далеко не все писатели сильны».

Глава 7. Свидание. Долгий Путь Домой.

 Я Красавчик: Привет...  

Любовь 123: =.=

 Я Красавчик: Что за мина?

Любовь 123:У меня усилился внутренний жар. 

(В Азии верят, что есть продукты с энергией Янь. К ним относят мясо, птицу, рыбу и морепродукты, соль. Все они повышают эту энергию. Из-за этого появляются прыщи, десны опухают, нарушается пищеварение.)

 Я Красавчик: А? Стоит пить больше воды.

Любовь 123: Сначала кровь из носа пошла, а теперь губы распухли. (Очень похоже на проявления ОРВИ или герпеса.)

 Я Красавчик: Довольно серьезно.

 Любовь 123: Да. 

Я Красавчик: Ешь фрукты и овощи.

Любовь 123: Сильная простуда, все не проходит.

Я Красавчик: А? От того, что я заболел у тебя жар внутри?

Любовь 123: ... У тебя что, мозги с горошину?! Я говорю, что это у меня не проходит из-за простуды.

Я Красавчик: А? Когда это ты простудился?

Любовь 123: Это все из-за тебя, зараза! Я от тебя заразился!

 Я Красавчик: О, а почему я не видел никаких симптомов? 

Любовь 123: Я ходил в больницу подлечиться, как ты мог при этом разглядеть мои симптомы!

 Я Красавчик: Это... Я...  Любовь 123: Сейчас все хорошо. Пью уже вторую чашку грейпфрутового чая. Думаю, поможет.

^_^ 

Я Красавчик: Ха-ха, нравится? 

Любовь 123: Очень вкусный. Спасибо, спасибо за то, что купил мне.

Я Красавчик: Ага, хорошо, что тебе нравится. Это импортный товар, цена не маленькая!

Любовь 123: Понятно... 

Я Красавчик: Да. Одна упаковка стоит 99 юаней. 

Любовь 123: ... 

Я Красавчик: Ну как?

Любовь 123: Нужно его пить экономно. 

Я Красавчик: Не нужно, этим я тебя обеспечу, не волнуйся. = = Любовь 123: Ха-ха.

 Хан Хан смотрел на экран, пил чай и улыбался.

 Вспоминая прошлые дни, Хан Хан осознал, что стал более мягким и глупым, а все потому, что влюбился. Да, осознал, что ему нравится этот идиот. 

Сейчас нужно было решить, что делать, чтобы продвинуться на новый уровень. 

Отношения с натуралом. Он хорошо понимал, что это невозможно, но...  влюбленные люди, они смелые. Хан Хан был не исключением. Он хотел попытать судьбу.

 В этот день Хан Хан сконцентрировался и начал рассуждать: 

1.Лян Цзэ нравится проводить с ним время. 

2.Лян Цзэ очень добрый.

  1. Его шиншиллы сейчас в зоомагазине. 
  2. И Лян Цзэ свободен. 

«Все прекрасно! Пора атаковать!»

Но... Главная проблема  в том, что он не был уверен как нужно правильно атаковать человека такого типа?

В тот вечер Хан Хан зашел на гей-форум и написал пост с таким содержанием:

«Мне нравится натурал. Он глупый, наивный и зависит от меня. Как мне начать с ним отношения?» 

Были вот такие комментарии: 

  1. Трахни до полусмерти. 
  2. Скажи "я люблю тебя".
  3. Эй, красавчик - хозяин магазина, я тоже натурал!
  4. Как он ведет себя рядом с тобой? Знает, что ты актив? Если знает и все еще близок, это означает, что ты ему уже нравишься!
  5. Пусть он все больше и больше на тебя полагается, например, пригласи на свидание и т.д., в общем, сделай так, чтобы ты был для него всем.
  6. В наши дни все еще есть натуралы?

....

Так получилось, что его пост стал шуткой, поводом для насмешек. Однако Хан Хану понравилась идея со свиданием. 

Они знали друг друга некоторое время и часто виделись в магазине. Лян Цзэ всегда приходил вовремя, даже тогда, когда была плохая погода... Он просто играл с шиншиллами, верно? А если бы Листочка или Иккю не было... что тогда? 

Думая об этом, Хан Хан смотрел на Листочка и ее "супруга". Оба... были замкнуты. Они жили друг с другом несколько месяцев, но... не вступали в отношения. Затем он посмотрел на Иккю, которая все еще запугивала Лонг Лонга...

 Позавчера Хан Хан сказал, чтобы Лян Цзэ больше не платил за содержание шиншилл. Он не хотел брать с него деньги, потому что испытывал неловкость. Услышав это, Лян Цзэ обрадовался и сказал:

 «Ты такой милый! Красавчик! Совсем не злой. Отличные новости. Пока Иккю и Листочек счастливы, я буду приходить и играть с тобой!» 

Двусмысленное предложение. На самом деле, благодаря этому предложению Хан Хан стал решительнее. 

Когда Иккю закричала, Лонг Лонг попятился к стенке.

 Хан Хан с сочувствием посмотрел на него. Он чувствовал себя дьяволом, потому что сам собственными руками привел Лонг Лонг к неудачному браку. Алопеция ареата не проходила и становилось только хуже. =.= 

 

Я Красавчик: Братан, я закончил работу. Увидимся вечером! 

Услышав сигнал сообщения, Хан Хан посмотрел на экран и быстро написал: 

Любовь 123: Ты собираешься в спортзал? 

Я Красавчик: Не сегодня. Хочу немного почитать. 

Любовь 123: Книга интересная?

Я Красавчик: Ага, интересная.

Любовь 123: Сегодня я тоже не занят, может, выйдем, прогуляемся? 

Я Красавчик: о’кей!

 Любовь 123: Куда хочешь пойти? 

Я Красавчик: В центр! А ты? 

Любовь: Хочу посмотреть осеннюю одежду. 

Я Красавчик: Хорошо! 

Любовь 123: Позвоню, когда буду выходить. 

Я Красавчик: А я пока почитаю. 

 

Хан Хан позвонил Хай Хун и спросил, сможет ли она прийти пораньше, затем заглянул к Ин Ин и поинтересовался, сможет ли та поработать сверхурочно. Обе ответили положительно, и Хан Хан, радостный, пошел в свою комнату.

 Он принял душ, посмотрел на часы - прошло уже три часа. Позвонил Лян Цзэ, сказал, что скоро выйдет, и попросил Хан Хана еще немного его подождать. 

Немного... ждал уже час. 

Шестая «Мазда» остановилась посреди двора и просигналила. Хан Хан посмотрел, особо не обращая внимания, пока не увидел как оттуда вышел Лян Цзэ. 

Хан Хан и не думал, что он приедет сюда. Настоящее сумасшествие, ведь по пятницам пробки =.= 

Выйдя из магазина, он увидел, державшего телефон, Лян Цзэ. Мгновение спустя прозвучал громкий звонок. Лян Цзэ окинул взглядом сначала Хан Хана, а затем магазин.

  • На что ты смотришь? Хочешь повидаться с Иккю и Листочком?

 Хан Хан встал напротив.

  • А! - прокричал Лян Цзэ и внимательно посмотрел на Хан Хана. - Красавчик! Это ты! 

Хан Хан в шоке. «Если не я, то кто?»

  • Ты, ты, ты... Не узнал тебя. Зачем очки надел? 
  • А?- Хан Хан вспомнил, что надел их после душа.
  • Ты так еще прекраснее! Залезай! - Лян Цзэ открыл дверь машины.  
  • Тебя не раздражают пятничные пробки?
  • Не особо. Какая бы ни была пробка, но в салоне находиться все равно лучше. 
  • А что насчет метро, которое заполнено?
  • А... забыл. 

 

Покинув Кальянный переулок, Лян Цзэ включил стереосистему. Хан Хан тотчас нахмурился. 

«Что это за музыка?» 

Мужчина пел песню «малышей»:

«Маленькая фигурка ла-ла-ла,

Ветер дует ла-ла-ла,

Каждый день поет о любви, маленькая душа проста ла-ла-ла,

Если бы это не было правдой хи-хи-ха-ха, То мы бы все равно были рады.

Кто мой дом? Это крепкое тело, как у Ли Кви,

Это мужественное лицо, как у Чжан Фей

С юга на север с мощной аурой, Выпил глоток воды из реки Хоан Ха... »  - Это детская песня? 

  • «Безудержное счастье». Отличная! - радостно сказал Лян Цзэ.
  • Эта мелодия... 
  • А? 
  • А можно поменять песню? 
  • Вот... Тоже любимые, - Лян Цзэ посмотрел на Хан Хана. А тот, закрыв глаза, почувствовал, что со свиданием что-то не так. = =
  • Подвижная и веселая песня. Чем дольше слушаешь, тем больше нравится. 
  • Да, «очень» интересная...
  • Ха-ха. 
  • Куда мы едем? - Хан Хан наблюдал за стоявшими на улице машинами и думал, что легче добраться до Луны, чем выбраться из пробки. 
  • Решать тебе! 
  • ... Давай в супермаркет «СОГО» (Сеть универмагов в Японии, имеющая несколько филиалов)  - Едем! 
  • Хорошо. 
  • Знаешь, как туда добраться? - спросил Лян Цзэ.
  • Что?
  • Я часто путаюсь в дороге. 
  • Тогда почему поехал на машине? 
  • Ничего, все дороги выводят к автостраде Ла Ма.
  • Налево!

 Они чуть не проехали поворот. Хан Хану казалось, что он в ненадежных руках.

  • Черт! Как раз вовремя! Красавчик, ты великолепен! А то бы не туда свернули.
  • ... 

Теснота, простиравшаяся от улицы Фую до проспекта Чанг, оставалась неизменной. Улица Синхуа также была блокирована. 

  • Братан, от тебя правда странно пахнет! - говоря это, Лян Цзэ приблизился к Хан Хану и как собачка начал того обнюхивать.
  • Что ты делаешь? - Хан Хан был потрясен. Никакого запаха от животных из магазина не должно было остаться, потому что он тщательно помылся. Боялся, что ошибся. 
  • Что? Правда, ничего странного чувствуешь?  

Хан Хан старался принюхаться, но ничего не почувствовал. 

  • В каком месте странный запах?  
  • Необычный запах.  
  • Какой? Странный запах?

-В общем - много запахов!

  • Хороший, по твоему?  - глаза Хан Хана чуть не вылезли из орбит. К сожалению, контактные линзы он не взял. 
  • Да. Вкусный запах. Чувствуя его, я сразу понимаю, что это ты.
  • Шенг Бинг Динг. 
  • Ха-ха. 

Хан Хан беспомощно посмотрел на Лян Цзэ. 

«Ему нравится обилие запахов. Так странно!»

 

 К шести часам они прибыли к торговому центру «СОГО». Аккуратно припарковавшись, они зашли внутрь и стали прогуливаться. Лян Цзэ ни к чему не проявлял особого интереса, не присматривал себе шмотки, а только много говорил. Хан Хан купил плащ, и оба решили поесть. Чтобы спуститься, Хан Хан и Лян Цзэ воспользовались эскалатором.

  • Что ты хочешь? – спросил Хан Хан - Все, что угодно.
  • По крайней мере, ты должен выбрать, что будешь есть сейчас. Есть что-то особенное? 
  • Э... А! Знаю! Раз мы здесь в южной части, давай попробуем хаггис! 

Очки Хан Хана чуть не упали.

 «Хаггис? Внутренности козы? Что может быть экзотичнее?» Заметив, что Хан Хан промолчал, Лян Цзэ спросил: 

  • Тебе не нравится козлятина?
  • ... Буду.
  • Отлично! В следующем коридоре торгового центра есть маленькое заведенье. Не такое, как «Ю Шенг Зай», но тоже неплохое. 
  • Хорошо, -Хан Хан вспотел. 

«Ты злодей. Заставляешь меня есть мясо, когда я и так весь горю!»  (снова про усиление энергии Янь, козлятина тоже усиливает, как любое мясо).

  • Да, пошли!
  • Ничего не купишь?
  • Я? Нет, у меня уже все есть.
  • О, это то, что сейчас на тебе? 
  • Нет, это я купил в прошлом году. 
  • Где твоя новая одежда? 
  • В шкафу. Редко ты задаешь глупые вопросы, - Лян Цзэ засмеялся.  «Кто из нас глупый?» 

Он хотел стукнуть Лян Цзэ по голове. 

«Покупаешь новую одежду, но вместо того, чтобы носить, оставляешь в шкафу. И кто из нас тогда глуп!?» 

Без сомнения, это был самый неромантический ресторан. Хуже того, в нем готовили свиные потроха. Мало того, что тесно, так везде был жир и масло.

  • Две порции хаггис, четыре булочки, 1 килограмм жареной баранины и один жареный рулет, - сделав заказ, Лян Цзэ посмотрел на Хан Хана. 
  • Хочешь сушеное мясо?
  • Да,- Хан Хан невольно кивнул.
  • Тогда закажем одну порцию. Здесь это коронное блюдо. 

После ухода официанта Лян Цзэ закурил.

  • Я так часто хотел прийти сюда и поесть, но не мог.
  • Почему? 
  • Грустно есть одному, а друзья не хотят.
  • Это место и вправду хорошее?
  • Да! Красавчик! Ты мне нравишься (это дружеский порыв)! Здесь вкусно готовят. Однажды попробуешь какое-нибудь блюдо и сразу поймешь, что оно лучше твоих любимых свиных потрохов. 

У Хан Хана чуть челюсть не отвисла. 

«Что он сказал? Свиные потроха? У этого человека опилки в голове, что ли? Здесь же готовят халал, а он так открыто говорит о... свиных потрохах». 

Как только Лян Цзэ умолк, все тут же посмотрели на него. 

  • Лян Цзэ...- Хан Хан ткнул его ногой. 
  • М? 
  • Не говори о свиных потрохах... - каждое слово он произносил тихо.
  • Что? 
  • Не упоминай свиные потроха. 
  • Что не упоминать? 
  • Потроха, свинина. 
  • Свиные потроха? Я и не говорю. Это же ресторан, где подают халал - фраза прозвучала довольно громко. 

Хан Хан незамедлительно пнул его со всей силы. =.= Хан Хану сейчас хотелось просто куданибудь провалиться.

  • Красавчик, что с тобой? - Лян Цзэ медленно среагировал, а затем уставился на Хан Хана. Поняв, в чем дело, он быстро сказал:
  • Я... не совершу такой ошибки... Ты... подтолкнул меня. 
  • Достаточно! – Хан Хан чуть не заплакал.

 Скажи Лян Цзэ «свиные потроха» еще раз, их расчленили бы. 

Еда оказалось вкусной, поэтому оба наелись до отвала. На выходе Хан Хан пристально уставился на Лян Цзэ. 

  • Если придешь сюда с кем-то в следующий раз, никогда не говори о свиных потрохах в ресторане, где подают халал. 
  • Понял. Не знаю, что со мной сегодня, ха-ха. 
  • М-м, - Хан Хан вздохнул. 

Казалось, что пробка уменьшается, поэтому они решили ехать. Губы Хан Хана все еще горели. Было понятно, что это продлится несколько дней. 

  • Понравилась еда?
  • А, вкусно, да. – Хан Хан кивнул.
  • Мы прекрасны. Можем говорить о чем угодно, и есть все вместе, кроме свиных потрохов!
  • ... 
  • Красавчик, я заметил, что ты не разговорчив. Хочешь спать? 
  • Нет.
  • А что?
  • Рот болит... 
  • Рот? Не можешь говорить? Тогда мой тоже должен болеть, да? Мы с тобой говорили о свиных потрохах в том ресторане... Возможно, это возмездие?
  • Убирайся! - раздраженно сказал Хан Хан. - У меня от жара воспалились десны. 
  • А!

 Лян Цзэ, наконец, понял, в чем дело... И он еще... заставлял его есть козлятину.

  • Мне просто нужен грейпфрутовый чай.

 Сидя на заднем сиденье и глядя в окно, Хан Хан понимал, что это «свидание» - катастрофа. Надо было остаться в магазине! Ведь хотел же быть романтичным. Одной поездки было достаточно, чтобы убить его! 

  • Тогда ты должен пить много, много чая. Если будет нужно, я куплю его для тебя. 

Хан Хан взглянул на него. Лян Цзэ курил, слушая «Безудержное счастье». Блики освещали его лицо и подчеркивали великолепные черты. 

«Эх... ну дернул меня черт за ногу влюбиться в этого парня!» - Я куплю его, а ты должен будешь пить и не экономь!

  • ... Густой напиток. Мне хватит на год.
  • О, ха-ха... 

«Правильно. Он безудержно счастлив». 

 

Такой долгий путь. Стерпеть Лян Цзэ оказалось непросто. Задача, требовавшая страданий, опустошения, сильного расстройства и разного вида раздражений. 

«Мелкий засранец, погоди, когда я тебя захомутаю, я не...» 

Добросердечный владелец магазина был дьяволом с трезубцем в руках. =.=  - О, красавчик... 

  • Что?
  • Ничего не говори, просто послушай. 
  • Говори.
  • Я действительно счастлив. Быть с тобой так хорошо! 

«Наконец. Он заговорил на человеческом языке. По крайней мере, этому свиданию можно дать 2 балла, не до такой уж степени все плохо, чтобы ставить ноль… ».

Глава 8. Временная разлука

Я Красавчик: Что думаешь? Хороша, не правда ли?

Любовь 123: Что это?

Я Красавчик: Это для того, чтобы греть ноги.

Любовь 123: А, вроде ничего особенного...

Я Красавчик: Что? Я заказал это на «Таобао». Она стоит не мало.

Любовь 123: Толстые носки и тапочки лучше.

Я Красавчик: Посмотри. Это можно заряжать!

Любовь 123: Неплохие характеристики.

Я Красавчик: Да!

Любовь 123: Вот только туда нужно вставлять обе ноги, не так ли?

Я Красавчик: Это... Я даже не думал об этом.

Любовь 123: Не удивлен. Твое мышление всегда было таким необычным. ^_^ Я Красавчик: Черт!

Любовь 123: Подожди, в клетке Листочка что-то происходит.

Спустя 10 минут.

Любовь 123: Родила...

Я  Красавчик:?...?

Любовь 123: Листочек родила милого детеныша.

Я Красавчик: Черт подери! Подожди, я уже иду!!!

 

Детеныш Листочка появился так внезапно. Этого ничто не предвещало.

Хан Хан даже ничего не заметил, хотя на протяжении долгих лет у него был опыт ухода за шиншиллами. Не было ни серого выделения, ни облысения. Раз и все. «А может, родила прошлой ночью?».

Как только Хан Хан открыл клетку, Икс, будто желая скорее убежать, бросился к нему.

Хан Хан пересадил его в другую клетку, поставив клетки подальше друг от друга. Шиншилла родила не так давно, поэтому была очень настороженной. Она не хотела, чтобы Икс тревожил детеныша.

Листочек сидела в углу. Хан Хан взял немного чипсов, чтобы приманить ее. Хорошо, что получилось. Детеныш находился под ней. Очень опасная привычка. Желание матери согреть могло запросто погубить малыша, если не заметить  это вовремя.

Взяв поддон, Хан Хан наполнил его опилками.

Он хотел потрогать детеныша, у которого все еще были закрыты глаза, но Листочек, отбросив чипсы, высказала своё неодобрение. =.=

«Реакция вполне ясна, ведь я не твой хозяин».

Зазвенел дверной колокольчик, и Хан Хан оглянулся. Лян Цзэ прямо-таки ворвался в магазин.

  • Листочек!

Листочек, увидев Лян Цзэ, тотчас начала тереться об его палец. Последний, не грешащий здравомыслием, разворошил поддон и начал нюхать детеныша.

  • Она только тебе позволяет прикасаться к себе, - Хан Хан, стоя рядом, улыбался.

Лян Цзэ усмехнулся. Детеныш был таким маленьким, пушистым и теплым. Глаза были все еще закрыты, что позволяло ему продвигаться лишь на дюйм.

  • Когда он станет взрослым? - Лян Цзэ повернулся и посмотрел на Хан Хана.
  • Очень скоро, - Хан Хан нежно улыбнулся.- Но сейчас его нужно все время держать в тепле и кормить питательными добавками. Детенышу необходим кальций.
  • А! Я так спокоен, когда ты о них заботишься.
  • Позволь ему поспать. У тебя холодные руки.
  • Хорошо, – Лян Цзэ вынул руку.

Лонг Лонг в это время скучал. Хан Хан открыл клетку, и этот малыш сразу же прыгнул на его ладонь. На голове все еще виднелась лысина. Недолго думая, зверек быстро перепрыгнул на плечо.

  • Лонг Лонг и Иккю все еще...

Лян Цзэ видел, как Листочек, сидя на земле, смотрел на Иккю.

  • Без изменений.
  • А может ей не весело?
  • Все правильно. Я старался разделить их, дать Иккю свободу, но...
  • Что?
  • Они не были счастливы.
  • Это что-то вроде... запутанной любви? - Лян Цзэ почесал затылок.
  • Не похоже на любовное страдание, а скорее, запугивание одного другим.
  • Бедный Лонг Лонг.

Лян Цзэ протянул руку, желая дотронуться до него.

Лонг Лонг отпрянул, переместившись на левое плечо Хан Хана.

Тем временем, Иккю свирепо оскалила зубы. Лапы Лонг Лонга сильно затряслись.

  • Деспотичное отношение, - подтвердил Хан Хан.
  • ...

Лян Цзэ помрачнел.

***

На ужин у них были: жареная свинина с чесноком, жареные яйца с грибами, жареная курица с зеленым перцем и слегка обжаренная капуста. Сперва поела Хай Хун. После она отправилась делать инвентаризацию, так как уже был конец месяца. Хан Хан и Лян Цзэ ели вместе и общались.

Своеобразная была беседа. Перескакивали от шиншилл - до годовой зарплаты таксиста. От Китая поздней осенью - до первого человека, побывавшего на Луне. От воспоминаний о Вонге Ка Куе - до дела о величайшем ограблении и т.д. Несмотря на прыжки от темы к теме, атмосфера была очень теплой.

После Лян Цзэ собрал и выбросил весь мусор. Перед уходом он сказал:

  • Красавчик! Возможно, я не смогу приходить в следующем месяце.

Хан Хан, убиравший со стола, неожиданно остановился.

  • Почему?
  • Новелла, которую я сейчас пишу, в тупике. Издатель торопит, а за спиной еще одна треть.

Лян Цзэ вынес мусор и вернулся.

  • Тогда заканчивай быстрее, - Хан Хан сжал полотенце, ощутив себя потерянным.

«Я чувствую одиночество? Что сказать? Невозможно чтобы Лян Цзэ приходил каждый день, тем более что Листочек уже родила. Прогресса  между Иккю и Лонг Лонгом не наблюдается, поэтому он все равно забрал бы своих шиншилл, верно? Тогда и поводы для общения были бы исчерпаны...»

  • Красавчик! - Лян Цзэ окликнул его и заметил удивление на лице.
  • А? - Хан Хан также осознал, что накрутил себя.
  • Я редко вижу тебя изумленным.
  • О. Ха-ха... Взялось из ниоткуда, ха-ха...
  • Ох, красавчик! Мне будет грустно долгое время не видеться с тобой, - Лян Цзэ выдохнул.
  • А... - Хан Хан был немного озадачен.

-Тебе было бы грустно не видеть Иккю и Листочка, верно? 

«Без ожиданий нет и разочарований».

  • Нет! – Лян Цзэ сморщился.- Я собираюсь забрать Иккю, чтобы Лонг Лонг отдохнул, но оставлю Листочка с тобой. Ты позаботишься о ней лучше меня. Ты нужен ей! Но... ха-ха. Я, правда, не знаю, как сказать. Не видя тебя, я буду грустить. Видишь, каждый день прихожу в твой магазин. Это место дорого мне.
  • А, не хочешь забрать сегодня? - спросил Хан Хан.
  • Эм. Мне, возможно, придется побыть одному примерно месяц.

Хан Хан хотел сказать:

«Не забирай ее. Просто оставь у меня. Так ты сможешь собраться с мыслями».

Затем передумал.

«Эти шиншиллы обе его, если он хотя бы одну не будет видеть, то непременно...» - Хорошо, я приготовлю что-нибудь для Иккю. У тебя еще остался корм? Песок, опилки?

  • Да!
  • Хорошо.

Хан Хан собрал все необходимое и передал Лян Цзэ. Последний спросил:

  • Красавчик! Будешь скучать по мне?

Хан Хан посмотрел на Лян Цзэ, почувствовал, будто его разум одурманен.

«Что он имел в виду? Не слишком ли это двусмысленно?»

Лян Цзэ заметил молчание. Испытывая неловкость, он почесал затылок.

  • Ха-ха... Ты должен радоваться, ведь никто не будет донимать тебя!
  • Нет, мне будет этого не хватать. Доходы за услуги сократятся немного.

-Ха-ха... правильно. Я расплачусь за все в ближайшее время.

 

Лян Цзэ взял клетку и вышел из магазина. Хан Хан с тоской посмотрел ему вслед. Он не знал, было это взаправду или всего лишь галлюцинацией, но Лонг Лонг носился вокруг клетки, будто не желая, чтобы Иккю уходила. Это... Или же он не хотел отпускать Лян Цзэ?

Из-за Иккю Лян Цзэ возвращался домой по-другому. Поймал такси. Машины спокойно ехали по шоссе. Положив руку на клетку, Лян Цзэ наблюдал за невысокими постройками на обочине. Эта улица была уже хорошо знакома.

Каждый день на протяжении полугода он проезжал по дороге к зоомагазину.

Казалось, его жизнь имела смысл и цель. Некоторое время донимать Хан Хана после пробуждения, затем приходить в магазин вечером. Биологические часы уже привыкли к этой рутине. 6 месяцев прилива сил и здоровья.

Лян Цзэ солгал Хан Хану. Одна треть - это не оставшийся, а лишь написанный объем новеллы.

Он должен закончить ее до конца месяца, но не мог.

По возвращении домой из магазина он всегда чувствовал сонливость. Вставал рано, но высшие силы наделяли его энергией весь день. С наступлением вечера они исчезали, а разум опустошался. День за днем он ничего не писал, и так продолжалось до тех пор, пока редакция не напомнила о себе.

Редкая возможность, которую он пытался достичь на протяжении многих лет. Это было...

фундаментом становления уважаемого литературного писателя. Разве нельзя просто отпустить ее на время и остаться в стороне? Вечное одиночество действительно ужасно. Никто не хочет быть трудоголиком, работать каждый день, не имея того, кто бы ждал дома. Сложно принять это. Никто не хочет просыпаться в пустой комнате. Коллекция, увеличивающая с каждым днем, не сможет поговорить с тобой. После работы никто не хочет переключать каналы, играть в игры или смотреть бессмысленные драмы в одиночестве. Никто не хочет быть один на выходных, хоть и есть многочисленные дерьмовые и пьющие друзья. Никто не хочет проживать жизнь в одиночестве.

Однако такие дни снова вернулись.

Редакция подарила отличную возможность. Лян Цзэ мог вернуться к своей одинокой жизни.

Есть, писать новеллу, смотреть телевизор и делать все, что угодно в одиночестве. О, не совсем.

Все еще были Иккю и Листочек.

Не брат запретил Лян Цзэ встречаться с девушками. Он сам отказался. Так хорошо к ним относился и...

Никто не может помогать другому всю жизнь. Холодное одиночество сопровождало его многие годы. Неожиданно повеяло теплом, и это было... Как бы сказать? Ненормально, верно?

Лян Цзэ верил, что они с Хан Ханом хорошие друзья. Зрелая, теплая и настоящая дружба. Не тот, с кем знакомишься в баре. Не тот, кто знакомится с тобой ради выгоды или денег. И определенно не тот, кто исчезнет из твоей жизни бесследно... Тот, кто присмотрит за тобой, когда ты болен.

Тот, кто найдет для тебя время, несмотря на занятость. Тот, кто считается с твоими вкусами в еде. Друг... Никто не остается до конца. Свадьба, дети, семья. Раз и человек исчез. Исключений нет.

  • Здесь?
  • А, да. Вот деньги.

Выйдя из машины, Лян Цзе сказал Иккю:

«Вот мы и дома, дружище».

***

Хан Хан закрыл магазин в 22:30. Поднялся наверх, принял душ и открыл банку пива. Лонг Лонг лежал в беговом колесе. Не двигался и не играл. Просто лежал на животе. Совершенная апатия. Двое мужчин уставились друг на друга в пустой комнате.

  • Лонг Лонг, ты скучаешь по Иккю?- Хан Хан опустился на корточки перед клеткой и погладил Лонг Лонга по голове.

Тот приподнялся, а затем снова лег на живот.

Один месяц Лонг Лонг не сможет видеть Иккю, а значит и Лян Цзэ.

Хан Хан не мог описать свои чувства. Почему он думал, будто потерял что-то, когда оно ему даже не принадлежало? Простая истина была очевидна: Лян Цзэ уехал. После окончания новеллы он заберет Листочка и детеныша. Возможно, купит Икс и вернется к прежней жизни: писать, совершать глупые поступки… Может, ему повезет, и он станет известным, тем самым приблизится к своей мечте.

«Если мы с ним больше не будем видеться, то останемся ли мы друзьями?» «Возможно?»  - сам себя спрашивал Хан Хан.

Ничего, кроме «возможно, да» или «возможно, нет». По сути, они двигались в разных направлениях. Любые усилия были напрасны. «Я люблю тебя». Слова сумасшедшего или беглеца, на самом деле. Сложно сказать тому, кто не услышит.

Играя с Лонг Лонгом, Хан Хан понял, что сегодня его ожидает бессонница.

Он невольно сел за компьютер и зашел в чат. Все еще было много людей. Не думая, начал писать что-то.

Среди сообщений о кормовых запасах не было ни одного от «Я Красавчик». =.=

В чате сидел незнакомец, отправивший Хан Хану личное сообщение. Последний начал разговор. Они жили в одном городе, поэтому делились друг с другом личной информацией и фото. Хан Хан знал, чего тот хотел, но, правда, был не в настроении. Казалось бы, его тип, но...

Парень был очень восторженным. Увидев фото Хан Хана, начал проявлять больший интерес, вести себя мило, настойчиво стараясь привлечь внимание... Но, Хан Хан устал. Ему все еще был нужен Лян Цзэ. Как такой неромантичный болван смог всецело занять мысли?

  • Тебя что-то беспокоит? - написал собеседник.
  • Да, - ответил Хан Хан.
  • Разбитое сердце?
  • Неразделенная любовь.
  • Зачем мучиться?
  • Ха-ха.
  • Хочешь прогуляться?
  • Не в настроении.
  • Ты веришь в  эту любовь? В эти отношение? Или же это просто сиюминутное чувство?
  • Нет.
  • Правда?
  • Я не знаю, ха-ха.
  • Решать тебе.
  • Эм.
  • Я ухожу, пока.
  • Пока.

Собеседник вышел из сети, а Хан Хан, не двигаясь, безнадежно уставился в монитор на несколько минут.

«Тут глупыш все еще пишет?» Глава 9:   419  (секс на одну ночь) Девушка: Алло?

Хан Хан:...Извините, ошибся номером.

Девушка: ...

3 минуты спустя.

Девушка: Алло?

Хан Хан: А может я...

Девушка: Эй, я вот, что скажу тебе, парень, ты не ошибся номером, на телефоне твой номер определяется. 

Хан Хан: А вы кто?

Девушка: Даже если скажу, ты все равно меня не знаешь.

Хан Хан: ...

Девушка: ...

Хан Хан: Мне нужен Лян Цзэ.

Девушка: Кто это?

Хан Хан: ...

Девушка: ...

Хан Хан: Я немного в шоке.

Девушка: А я то, в каком шоке, все еще не отошла от похмелья.

Хан Хан: Отдыхайте.

Девушка: А, ты так добр! Спасибо!

Хан Хан: Прощайте.

Девушка: Прощайте.

 

Хан Хан, держа в руке трубку телефона, просто хотел ударить себе по лицу. Это и было проявление идиотизма. 

«Да что я творю? Успокаиваю незнакомую женщину?»

«Да даже если бы я размышлял не мозгами, а пальцами ног, то все равно мог бы понять, что этот идиот занимался сексом «на одну ночь» с этой девушкой».

«И это называется “занят”? Занят, кувыркаясь в постели?!»

 

Хан Хан с грохотом кинул трубку на кассовый стол. Он вдруг осознал, что сейчас зол, причем не на шутку зол, разве... он мог не злиться?

Ин Ин в это время запаковывала корма для собак и наблюдала развернувшуюся сцену. Ей очень хотелось спросить, что случилось, но не посмела подойти и продолжала притворяться... что ничего не видела, ничего не знает.

Хан Хан выпил стакан теплой воды, залпом, до дна. Он вот уже полмесяца постоянно носил с собой телефон, так как не знал, когда ожидать звонка от этого идиота. Да и сам он вечером собирался вместе с Листочком, мистером Икс и Бао Бао (малыш, что родился) пойти проведать его, а заодно пополнить запасы еды для Иккю.

«Ну, ты и правда, Шенг Бинг Динг!»

Повезло, что хоть позвонил перед тем как прийти, если бы неожиданно заявился, то...

Эти несколько дней для Хан Хана были особенно несчастными. Днем больше не слышал эти его «365 почему», вечером не слышал «Хеллоу» от него. С каждым закатом не мог услышать: «Хм, давай попробуем это блюдо» (причем каждый раз Лян Цзэ решал так быстро, что Хан Хан ничего не мог поделать кроме, как заставить мучиться и страдать свой рот = =), а каждую ночь больше никто не приходил к дому Хан Хана, прося помочь открыть крышки банок.

Хан Хан сначала думал, что у Лян Цзэ все шло не лучше, чем у него. Тот каждый день, наверное, только и думал о том, как завершить новеллу, а еще никто не волновался о его питании, никто не помогал ему расслабляться, никто не заботился о нем. А тут узнал, что, оказывается, у него все есть!

Ха! Хан Хану хотелось иметь просто огромный рот! Разве этот хрустящий огурец не находится прямо перед ним! Замешкался, в итоге теперь у него его отбили! Сука! (и дальше маты).

Зазвенел дверной колокольчик, Хан Хан стоял перед кассовым столом, и даже не захотел взглянуть  на вошедшего. У него не было настроения сейчас заниматься торговлей.

  • 20 пакетов, - Ин Ин встала.
  • Хорошо. Скоро приедет развозчик, хорошенько все распредели, не делай ошибок.

-Нет проблем, что-то еще надо? - Ин Ин подошла к раковине вымыть руки.

-Хмммм... присмотри ненадолго за магазинчиком вместо меня.

-Хорошо!

Теперь на его место села Цуй Ин Ин, а Хан Хан собирался уходить.

-Присмотри за магазином, я выйду ненадолго.

-Что?

-Я сразу же вернусь.

-Ладно, хорошо.

Хан Хан толкнул дверь магазинчика, холод сразу же пробрал до костей. Он поднял воротник и побежал в сторону ворот. Растения уже завяли, но некоторые еще пытались держаться, во дворе неподвижно стоял железный стол.

Без назначенного места, не зная куда идти, все еще хочешь продолжить бег? Что бы полностью протрезветь. Хан Хан чувствовал себя смешным, какие его годы, а он все еще возится с этим придурком! Иногда его настроение было просто невозможно описать. В основном он был спокоен, но иногда в нем начинала пробуждаться волна чувств, а затем, конечно же, эта волна взмывала вверх.

Без надежды не будет и разочарования. Нельзя было надеяться, но сложно было заставить себя не делать этого. Не осознавая того, он надеялся и именно поэтому он разочаровался.

Внутри куртки завибрировало, он достал телефон посмотреть… Ци Цзи.

-Алло? 

«Зачем он мне звонит в это время?»

- Сяо Хан, вечером будешь занят в магазине? Мэнг Нан вчера вышел погулять и сильно испачкался.

-А, что, правда? Скажи Ин Ин.

-А тебя там нет?

-Да

-Ты где?

-На серебряном мосту.

-Что? Ты там? Зачем ты там?

-Любуюсь поверхностью воды.

-...Ты, ничего не случилось?

-Я? Ничего, я в отличном настроении, просто сегодня хорошая погода, светит солнце, небо ясно, поэтому и решил прогуляться!

-Хан Хан... сегодня... дует ветер силой 5 баллов, - Ци Цзи осекся.

  • Все правильно, если ветер не будет дуть, то откуда взяться солнцу?

-А этот ветер... сильный?

  • Сильный, волны вьются, красиво...
  • А я... не мешаю твоему сумасшествию?
  • Конечно, ничего!
  • Ладно, вечером встретимся.
  • Ок.

Увидев волну, Хан Хан прислонился к каменному ограждению, он стоял и пустыми глазами смотрел на поверхность воды. 

«А как долго замерзает лед? В этом году, когда начнет таять лед?»

Сильный порыв ветра закружил опавшие листья и пыль, Хан Хан задержал дыхание.

 

Три часа пролетели как один миг, Лян Цзэ казалось, что все его тело ноет от боли и голова тоже. Прислонившись вполоборота к кровати, он закурил, окинул взглядом комнату. Мать его! Рядом гость! Так еще и женщина! = =

Лян Цзэ похлопал себе по лицу, еще раз глянул, а какой-то странный неопознанный объект все еще лежал там, тело было укрыто одеялом. Тут из-под одеяла появилось маленькое личико, показались длинные волосы. «Что такое?»

Стукнув пару раз себя по голове, Лян Цзэ отчаянно пытался вспомнить. Вот только голова совсем не хотела соображать, как ни старался, не мог найти  воспоминаний об этом...

Посидев 10 минут и достав сигарету, Лян Цзэ вытянул руку и легонько толкнул  девушку. Та немного пошевелилась, отвернулась и продолжила свой сон.

-Эй, слушай, - Лян Цзэ не терпелось все разъяснить. Если эта дамочка не будет его слушать, он этого просто так не оставит.

«Это и называется нездоровая жизнь?!»

От шума девушка проснулась, и повернулась, прищуриваясь.

-Че? - типичная для женщины часть тела дернулась, продемонстрировав белые блестящие груди.

-А… - Лян Цзэ выпучил глаза и застыл.

Девушка немного удивилась, не понимая, что это за реакция у человека, и рефлекторно опустив голову, посмотрела вниз и  улыбнулась.

-Что такое?

-Ты... – Лян Цзэ вовсе не стеснялся, он переспал со многими женщинами, ему просто хотелось знать, кто эта девушка.

-Тэ Ки.

-Ки, – Лян Цзэ кивнул головой.

-Что хотел сказать? - девушка посмотрела Лян Цзэ и подумала: «Паренек выглядит красивым, вот только глуп».

-Это... я хотел спросить... Ки ты, ты... что ты делаешь со мной в одной кровати?

Девушка повернулась и сказала:

-Придурок.

-....

-Ну, это уж точно не та ситуация, где ты – бедный невинный парень, обманут мной, девушкой – волчицей. Нафиг задавать такие глупые вопросы?

-Это... – Лян Цзэ почесал затылок.- Ты хочешь сказать... ты и я... уже сделали это... вчера ночью?

-Делали или нет, я не помню точно, я тоже много выпила, помню только, что вчера старик Као запихнул нас обоих в такси.

- О... - Лян Цзэ тоже начал припоминать.

Это было правдой. Вчера, в 11 часов вечера, старик Као перепил и позвонил ему, говоря: «Братан, приходи, споем в караоке!». В тот момент Лян Цзэ как раз писал новеллу и ответил, что он занят. Но неожиданно старик Као громко крикнул: «Лян Цзэ! Ты должен прийти! Если ты не придешь, это будет считаться осквернением моей чести!». Чем больше тот говорил, тем меньше Лян Цзэ мог придумать причин для отказа. Лян Цзэ ничего не осталось, кроме как пойти туда. Перед этим семпаем нельзя было провиниться. Во времена, когда он еще учился в институте, все было гораздо хуже. Но повезло, что ситуация с каждым годом улучшалась. Као был одним из тех, кто думает нижней частью тела, вместо верхней, и это еще цветочки, хуже то, что он превратил Лян Цзэ в напарника по пьянству и развлечениям, и так происходило постоянно.

Лян Цзэ не был так уж близок с Као, но если подумать, в сложные  годы этот человек возился с ним. Поэтому не было странно, что Лян Цзэ по старой дружбе пришел забрать его пьяного.

Пьянство, и правда, нехорошая вещь, и Лян Цзэ ясно это осознавал. Пьянство могло привести к неправильным последствиям. После выпивки, даже если человек был добрым и не совершал неправильных поступков, он сразу превращался в невежду.

« И что же делать? Нет способа узнать было или нет!»=_= -Остались впечатления? - девушка улыбалась.

-Ничего не помню. - Ха-ха-ха-ха-ха…

Смотря на то, как эта девушка, как ни в чем, ни бывало, ржет, челюсть у Лян Цзэ отвисла до пола. «Че за хрень? Эта телка от пьянства совсем «динь-динь»? В самом деле, 419- это не так уж и страшно, самое страшное, это столкнуться с такими людьми лично! Правильно, блин, грудь выпирает!»

-Ты помнишь, что не делал этого вчера? - девушка прислонилась к подушке, наклонившись к сигарете Лян Цзэ, в этот раз обнаженное тело появилось перед глазами.

-Не помню, - честно ответил Лян Цзэ.

-Ну ладно, не нужно много думать, допустим, что между нами ничего не было, но на данный момент я без секса не уйду.

-Че? 

Через полчаса кровать шаталась, а Лян Цзэ решил побаловать себя немного. Не сложно было догадаться, что произошло потом: презик надет, главное получить удовольствие. =_= Девушка встала и пошла принять душ, затем оделась, и, уходя, поцеловала его на прощанье. В самом конце он получил визитку: «Генеральный директор издательства порнографии».

-А, точно! - только хотела открыть дверь, но остановилась. - Рано утром твой телефон долго звонил, я подняла трубку. Тебя же зовут Лян Цзэ, не так ли?

-Конечно, в моем свидетельстве написано...

-Да, тебе звонил какой-то мужчина, два раза, сначала подумал, что не туда попал.

-Хорошо, я потом посмотрю запись звонков, о чем говорили?

-Ни о чем, он сказал, что он в шоке, я тоже в шоке, затем он сказал, чтобы я хорошенько отдохнула.

-....

-Спасибо за прекрасную ночь, а, нет, не так сказала. Спасибо за прекрасное утро! - девушка веселилась.

-А… ладно.

-Слушай, у тебя действительна башка деревянная?!= =

Девушка ушла, Лян Цзэ лежал на кровати думал о том, что она совсем не похожа на обычную девушку. Она сама с удовольствием чуть ли не изнасиловала его.  Вдруг Лян Цзэ вспомнил, как та упоминала о звонке, так что открыл телефон.

Последний звонок: Хан Хан.

«Ой, мамочки, это же красавчик звонил!»

Лян Цзэ сразу же возбужденно перезвонил, ведь они не виделись некоторое время. Он еще помнил, что собирался в конце недели выбрать хороший день и пойти проведать Хан Хана, но вот только еще не закончил с новеллой, так что продолжал работу.

«Скучаю, очень скучаю, невероятно скучаю по нему ^_^».

Чего Лян Цзэ не мог себе представить, так это то, что Хан Хан ни разу не возьмет трубку. Раз позвонил - не поднимает, два позвонил - не поднимает, а на третий раз не стал, так как подумал, что Хан Хан занят.

 

В 9 часов вечера перезвонил еще раз. Хан Хан ответил.

  • Красавчик! – Лян Цзэ был воодушевлен.

-Что? - голос Хан Хана был холоден.

  • Красавчик! Слышал, что ты мне утром звонил, – Лян Цзэ все еще думал, что этот холодный тон из-за того, что тот перетрудился и устал, и не стал обращать внимания.
  • Правильно!

-Ха-ха-ха, скучаешь по мне?

-....

-Мамочки, да ты еще и стесняешься?

-Ты...

-Я? Я что?

  • Проехали, ничего. Утром какая-то девушка подняла трубку, поэтому я подумал, что ты занят, не стал перезванивать.
  • Ах да, она рассказывала мне, а еще говорила, что ты посоветовал ей хорошо отдохнуть!

-.....

  • Был занят?    
  • Да.

-Так и знал, раз был так занят, значит, неплохо заработал сегодня!

  • Все благодаря тебе.  ( Сарказм)

-А? Да что ты, меня же там не было, чем я мог тебе помочь?

-Что ты хотел сказать?

  • А?
  • Нечего мне сказать? Если нет, то бросаю трубку, - Хан Хан хотел уже отключиться.
  • Эй! Красавчик! У тебя плохое настроение?
  • Почему у меня должно быть плохое настроение?
  • Откуда мне знать? Знал бы, не стал спрашивать! По твоему тону понятно, что ты не в настроении.

-У меня все прекрасно!

  • А, ну тогда хорошо, в конце недели я заеду, ты там будешь?
  • Не буду.
  • Почему?
  • Отправляюсь в путешествие!
  • Ты совсем по мне не скучаешь?

-А мне что, нужно по тебе скучать? По тебе что, мало народу скучает?

Голова Лян Цзэ пошла кругом.

«Неужели это потому, что я нарушил свой обет безбрачия (ну не то чтобы безбрачия, а просто переспал с девушкой, и вышел из состава одиноких)?».

-А, красавчик! Та девушка, что была утром, она не моя подружка.

-Правильно, я знаю, конечно же, нет.

-Между нами ничего нет.

-Правильно, потому что она даже не знает твоего имени.

Лян Цзэ не мог распознать в голосе Хан Хана нотки ревности, а наоборот, принял это в итоге за презрение.

-Можешь прекратить презирать меня? То одно тебе  не нравится, то другое!

-Ты! – Хан Хан едва сдержался и не выкрикнул: «Ебать, да это ты виноват!». - 300 раундов?! (секс наверное имеет виду) Не стоит с ней так много расслабляться, ха-ха-ха! Продолжай тренировки в спортзале!

Пик-пик-пик... Связь оборвалась.

-Эй? Красавчик! Красавчик!

Еще раз позвонил - телефон выключен.

«Да что с ним не так?» Лян Цзэ не рад.

«Еще не успел договорить, и  даже если он злился, то все равно, должен был дать договорить! Что за невежда!»

Лян Цзэ со злобой уставился на монитор компьютера, руки  без перерыва застучали по клавиатуре:

Я Красавчик: Даже если в конце недели тебя не будет, я все равно приду! Я еще должен присмотреть за семьей Листочка!

Я Красавчик: Мать твою!

Я Красавчик: Смеешь отключать телефон!

Я Красавчик: Циник! Бесчувственный ты! Дебил!!!

Лян Цзэ стучал по клавиатуре, было очень грустно, было даже немного больно, ведь он так скучал по Хан Хану.....

Глава 10: Trip! 2 дня,1 ночь

(диалог происходит перед зоомагазином) Лян Цзэ: Хэллоу, красавчик.

Хан Хан:...

Лян Цзэ: Собирался выходить?

Хан Хан: Да.

Лян Цзэ: Эта машина довольно древняя.

Хан Хан:...

Лян Цзэ: Но мне кажется «Mitsubishi» - это ретро.

Хан Хан: Спасибо.

Лян Цзэ: Куда едешь?

Хан Хан: Не знаю, просто хочу проветриться.

Лян Цзэ: Проветриться?

Хан Хан: Считай что это так.

Лян Цзэ: Да, весь день, находясь в магазине, ты вряд ли сможешь расслабиться.

Хан Хан:...

Лян Цзэ: Один поедешь?

Хан Хан: Да.

Лян Цзэ: Ха... я тоже поеду, подожди чуток.

Хан Хан смотрел на то, как Лян Цзэ забежал внутрь, он сам не понимал, на кой черт он прождал 10 минут. 10 минут спустя...

Лян Цзэ: Я смотрю у Листочка, Бао Бао и мистера Икс все хорошо.

Хан Хан: Ты... зачем залез в машину?

Лян Цзэ: Я поеду с тобой! Вместе расслабимся! Мы уже давно не болтали.

Хан Хан:...Че?

Лян Цзэ: Не нужно меня благодарить, мы же друзья!

Хан Хан:...

Хан Хан разозлится. Он был зол всю дорогу, а когда они выехали на автостраду,  то еле мог сдержать себя.

«Этот идиот самовольно залез в машину, так еще и болтает без умолку.»

«Я в депрессии, мне нужно расслабиться, ведь главной причиной моей депрессии являешься ты, придурок! Так ты еще и последовал за мной в машину, хочешь меня до гроба довести?!»

Все произошло слишком неожиданно. Откуда не возьмись, появился Лян Цзэ и, подойдя к его машине, стал с ним разговаривать, говорил, что хочет расслабиться, что «Mitsubishi» это ретро, попросил его подождать, а затем бесцеремонно залез в машину. = =

Они оба были одеты по-деловому, но так как Лян Цзэ закурил, Хан Хану пришлось опустить окошко, а холод снаружи уже пробирал до костей.

  • Сегодня неплохая погода,- Лян Цзэ сидел на сидении рядом и лениво грелся на солнышке.
  • Да уж, и правда неплохая, - холодно ответил Хан Хан.

В его голове снова пронеслись воспоминания о том случае. Но он не мог выпустить наружу свое недовольство, сдерживался, пытаясь быть спокойным. Он не хотел, чтобы это придурок снова вошел в его жизнь. И данная ситуация была как будто издевательство над ним.

Лян Цзэ держал во рту сигарету и напевал:

Обычное вечернее воскресенье.

Разъезжаешь по дороге бесцельно, А рядом с тобой человек в возрасте

Что делает атмосферу еще серьезнее.

Каждая ситуация не похожа на другую

То, что происходит сейчас, однажды станет прошлым.

Об этом и говорить много не нужно.

Я очень рад быть с тобой рядом.

В жизни есть такой близкий друг

С которым ты можешь быть самим собой.

Даже если ваши характеры не совпадают

Все равно не нужно много объяснять Он все поймет без слов.

Заговорив о вашей работе

Если не хочется говорить, то не нужно заставлять себя улыбаться.

Даже если я без юмора Мой друг все поймет.

На свете есть такой друг, с которым можно вести себя как хочешь, Даже если ваши характеры не совпадают.

Все равно, не нужно много слов объяснений.

Он все поймет.

Ваши встречи всегда кажутся короткими.

Даже если однажды мы не станем больше связываться

Мой друг, ты знаешь, сколько тепла ты мне подарил...

 

Хан Хан посмотрел в лицо Лян Цзэ, а тот, опомнившись, улыбнулся и спросил:

  • Ну что? Хорошая песня?
  • А...да... очень интересно. Твой голос как Божий дар.
  • Эй, давай сходим в караоке?
  • Только чуток похвалил и уже пытаешься воссиять, - улыбнулся Хан Хан.

 

Ты думаешь, я шучу? Когда-то я услышал эту песню, чувства, что у меня были тогда... как бы сказать, невероятно интересные, слова были простыми «ты мой друг, рядом ты или нет, мне всегда кажется, что ты рядом».

  • Что?
  • Тогда эта песня была особенно популярна, все ее слушали, я даже побежал диск покупать, другие песни тоже очень хорошо звучали.

-Ха-ха...

  • Что ты смеешься! Да, немного странно, но я действительно рад, что у меня есть ты, мой лучший друг.

Первая часть еще радовала Хан Хана, но как только слово «друг» прозвучало во второй половине предложения, это снова его взбесило.

  • Красавчик!
  • А?
  • Тебя случаем не продуло?
  • Че?
  • Твое выражение лица сегодня немного странное.

-....

Хан Хан пребывал в депрессии, и почему он только влюбился в этого человека? 

Но ничего не поделаешь, он уже увяз в этом.

Хан Хан чувствовал сильную усталость. Сначала он думал, что сможет вырваться из этого замкнутого круга, но теперь... никак не мог. Идти вперед или назад, все бессмысленно, путь до сердца Лян Цзэ еще далек.

Как беспомощно себя чувствовал...

  • Эй, красавчик, у тебя настолько плохо на душе? – Лян Цзэ посмотрел на Хан Хана.
  • Хм? – Хан смотрел прямо на дорогу, он должен был вести машину.
  • На самом деле... Я знаю ... почему ты не весел.
  • Что? А ну поведай-ка.

Хан Хан с нетерпеньем ожидал ответа Лян Цзэ: «Неужели до этого идиота дошло?».

  • Ну, сам посмотри. Когда я пришел, у тебя было нормальное настроение, перед тем как сесть в машину, ты еще поддерживал разговор, а после того как сел, ты  раздражаешься постоянно... Дураку ясно, что это из-за меня.

«Эх-х-х, есть немного правды в этом!»

Продолжить рассуждение, почему из-за меня у тебя плохое настроение?

Хан Хан посмотрел на Лян Цзэ, вначале он даже еще на что-то надеялся, но после сказанных слов был полностью разочарован.

  • Потому что благодаря мне, у тебя есть прибыль! – Лян Цзэ громко захохотал. - Зоомагазины это практически как бесплатные заведения (волонтерство), прибыли совсем не много, и я уверен, что ты мало зарабатываешь. Но ты не волнуйся, я обещаю взять на себя ответственность за это. Ты доволен?

Если бы они не были на автостраде, то Хан Хан бы остановился и выгнал Лян Цзэ пинком под зад из машины!

«Что еще ждать от этого человека?! Да это не иначе, как мазохизм!»

  • Ладно, а пока езжай куда хочешь, хи-хи… не беспокойся, поезжай  куда хочешь!
  • Не - хочу - больше - никуда - ехать! – Хан Хан произнес сквозь зубы эти слова.
  • Почему, у тебя все еще плохое настроение?

Лян Цзэ коснулся подбородка:

  • Неужели...

Тут Лян Цзэ вспомнил, как в прошлый раз Хан Хан вырубил телефон... это было только недавно... 

«Все правильно! Хвастался девушкой... Ой, неужели он не из-за занятости вырубил телефон... Я, должно быть, заставил его завидовать, поэтому он положил трубку! Это не могло было быть только ради прибыли (был занят, трубку положил), ведь мужчины создания довольно гордые».  - Неужели, что? - Хан Хан уже ни на что не надеялся. = =

-Я в тот день, я не нарочно пытался тебя возбудить, - честно признался Лян Цзэ.

  • Возбудить? – Хан Хан уже совсем не понимал, что в голове у этого ненормального.

-Да! Ты такой идеальный тип людей, сбалансированный, да еще и красавчик, и у тебя была любовь! Идеален!

Хан Хан услышав это, посмотрел на дорогу впереди и вздохнул. 

«Да этот дебил сейчас издевается над моими нервами, мать его!»

Сначала появился маленький лучик света, но потом  мгновенно все погасло.

  • А! Красавчик, красавчик!
  • Чего зовешь?
  • Красавчик, давай пойдем в бассейн! – Лян Цзэ указал на огромную рекламу у дороги, которая была на расстоянии примерно 1 км от них. «Wellcome to Watertown».

-.....

Сегодня так холодно, давай лучше пойдем на источники! Можем так же поиграть в бильярд!

Хан Хан немного подумал, и затем все-таки сделал как сказал Лян Цзэ. «Fuck you!» Приехав туда и только открыв ворота, Хан Хан сразу же услышал: 

  • Отличные источники! Сегодня я точно должен увидеть тебя без одежды!

-!!!!!!!!!

  • Раздевайся! – Лян Цзэ быстро разделся, укутался в полотенце настолько быстро, что заторможенный Хан Хан не успел... В общем, ничего не успел увидеть. Так и стоял в оцепенении.

Встретившись со сверкающими глазами... Хан Хан был как будто полностью разоблачен.

  • Зачем ты на меня уставился?
  • Непременно хочу увидеть, ужасно хочу увидеть.

-....

Хан Хан глянул разок в раздевалку, там уже немало народу начало смотреть на них с подозрением.

  • Лян Цзэ...
  • Да?
  • Будь чуток осторожнее...
  • Что?

Хан Хан приблизился, прошептал нежным шепотом на ушко Лян Цзэ:

  • Ты не видишь, что все на нас сейчас смотрят?
  • Ну и что?
  • Потише!
  • А…
  • Не говори об этом так громко! Нужно следовать правилам отеля.
  • Ну и что?
  • Не видишь, что все на нас пялятся?
  • Вижу, а еще мне кажется странным, что они на нас зачем-то пялятся. Неужели потому, что мы красавчики?
  • Продолжай мечтать.

-Эй... ну тогда что?

Они... Э...твои слова заставят 8 из 10 человек думать, что между нами есть нетрадиционные отношения.

  • А? Что значит нетрадиционные отношения? Я еще никогда не позволял ни одной девушке себя раздеть!

-...В общем, прекращай орать. Заранее спасибо.

  • Хм, тогда скорее раздевайся уже, я хочу посмотреть! – Лян Цзэ как ни в чем, ни бывало, подошел ближе к Хан Хану, и,  прильнув к его ушку, игриво произнес эти слова.

У Хан Хана в голове сейчас крутилась только одна фраза: « Да пошло все к чертям, все равно не избежать... насколько же это возбуждает».

Но вопреки ожиданиям, Хан Хан взял и пнул его под зад, выгнав наружу, и оставив дожидаться там. Когда Лян Цзэ вышел наружу, то только тогда и начался настоящий позор. Все мужики в раздевалке уставились на него, как на мутанта, да еще и с сарказмом. Хан Хану казалось, что за всю жизнь еще ни разу не терпел такой несправедливости. Это был один из тех случаев, когда говорят: «Ты не ел рыбу, но от тебя воняло рыбой!». Он признавал, что когда-то был в нетрадиционных отношениях с мужчиной, но с Лян Цзэ у него не было ничего! В итоге...

Единственный раз в жизни, когда на него смотрели вот так, свысока, было из-за этого придурка!

«Лян Цзэ, я тебя прихлопну!» - Хан Хан сходил с ума от бешенства...

После того, как переоделся в плавки, Хан Хан пошел искать Лян Цзэ. Здесь было много водоемов, непонятно куда пошел этот мелкий.

Было много разных ярких вывесок: источник с русалкой, источник с лечебными травами, источник с массажем... Много всего странного.

В последние дни недели в этом месте всегда очень много народу.

«Где же этот придурок?»

Пока осматривался вокруг, Хан Хан вдруг увидел, как кое-кто всплыл на поверхность источника с русалкой. Это был ни кто иной, как Лян Цзэ.

Тот тоже увидел Хан Хана:

  • Красавчик! Я тут!

После этого громкого оклика... Если до этого на него лишь поглядывали в полглаза, то теперь официально могли смотреть прямо на него. Особенно обжигающие взгляды были у девушек.

-Молю тебя, Господи! Уменьши свои децибелы! – Хан Хан опустился в источник.

Сначала он хотел прийти сюда, чтобы расслабиться, но как видно, теперь просто не мог этого сделать.

  • Ну что  еще?
  • Ну, звал «красавчик», «красавчик»...
  • Ну, ты и есть красавчик, даже по сравнению со мной красив!

Впредь будет достаточно, если ты будешь расхваливать себя одного.

-....

  • Ну ладно, зачем ты только что нырял в воду? Это тебе не бассейн.
  • Искал русалку! Да, блин, представляешься, это просто полное вранье! Никакой русалки там не было!

-Убей же меня! – Хан Хан находился в полном бешенстве и отчаянии.

-А?

-.....

-О, еще, все из-за того, что я был занят поиском русалки, забыл то чувство!

-А?

-Ой, подплыви-ка поближе, - сказал Лян Цзэ.

-Зачем?

-Скорее!

Хан Хану ничего не осталось, кроме как зашевелиться.

  • И, правда! – Лян Цзэ большой ладонью шлепнул по прессу Хан Хана. - Мне кажется, ты просто в прекрасной форме!

-...И это причина, по которой ты так порывался  увидеть, как я раздеваюсь?

-Все правильно! Я давно наблюдал, даже через одежду я чувствовал, что у тебя отличная фигура, но не думал, что ты настолько прекрасен! Бог так не справедлив! Для того чтобы быть в форме мне приходится каждый день ходить на тренировку, а ты просто сидишь в своем магазине, ничего не делаешь и все равно выглядишь отлично. Так к тому же у тебя даже шрамов на теле нет!

 -Ты что, завидуешь? Это дар от Бога.

-Вот я и говорю, что Бог совсем слепой!

Двое немного помолчали, Хан Хан расслабился, закрыл глаза, успокоился немного, а тут Лян Цзэ произнес:

  • Ой, красавчик! Открой глаза! Та телка такая красотка!

Рука Хан Хан что находилась под водой сжалась в кулак.

Лян Цзэ правда заботился о Хан Хане. Такой соблазнительный мачо сидел просто так, и если будет продолжать так закрывать глаза, то разве это не растрата юности?

  • Открой глаза!

Хан Хану для того чтобы тот придурок заткнулся пришлось с досады открыть глаза, и он увидел, что это была действительно прекрасная девушка.

Ну как?

Хан Хан покачал головой.

  • Наверное, у тебя нет интереса к такому типу девушек. Ой, смотри! Там!

-.....

  • Неужели тебе нравятся милые девушки? Тогда сложновато будет, давай-ка я за тебя поищу...

-...

  • Там! Там! Там! Красавчик, ну проснись, посмотри в ту сторону, ну милая же!
  • Как ты можешь быть таким дебилом?
  • Я... - Лян Цзэ не мог подобрать слов.

Хан Хан смотрел на Лян Цзэ, в его взгляде было полное разочарование и отчаяние. Все те девушки потащились к источнику русалки, и не нужно  было быть сильно смышленым, чтобы понять почему. Лян Цзэ и так был привлекателен, да еще и флиртовал... Ну и  как эти девушки могли не соблазниться им?

Девушки, одна за другой входили в источник, пришли пофлиртовать. Хан Хан никогда не подозревал, что Лян Цзэ из ловеласов, но... Когда тот начал клеиться к одной девушке, Хан Хану просто ужасно хотелось подойти и дать ему пару раз по морде! Какой стыд!

Пока Лян Цзэ подкатывал к телкам, Хан Хан ушел. Писатель повернулся, а его уже не было рядом.

  • Твой друг только что ушел, - сказал кто-то.
  • Что? – Лян Цзэ выпрыгнул из источника.

Душ был неподалеку и, ворвавшись, он увидел Хан Хана.

  • Чтоб тебя! - он открыл дверцу и предстал перед Ханом.

А тот в это время мыл голову и от неожиданности испугался. А то, что за этим последовало, было еще страшнее. Лян Цзэ вдруг быстренько снял плавки, и,  бормоча, пошел, в чем мать родила под душ к Хан Хану.

  • Да что с тобой! Таким должен быть лучший друг?! Да что ты все ходишь вокруг да около, уже понятно, что ты не в настроении. Я сначала подумал, что тебе нравятся полностью развитые девушки, кто же знал, что ты вот так встанешь, отряхнешь зад и уйдешь!

Лян Цзэ вытянул руку, чтобы взять шампунь, намылил себе голову и продолжил ворчать.

Уши Хан Хана полностью оглохли, не шевелясь, он стоял и смотрел на Лян Цзэ. Тот всегда ощущал неполноценность своего тела, но на самом деле оно у него было просто прекрасное. Тонкое, длинное, кости широкие, мышцы крепкие. Взгляд скользнул ниже, и он увидел... Пушок.

(18+) = =

  • Да, блин, скажи уже что-нибудь! – не замечая состояние друга, Лян Цзэ  оттолкнул Хан Хана и начал ерошить его волосы.

 

Если бы это не было общественное место, Хан Хан мог поклясться, что точно изнасиловал бы этого идиота!

-От того, что ты молчишь мне неловко! Скажи уже, какой тип девушек тебе нравится?

  • А ты что, так хочешь, чтобы у меня была девушка? – Хан Хан схватился за голову, чтобы полностью протрезветь.
  • А...ну не совсем, на самом деле не хочу... ха-ха. 
  • Ну, тогда чего ты суетишься?
  • Я не знаю... ой, я совсем ничуточки не хочу, чтобы у тебя была девушка, сам подумай, если у тебя будет девушка, то ты не сможешь быть со мной до старости! Вот только... я не могу тянуть тебя за собой. Я не хочу, чтобы ты оставался в старости таким же одиноким, как я.

Во всех делах, самое главное -  это шанс! И Хан Хан думал, что это и есть его шанс!

  • Лян Цзэ, мне не нравятся девушки.

«А теперь осталось лишь плыть по течению и все будет возможно не так уж...».

  • А? – Лян Цзэ весь в пенке-А! Блин! - тот вдруг ухватился за плечи Хан Хана.

«Говори, ну говори...» - взмолился страдалец.

  • Какой же я глупый! – Лян Цзэ сжал руки в кулаки. - Как я мог не догадаться, на самом деле же все было так ясно!
  • Да! – Хан Хан кивнул, думая о том, что следующим шагом стоило бы его поцеловать. -Тебя, несомненно, ранила девушка! Да! Причем сильно ранила! Сам подумай, я уже рассказал тебе свою историю, ты не хотел слушать, и не успокаивал меня. Я переспал с «девушкой на одну ночь», а ты еще и сказал ей, чтобы она хорошо отдохнула. Я указывал тебе на тех девушек, но тебе они не нравились!

«Могу я дать ему пощечину?!»

Хан Хан даже не знал, кому он задал этот вопрос.

  • Красавчик! Ты мне очень нравишься! – Лян Цзэ накинулся на Хан Хана с обнимашками. - Давай всю жизнь до старости проведем вместе!

Хан Хан, обнятый Лян Цзэ, смотрел ему на губы, а тут у двери стояли несколько мужиков, которые пребывали в ступоре. Это были именно те, кто тогда недобро поглядывали на раздевалку.

Сумерки, Хан Хан и Лян Цзэ играли в бильярд. Хан одержал победу со счетом 5:4.Ужин на этом курорте был неплох, еда в деревенском стиле. После ужина начали играть в боулинг, Лян Цзэ сбил все 10 кеглей и одержал абсолютную победу. Хан Хан не разбирался в этом и все шары были кинуты косо. После игр они,  полностью уставшие, заказали номер. Лян Цзэ сказал, что так экономнее, да и поболтать можно. В тот момент Хан Хан тут же начал  протестовал, но было бесполезно.

Зайдя в номер, Лян Цзэ сразу же упал на кровать,

  • Красавчик, я так устал.
  • Вколоть тебе дозу куриной крови? – Хан Хан немного наморщил брови.
  • Ха-ха-ха, – Лян Цзэ закурил сигарету.- Сегодня было так весело! Красавчик! Знакомство с тобой осчастливило меня на всю жизнь!

-....

Перед сном Хан Хан вдруг понял, что эликсира любви не существует. Ничего не поделаешь, да он и не думал, чтобы на этом свете хоть кто-то был рад, что он нетрадиционной ориентации. Он глянул на Лян Цзэ, который лежал рядом и находился в глубоком сне. Хан Хан  печально улыбнулся. 

На этом неприятности не закончились: у Хан Хана было бессонная ночь, а  рано утром его разбудил шумный Лян Цзэ. Сначала это было: «Красавчик, посмотри на мою щетину. Выросла так быстро, если притронешься, она будет колоться, одолжи мне бритву». Затем еще было:

«Красавчик, твои волосы такие мягкие, а у меня жесткие, так еще и не укладываются», дальше: «Красавчик, я по маленькому, ничего, занимайся своими делами» и т.д. Хан Хан почувствовал, как в какой-то момент чуть не потерял человечность. = Глава 11: One more kiss.

Хан Хан: Я хочу тебя поцеловать.

Лян Цзэ:Че? Я же не девушка.

Хан Хан: А я разве говорил, что ты девушка?

Лян Цзэ: Нет.

Хан Хан: Тогда можно?

Лян Цзэ: Хорошо!

Хан Хан: Ты меня до смерти закусаешь.

Лян Цзэ: А кто просил тебя просовывать язык...

Хан Хан: ...

Лян Цзэ: Тогда я немного перепугался, вот и...

Хан Хан:...

Лян Цзэ: Ты тогда был так похож на девушку... Разве мог я тогда не быть в смятении?

Хан Хан:...

Лян Цзэ: Твои губы так активно и плавно работали, наверное... Вау, как ты так мастерски владеешь языком?

Хан Хан: ...включи фары, веди машину!

 

В этом мире, в эту минуту, не было ни одного человека несчастнее Хан Хана. Рискнул в карточной игре, не боясь сильного противника, боялся извилистых ходов. Без сомнения... Лян Цзэ точно играет в слепые карты.

Вы точно не сможете найти его уязвимую точку. Самое лучшее, что вы можете сделать, это не делать ничего, поцеловать-то разрешил, но... он... и впрямь не понимал, что творил, и совершенно не понимал, какие чувства испытывал к нему другой человек.

Насчет поцелуя, что произошел по пути домой. Так как Хан Хан плохо отдохнул, то за рулем был Лян Цзэ. Они болтали, шутили, смеялись, солнечный свет освещал его лицо и вдруг неожиданно тот человек поцеловал его. Прекрасное мгновенье. Вот только с того дня, когда они растворились в страстном поцелуе, вот уже 2 недели он пропал без вести!

Ходил на антикварный рынок - не нашел, в магазине тоже не видел, что хуже всего, так это то, что телефон тоже был выключен. Маленький Бао Бао в тесной клетке уже мог расхаживать туда сюда, Лонг Лонг же сейчас страдал от безответной любви, и конечно же, Хан Хан тоже ничем не отличался от него. Они каждый день смотрели друг другу в глаза, затем вздыхали. Первый лысел от тоски по Иккю, а другой смотрел на темные тучи, скучая по придурку-писателю.

-Это отчет о товарах на складе, - Хай Хун сняла белый халат и поправила волосы.

  • А,- Хан Хан вздрогнул, протрезвев.
  • Что с тобой? - Хай Хун посмотрела на Хан Хана. - Твоя душа где-то витает.
  • Это с Лонг Лонгом такое...
  • Да ты выглядишь не лучше него.
  • Эх.
  • Ты говорил, что он страдает от безответной любви, а ты что, тоже как он?

-...

  • Ах да, Лян Цзэ так давно к нам не заходил, - Хай Хун надела куртку и вышла, сказав это как бы невзначай.
  • Правильно, - ответил  Хан Хан.
  • Без него даже нет аппетита, - сказала Хай Хун.
  • Я смотрю, тебе очень нравится драться за еду со злой собакой.
  • Ха-ха-ха... Это сарказм? Я пошла, пока.
  • Оденься потеплее.

-Хорошо, кажется, снега выпало еще больше.

Смотря на то, как Хай Хун уходит, Хан Хан начал прибираться в магазинчике. Положил Лонг Лонга в клетку и собрался пойти на второй этаж. Но не понятно из-за какой дьявольской силы он вдруг передумал после того как запер магазинчик.

«Раз ты ко мне, придурок, не приходишь, тогда я к тебе пойду!»

Подумав так, сразу же взял клетку, вышел наружу, прошел примерно 10 шагов, а затем отвага в нем угасла...

«А что если он сейчас снова трахается с какой-нибудь бабой?»

Развернувшись, пошел наверх, вошел в комнату. «Нет! - снова спустился. - Надо пойти глянуть. Правильно, Лонг Лонг скучает по Иккю».

И так всю дорогу он убеждал себя, боролся с собой, пройдя все преграды на пути. Хан Хан шел пешком, неся с собой Лонг Лонга, который весь съежился от холода. Пройдя через место, где люди фотографировались, он увидел широкую дорогу, по которой многие ходили туда-сюда. Люди были одеты тепло, а на лицах, конечно же, выражение «сейчас замерзну до смерти».

«Что он сейчас делает?! - подумал Хан Хан. - А не развлекает ли свою подругу?» Сам себя заставлял страдать и сам криво усмехался над собой.

Очень скоро он оказался у Имперского училища, неся с собой Лонг Лонга. Хан Хан остановился у подъезда и осмотрелся вокруг. В некоторых окошках еще горел свет, но он не знал, какое из них принадлежало Лян Цзэ.

Поднялся наверх, хотел постучаться, опустил руку. Поднял, затем опустил снова.

«Хан Хан, да что с тобой такое?!»

Хан Хан упрекал и смеялся над собой: « Ну ладно! Сыграю я с тобой, дураком, Пьеру «Джульетта и Ромео». (Автор нарочно поменял порядок)

Тук-тук-тук. Он ждал, пока кое-кто в леопардовой пижаме откроет ему дверь. «Блин! Все еще ни шороха!»

Хан Хан продолжал стучать. «Неужели так затянулось написание новеллы? А может, работал допоздна, поэтому уже заснул?» Продолжал стучать.

«Кобель! Что, снова вышел с бабами трахаться?»

Лицо Хан Хана скривилось, он взял клетку с Лонг Лонгом в руки и стал спускаться вниз. 

Но когда уже спустился, то вдруг подумал: «А может снова поднялась температура? В последнее время идет эпидемия гриппа, скорее всего, заболел». 

Только подумал, сразу мигом побежал наверх, в этот раз стукнул только 3 раза, соседняя дверь сразу же открылась, вышла одна тетушка с сонными глазами:

  • Хватит стучать! Дети спят! 
  • А...
  • Этот паренек уже ушел, 23:30 на дворе, стучишься еще тут, всех разбудил.  Совсем с ума сошел!  - Сейчас... – не успел сказать, как соседка захлопнула дверь

«23:30 на дворе...» Хан Хан посмотрел на светильник у двери, затем спустился вниз во второй раз.

..................

  • Красавчик! Открой дверь, это я! – Лян Цзэ стучал в дверь Хан Хана, потирая руки, чтобы согреться. «Как же холодно».
  • Красавчик! К тебе пришел второй красавчик! Скорее открывай! А то я сейчас замерзну!

Ай-ю!!!! Ну, красавчик, я же вижу, что свет в доме все еще горит, ты купаешься?

Многоуважаемый господин Хан Хан! Можешь поскорее мне открыть дверь? Я, блин, сейчас до смерти окоченею! Иккю, тебе холодно? Скорее, залезай ко мне под одежду. Хан Хан, открывай уже, если не ради нашей дружбы, то хотя бы ради Будды, а? Иккю уже замерзла до смерти! Ты, что так мелочен? Я не из-за обиды не хотел видеться с тобой, я просто старался закончить свою новеллу, вот уже и закончил ее!

Красавчик Хан Хан! Красавчик Лян Цзэ пришел к тебе веселиться! Открывай! Я знаю, что ты тут, свет внутри еще горит, твоя машина тоже тут, выходи уже! Да блин! Иккю скучает по Лонг Лонгу, скучает по Листочку!

Лян Цзэ так много орал, что его горло охрипло, договорив, он оперся о дверь дома Хан Хана и присел. Иккю грустила, она находилась в таком состоянии уже очень давно. Как только ее разлучили с Лонг Лонгом, то ей сразу же стало не весело, иногда она находилась в состоянии бешенства, а иногда в полной тоске. Эти несколько дней дописывая новеллу, Лян Цзэ писал и ругался: «Тоже мне принцесса! Тебе он нравится, а еще притворяешься наоборот! Да если бы я был на твоем месте, плакал бы я по нему!» 

С того момента, как Лян Цзэ вернулся с отдыха, его настроение улучшилось, снизошло вдохновение, он мог бы разом закончить эту длинную новеллу и сколько угодно долго тусоваться в зоомагазине. Именно с такими мыслями, с образом улыбающегося Хан Хана в голове, он решительно принялся за новеллу, отключил телефон, отключил мобильный, запасся достаточным количеством еды, и решительно ринулся в бой.

Сегодня ночью этот бой закончился. Когда все было завершено, было уже чуть позже 22:00 и Лян Цзэ уже мечтал, о том, что побежит и расскажет Хан Хану о своем достижении, а в итоге... Его тариф отключили за неуплату, но ему так не терпелось, что он стукнул себя по голове, взял Иккю, сразу побежал сюда. «Ну ладно, в кругу друзей праздновать!» В итоге... Хан Хан не открыл дверь.

Ну да, конечно, из-за того, что в доме горел свет, машина стояла во дворе, ворота тоже не были заперты, Лян Цзэ был убежден, что тот дома. И он все еще сидел на крыльце и рассуждал, почему Хан Хан не открыл дверь. «Блин, а не слишком уже там тихо? Ни одного звука, как будто испарился из этого мира. Но не до такой же степени, на меня же снизошло вдохновение, я все разом закончил и сразу же к тебе побежал, первым!»

Настроение Хан Хана часто менялось, он говорил Лян Цзэ:  «Даже если метеорит столкнется с землей, до твоей башки это все равно не дойдет!»

- Хан Хан, если ты не откроешь дверь, мы с Иккю вот так и умрем от холода у тебя на крыльце! – Лян Цзэ оперся о дверь и заорал.

Что за несчастье! У девочки со спичками хотя бы были спички, чтобы согреться, а он, когда выходил из дома, второпях даже зажигалку с сигаретами забыл с собой взять....

Губы задрожали от холода, Лян Цзэ прикоснулся пальцами, в которых еще осталось немного тепла, к своим губам. И тут он вдруг вспомнил губы Хан  Хана, такие нежные, такие теплые, а еще тот язычок...

Лян Цзэ до сих пор не понимал: «Ну, решили братаны немного сблизиться, чмокнуться, но языкто, зачем просовывать? Да к тому же они еще и оба парни!» 

Чем больше он оставался неподвижным, тем холоднее ему становилось, тем больше он погружался в депрессию. За эти несколько дней он очень сильно замотался, а теперь прижимая Иккю к своей груди, он чувствовал такую теплоту... что хотелось спать. Но засыпать, когда на улице такой холод, это же подобно... самоубийству! «Нельзя, нельзя, нельзя! Нельзя спать!» Для поднятия боевого духа Лян Цзэ он громко закричал: 

  • Хан Хан, если я умру от холода на твоей крыльце, то это будет просто сенсация! Сразу на первую полосу! Один молодой парень замерз до смерти в районе центра города! Вау! Как классно звучит - в центе города! А не где-то  в горах! Не в заснеженной области! Да, блин, в центре города! В самом что ни на есть центре города! Внутри садового кольца! Ты когда-нибудь слышал о ЧКЛ? (Прим.переводчика: не знаю название, но это стены крепости, где раньше на стороже стояли солдаты, как раз центр города. Так же есть песня с таким же названием. Скорее всего, в этой песне говорится о человеке, замерзшем от ожидания).

Хан Хан с Лонг Лонгом на такси вернулся обратно и увидел, что ворота открыты. Он понял, что что-то тут не так, и еще услышал, как какой-то чокнутый разорался во дворе...

Кто же еще это мог быть? Кто же еще, как не этот придурок!

  • Хан Хан, открывай, я знаю ты внутри!
  • Хватит орать, а то соседи окатят тебя ведром холодной воды! – Хан Хан громко топая, пошел на второй этаж, таща с собой Лонг Лонга, в плохом настроении начал искать ключи. Проследив за освещением, исходящим из окна, увидел огромную кучу, которая дрожала перед дверью...  - Эй, как ты оказался за дверью?! – Лян Цзэ, как только увидел Хан Хана, сразу же встал. Иккю тоже высунулась и, увидев Лонг Лонга, сразу же запищала! Лонг Лонг услышав писк в ответ тоже стал биться о железную клетку.
  • Как же так, ты превратился в палочку мороженого? – Хан Хан обнаружил, что губы Лян Цзэ больше не шевелятся, рука вдруг скользнула по его щеке...не было ни капли тепла.
  • Вот чертовщина! Из окна горел свет, да и твоя машина во дворе, я подумал, что ты дома!
  • Возьми клетку и для начала давай войдем в дом.
  • Кто же знал, что ты посреди ночи потащишь Лонг Лонга на прогулку. Я сдаюсь. Если тебе не холодно, то ты думаешь что и Лонг Лонгу тоже не холодно? - сказал Лян Цзэ, затем сел на корточки и открыл клетку. – Повезло, что он не превратился в кусок льда.

Лонг Лонг как только вышел из клетки, сразу же бросился в сторону Иккю и две шиншиллы обвили друг друга, образовав комок шерсти на земле.

  • Да кто бы говорил! Не разрешай им играться на полу, запри их в клетку!
  • Ладно, подожди, я сниму ботинки, - Лян Цзэ поднял шиншилл и, одновременно снимая ботинки, вошел в дом. - Хочу уточнить, я не вытаскивал свою шиншиллу посреди ночи погулять, я принес Иккю к Лонг Лонгу!
  • Сними куртку для начала, а то простудишься, в доме тепло!  
  • Хорошо. Я чуть не окоченел до смерти, пока тебя ждал. Прождал уже больше часа! Я блин, еще думал, что ты нарочно мне дверь не открываешь!
  • Вот только не нужно валить все зло на меня.
  • Я просто чувствовал угрызение! – Лян Цзэ улыбнулся, повесил куртку, сразу залез на диван и без всякого смущение взял коврик,  прижал к своим ногам. - До смерти продрог, я просто хотел прийти и весело поболтать с тобой. После того, как я вернулся с отдыха, то был в отличном настроении, на меня снизошло вдохновение, и я разом закончил новеллу, ха-ха-ха!!!
  • Вау, поздравляю, - Хан Хан налил горячую воду.
  • Я до смерти соскучился по тебе! - произнес Лян Цзэ, спускаясь с дивана, неожиданно подошел и обнял крепко Хан Хана. Тот чуть не уронил чашку.
  • У меня горячая вода!
  • Я знаю, я просто показываю тебе, насколько я по тебе соскучился.

-....

  • С завтрашнего дня, я снова могу приходить сюда и делать полезные вещи!

-Ха-ха, - Хан Хан отдал теплую воду Лян Цзэ, смотрел на его улыбающуюся физиономию, невольно тоже улыбнулся вслед за ним.

Химическое действие - это что-то чудесное. Иккю и Листочек дрались и радовались встрече, Хан Хан и Лян Цзэ глаза в глаза смотрели друг на друга. Один смеялся, второй тоже. Сначала смеялись глупо, после глупого смеха остановились, после остановки... Было чувство, что нужно...

  • Красавчик, слушай, а может мне тебя поцеловать, чтобы передать, насколько я рад сейчас?  – Лян Цзэ почесал затылок.

«Придурок, разрушивший атмосферу... Все из-за тебя!»

Хан Хан сморщился, обнял Лян Цзэ, заткнул полностью (чем вы сами знаете) этот глупый злой ротик.

После поцелуя, Лян Цзэ внимательно уставился на Хан Хана:

  • Красавчик... Тебе, что, нравятся такого рода выражения чувств?

-....

  • Ты, наверное, вырос за границей? Я точно помню, что твои родители дипломаты.

-....

  • Ты, наверное, тоже когда-то жил за границей?
  • У меня тут есть тест на интеллектуальные показатели, не хочешь сделать??? - лицо Хан Хана полностью исказилось.
  • Отлично! Я в детстве часто делал такого рода тесты! Набрал 180 баллов!

Полностью бессилен. Кажется, он и правда бесчувственный! = = Глава 12: Бороться до конца.

Хан Хан: Я тебя поцеловал, потому что ты мне нравишься.

Лян Цзэ: Ты мне тоже нравишься!

Хан Хан: ...

Лян Цзэ: Если бы ты мне не нравился, с чего бы я тогда позволил тебе целовать себя!

Хан Хан: Скажи честно... ты, правда, не догоняешь до истинного смысла моих слов: «Ты мне нравишься». Не так ли?

Лян Цзэ: Понимаю! Мне нравится то, что и тебе и мне нравится одна и та же песня. Нам нравится играться друг с другом, мы любим болтать друг с другом, а еще...

Хан Хан: А еще что?

Лян Цзэ: Мы вместе делимся опытом по ухаживанию за шиншиллами!

Хан Хан: ... в мыслях: «Ну да, у тебя просто море опыта».

Лян Цзэ: А еще, Иккю и Лонг Лонг очень умные, хоть и дерутся когда вместе, но в разлуке тоскуют друг по другу.

Хан Хан: (скрипя зубами) Ты мне нравишься так, как Лонг Лонгу нравится Иккю.

Лян Цзэ: Что?

Хан Хан: Понял?

Лян Цзэ: ...Так значит...

Хан Хан: ДА.

Лян Цзэ: Ты боишься меня? (то есть так же, как Лонг Лонг боится Иккю)

Хан Хан: @##¥%@#¥¥%

Лян Цзэ: Ты...

Хан  Хан: Что?

Лян Цзэ: Ты не страдаешь облысеньем?

Хан Хан: Веришь, я тебя прямо сейчас ударю?!

Лян Цзэ: Это...

 

Силы потрачены напрасно. Хан Хан лежал на диване, уставившись в потолок. За всю свою жизнь он еще ни разу не чувствовал себя таким неудачником.

«Как тебе его поймать на крючок? Что теперь делать? Все способы уже использованы, даже признание было пущено на самотек... Он не понимает! Придурок! Всю его придурошность можно полюбить, и только этот тупизм простить невозможно!!!»

Из ванной доносилось чье-то веселое пение. Хан Хан, нахмурившись, посмотрел в ту сторону, где за запотевшими стеклами виднелись изгибы тела этого придурка.

Так как было очень поздно, да и завтра он все равно собирался приходить, и Иккю тоже собой взял, поэтому Лян Цзэ отказался уходить, сказав, что может спать и на полу, главное только... чтобы еще раз не продуло холодом...

 Хан Хан совсем не хотел оставлять его на ночь, это было бы слишком опасно. Он снова глянул в ту сторону: «Неужели это конец?». Высокое, голое тело за запотевшим стеклом было ярко освещено, даже слишком ярко, так он еще и пел народную песню! Но Хан Хан все же не мог остановиться и продолжал смотреть.

Где спать, было большой проблемой. Да, кровать большая, вот только проблема в том, что... это двуспальная кровать... Разве это не вынудит Хан Хана совершить преступление?!

«Может правда оставить его спать на полу?».

«Нет, так не пойдет. Он только что был так сильно обморожен, да еще недавно перенапряг себя работой...».

«Диван недостаточно большой, а если еще и одеялом себя накрыть, будет вообще неудобно».

  • Красавчик!

Пока Хан Хан размышлял, из ванной донесся голос Лян Цзэ.

  • Что такое?
  • Я не взял собой одежду!
  • Что?
  • Не могу выйти! Я оставил снаружи, можешь подать мне?
  • А? – Хан Хан занервничал.

«Черт! Если я зайду, то встречусь с тобой лицом к лицу!» - Жди, - ответил Хан Хан.

Дверь открылась... Ну что сказать? Порно картина? Эротика?

Да... это мокрое... голое тело...

 

Вода капала с кончиков волос, немного попадая на плечи, а дальше стекала по изгибам тела вниз. Глаза Хан Хана походили на капельки дождя, которые кап–кап-кап стекали по направлению... вниз...

Душа человека всегда находится посередине между ангелом и дьяволом. В то время, как белая пара крыльев говорила: «Хан Хан, нельзя возбуждаться, второпях ты все испортишь!», трезубец тоже не молчал: «Чего вы двое еще ждете? Такой аппетитный кусок мяса прямо перед тобой, почему бы не укусить? Разве у тебя есть еще какой-то другой путь к этому придурку?».

Если правильно поступить, то добро победит зло, вот только не опрокинет ли зло добро? Крылья и трезубец начали серьезную борьбу.

Когда Хан Хан накинулся, то все, казалось бы, на этом и закончилось, вот только...

  • Ха-ха-ха... Красавчик! Ха-ха-ха-ха... Так щекотно, хватит! Ха-ха-ха-ха-ха... С чего ты вдруг на меня напал!

Придурок продолжал думать, что все это шутки. = = - Хватит шалить, так щекотно... ха-ха-ха...

  • О....Дьявол! Зачем ты меня поцеловал? А... Да, блин! Дай сказать уже...  О-о-о-о... Да, блин!!!.. Хммм... Нет, дай мне подышать... О-о-о-о. 

Лян Цзэ до сих пор не мог понять, что тут не так, ему всегда казалось, что это просто детская шалость, до тех пор пока...

  • О-а!!!! Где ты трогаешь?!

К его нижней части тела прикоснулись, и по рефлексу он тут же силой оттолкнул Хан Хана.

 Хан Хан не ожидал, что этот придурок станет сопротивляться и не успел среагировать, поэтому упал назад, случайно задев кран душа. Вжик, и горячая вода полилась сверху вниз... Стыдно.

Но то, что смогло смутить его еще больше, ждало его впереди.

-Красавчик... Ты... Ты, что, гей?

Это, по сравнению с тем, что тебя облили водой, еще постыднее.

Эта сцена для Хан Хана была просто самой отстойной из отстойных... «Да о чем тот дурак думает?». Один человек, весь облитый водой, стоял под душем, второй,  голый и с серьезным выражением лица, задавал вопрос.

Лян Цзэ смотрел на Хан Хана, выражение лица не изменилось. Куча сцен вертелись в голове, и это было просто невозможно описать словами... Теперь можно только сказать одно, все не так уж и запущено, раз до того придурка наконец дошло.

Хан Хан пребывал в полном ступоре, он просто не мог подобрать нужных слов. Но его подсознание все еще подталкивало его к чему-то. Затем он произнес:

- Для начала оденься, не позволяй себе простудиться.

Он выключил горячую воду, взял полотенце и стал вытираться. Хотя это было бесполезно, потому что он помок до нитки, но и не просто все тело, а до глубины души промок. На лице Лян Цзэ было потрясение. Ну как бы сказать? Ненависть? Все было очевидно.

Лян Цзэ ничего не сказал, вышел, надел на себя пижаму, и пошел прямо к дивану.

Хан Хан накрыл себя полотенцем, принес из спальни одеяло и накинул на Лян Цзэ. Взял себе новый комплект одежды, постирал промокшие вещи и вернулся в ванну.

Горячая вода во второй раз полилась. «Ну, что теперь сказать? Потерял всю свою смелость?».

Лян Цзэ обнимал одеяло, сначала обнимал, затем укрылся. Из-за того, что диван был немного узок, он свернулся в клубок, а затем укутал себя с головы до ног.

«Как глупо».

В этот момент он мог только этими словами описать себя.

«Что, так и продолжить быть глупым? Так и останешься придурком?».

“Ты мне нравишься”.

«Оказывается, он это имел виду».

“Я могу тебя поцеловать?”.

«Оказывается, вот что это означало».

«Даже если через шутку, то истина все равно это».

«Ты... Красавчик, владелец магазина, владелец Лонг Лонга, Хан Хан... Гей».

«Все правильно, а то почему с такой красивой внешностью у тебя до сих пор нет девушки? Да, если это не так, то почему ты до сих пор был одинок? Правильно, если нет... то зачем бы ты стал так тщательно обо мне заботиться. Все правильно, вот почему в тот раз, когда я хвастался по телефону, что вместе с девушкой сделал 300 раундов, ты вырубил телефон... да...».

И на все эти мысли был один ответ: ВСЕ ПРАВИЛЬНО.

Небеса уже предрешили многое, предрешили, что будет мужчина, что будет женщина. Поэтому, между мужчиной и женщиной всегда существует химическая  реакция. Но, есть некоторые, те, кто ломает стереотипы, те, кто не согласны оставаться друзьями, у кого влечение настолько сильно, что они перешли через половую границу. Это никогда не было секретом, и никогда не было невозможным. Лян Цзэ знал таких людей, так как они появлялись во многих произведениях, они появлялись рядом со знаменитостями, появлялись в этом обществе. Лян Цзэ не имел ничего против них, он понимал, что они просто не похожи на обычных людей, и если бы не было таких людей, не было бы и многих великих творений. Но это не главная тема проблемы, Лян Цзэ принимал таких людей, принимал их существование в обществе, вот только...  

Ебать! Он до мозга костей натурал! Его ориентация еще ни разу, ни на секунду не сходила с верного пути! Ему нравятся нежные, мягкие, приятные тела, а не твердые кости да мускулы!

Если сказать честно, Лян Цзэ не знал, чем ответить Хан Хану, так как они одного и того же пола...

« Дошло или нет? Ну да, считай, догоняю. Конечно же, я поражен! Но откуда удивление? Нормальный человек, наверное, давно бы развернулся и ушел? Если у двух людей два разных пути, то они просто не могут идти рядом. Но... Гей - это владелец магазина, это красавчик, который невероятно добр ко мне... Лян Цзэ, ну почему ты никак не можешь отвернуться?!».

“Ты мне нравишься”.

«Ну ладно, не буду много думать, все равно не избежать этого».

Лян Цзэ все еще был закутан в одеяло, внутри все перемешалось, он обдумал все то, что произошло с ними. Не было ответа, не было способа решить проблему, он знал только то, что сейчас он не может просто так отвернуться и уйти. Стоило представить себе, что он уйдет, становилось ясно, что тогда между ним и Хан Ханом точно все будет кончено... Как бы сказать... Такое чувство, как будто он сейчас среди толпы воинов. Если будет бороться против них, то проиграет, но если не будет бороться, то точно умрет.  Он решил,  что совершенно не хочет и не может вот так потерять Хан Хана, и, тем не менее, он понимал, какими глазами тот на него смотрел.

Послышался звук открывающейся двери, звук шагов, звук воды. И он почувствовал, как что-то укрыло его тело, это плед??? Затем был стук чашки, поставленной на стол, затем снова звук шагов, и наконец, тихий скрип дверей.

Лян Цзэ решил осмотреться немного. В гостиной верхнее освещение уже выключили, осталась гореть только лампа в форме обезьяны. На столе стояла полная чашка чая. Было даже несколько пепельниц, сигареты и зажигалка, на одеяле и правда было что-то, оказывается, это был плед голубого света. Тапки тоже были аккуратно поставлены.

Лян Цзэ вздохнул и сел. Он из тех людей, что любят поздно засыпать, так что в это время ему просто не хотелось спать, да и подумать надо было о слове, которое его сводило с ума: «Гей».

Закурил.

Он вспомнил Хан Хана, тот вроде бы не курил практически. Но Лян Цзэ сейчас не волновало, будет ли запах сигарет или нет.  Его волновало «что теперь делать?».

Людям часто приходится многим расплачиваться за похоть, когда хочешь что-то получить, то, конечно же, нужно приготовиться пожертвовать чем-то. Это была его завершающая фраза в недавно написанной новелле.

Какая ирония, она как раз идеально описывала эту ситуацию между ним и Хан Ханом.

Несомненно, Лян Цзэ хорошо вместе с Хан Ханом, с ним он чувствует себя таким, каков он есть. Но, несомненно и то, что у него нет интереса к парням!

«Почему так?».

«Как можно с мужчиной говорить о любви?».

«Да это разве не слишком опасно?».

«Если так, то всю эту жизнь у меня не будет никого, кто бы продолжить мой род?».

«Но, впрочем, почему всегда должны быть непременно девушки?!».

«Так было предрешено с самого начала? Как с Адамом и Евой? Поэтому мужчины и женщины вместе могут подарить жизнь?».

«Красавчик, ну зачем ты пошел против природы? Блин! И почему именно ты! Но, если уж так сказать, то, что ты гей, это тоже ничего. Вот только зачем надо было меня в это втягивать?! Тебе не стоило в меня влюбляться! Это должен был быть не я!».

Выкурив сигарету, Лян Цзэ стал еще больше нервничать, он полностью сосредоточился на той каше, что была в его голове. Может ли он потерять Хан Хана? Хоть он и знал на это точный ответ, но не хотел смириться.

Если смотреть обобщенно, то в характере  придурка была одна черта, которая делала его похожим на ребенка – он не мог скрыть ничего в своем сердце. В итоге Лян Цзэ не смог сдержать свои чувства, встал и постучался в комнату Хан Хана. Он хотел просто спросить, он хотел уточнить – он и тот человек одинаково мыслят или нет. Какой будет итог? Что нужно делать после всего этого? Лян Цзэ, правда, не знал.

Хан Хан все еще лежал там и мучился бессонницей. Страх перед неизвестность мучил его, он очень боялся, что этот придурок мог сбежать. То, что называлось «без надежды не будет и разочарования» теперь казалось просто иллюзией. Человек просто не может перестать мечтать и надеяться. С тех пор как влюбился, как он мог не надеяться? Что было хуже всего, так это то, что он понимал - с Лян Цзэ у него ничего не выйдет, но все же не мог перестать мечтать. Знаменитое высказывание Томаса Фуллера «Похоть приходит с парадной двери, а ум выходит через заднюю».

Стук в дверь заставил его сердце забиться в бешеном темпе. Этот звук заставил его вернуться в реальность, больше не витать в облаках и все его рассуждения до этого лопнули, как мыльные пузыри.

Дверь открылась, Лян Цзэ в пижаме стоял у двери, с взволнованным выражением на лице. Глядя на свою любимую пижаму, надетую стоявшим у двери Лян Цзэ, Хан Хан пребывал в ступоре.

Но для Лян Цзэ все это не так много значило, как для Хан Хана. Он сразу же напрямую спросил:

  • Красавчик! Если я не смогу принять то, что я тебе нравлюсь, то это будет  означать, что я тебя потеряю, не так ли?

Хан Хан был шокирован, в этот момент он посмотрел на Лян Цзэ. В этот момент крылышки и трезубец снова начали свою работу. Первый сказал: «Говори скорее, скажи, что ты все равно будешь рядом с ним, твоя любовь не настолько эгоистична». А второй же подталкивал: «Да чего ты тормозишь?! Все же так очевидно, раз он так сказал, то это означает, что он не хочет тебя потерять! Наступай, сделай один решающий удар! Сделай так, чтобы ему пришлось принять тебя!».

  • Говори, - Лян Цзэ ждал ответа, так как будто подсудимый ждал приговора судьи. Если победит - станет королем, проиграет - станет разбойником.

-Я... – Хан Хан не мог выговорить.

Так же, как и в шахматах, когда тебя загнали в угол.

Хан Хан опустил голову, Лян Цзэ тоже опустил голову, никто не знал, что сказать дальше.

Прошло некоторое время. Хан Хан откашлялся и сказал:

  • Да.

Не дьявол его привел к этому решению, а... Его подсознание сказало ему: «Если не решишься, будет куча проблем». Он не хотел, что бы при встрече в дальнейшем они были в трудной ситуации.

Услышав слово «Да», Лян Цзэ как будто вдохнул холодного воздуха. На самом деле, где-то в глубине его души, он все еще думал о Хан Хане, думал, что так и должно быть.

  • Иди отдыхай, - Хан Хан не хотел, чтобы атмосфера была напряженной, поэтому слегка улыбнулся.
  • Но... – Лян Цзэ еще не закончил говорить. - Но...

-Что?

Он принял трудное решение. Это было с его стороны большой жертвой ради справедливости:

-Позволь мне... Немного попробовать, можно?

Выговорив такие слова, Лян Цзэ где-то у себя в подсознании смутно понимал, что его чувства к Хан Хану не просто дружеские. Как важен для него этот мужчина, глубоко он в сердце – Лян Цзэ хорошо это осознавал.

Хан Хан был вновь шокирован. «У этого придурка есть такого рода чувства?». Как будто он держал в руках выигрышный лотерейный билет, ждал вознаграждения, прочитал ряд чисел, но просто не мог в это поверить. Но, Хан Хан - это кто? Отнюдь не обычный человек, он умный владелец магазина, супермен в глазах Лян Цзэ. И не было ничего, что было бы не по силам ему. Красавчик может все!

Он выпалил ответ, от которого Лян Цзэ совсем забылся, и смысл тоже потерялся:

  • Это все равно как словно ты покупаешь шиншилл? Если не сможешь, как следует о них позаботиться, то я все равно смогу принять их обратно?
  • Мне можно доверять! – Лян Цзэ высказался, и это было его самой большой жертвой... От слов Хан Хана ему стало стыдно.
  • Проехали, не нужно, не будем пробовать, - серьезно сказал Хан Хан.

«Ты принуждаешь меня, Красавчик!» - Лян Цзэ прошумел у себя в душе.

-Ты пришел к моей двери и просишь меня. Ты знаешь мое отношение, знаешь свои мысли, и знаешь, что не так просто выпросить мой ответ.

-Ты!

Посмотрев на физиономию придурка, Хан Хан как будто вернулся с того света. Он обнял Лян Цзэ за плечи, лицом потерся о его шею, улыбнулся.

  • Что это... – Лян Цзэ немного засомневался, рукой схватился за спину Хан Хана.

-Хм?

-Ты сказал... что я...

  • Слушаю.
  • А может, я позвоню своему старшему брату?
  • А? Прямо сейчас? Посреди ночи?
  • Да, просто один звонок. Чтобы сказать ему, что ему не нужно обо мне заботиться, я не буду искать себе подружек, у меня уже... Есть парень...

Теперь ему нужно научиться, как быть вместе с геем.

-....

Дорога впереди не легкая, товарищ Хан Хан.

Глава 13: Кто сверху, а кто снизу? Ожидание разборок.

Хан Хан: Что такое?

Лян Цзэ: z-z-z-z-z-z.

Хан Хан: Просыпайся.

Лян Цзэ: ... Лонг Лонг - 1 кг 5 монет.

Хан Хан: Че?

Лян Цзэ: z-z-z-z-z Иккю - 1кг 10 монет...

Хан Хан: (нахмурил брови, подошел поближе) «Да этот придурок говорит во сне. = = Почему?». (Сказав это, он сам стал зевать).

Лян Цзэ: ...облысенье...

Хан Хан: Ты! 

Лян Цзэ: z-z-z-z-z-z.

Хан Хан: Просыпайся,10 часов уже! Поздно уже!

Лян Цзэ: ...о... облысенье....

Хан Хан: ....

От бессилия Хан Хан встал с кровати, потер глаза, оделся. Вчера заснул слишком поздно, но это того стоило. Ведь ему удалось приманить этого глупца к себе в объятья. Хотя все и остановилось именно на объятьях. Что такое любовь? Любовь как пареный пирожок. Съел и все, закончилось. А если он в духовке, а ты не будешь внимательным, все сгорит.

Так же как и в еде, Хан Хан любил оставлять все лучшее напоследок. Он не хотел торопиться с этим глупцом, потому что отношения - это место откуда нет выхода, Хан Хан лишь включил медленный огонь и потихонечку ждал закипания.

Все правильно... ведь есть очень много того, что Лян Цзэ не сможет так быстро принять. Возьмем, к примеру, вчерашний день. Хан Хан обнимал его, он дергался в одеяле, не мог никак привыкнуть к этому. Так еще и сказал, что Хан Хан «странный». Это слово «странный» заставило Хан Хана осознать, что путь впереди еще полон сложностей. Но все же, если учесть все обстоятельства, то все не так уж и непоправимо.

«Ну, ты сам подумай, разве он не обнимал тебя всю ночь?».

Почистил зубы, сделал простой завтрак. Съев свою порцию, он оставил Лян Цзэ одну, чтобы, когда тот проснется, то поел.

Ин Ин открыла дверь. Увидев Хан Хана, она с улыбкой вошла и сказала:

  • Редко бывает, когда ты опаздываешь.
  • Да, вчера поздно заснул.
  • А где Лонг Лонг? - не увидев клетку Лонг Лонга, спросила она.

И тут Хан Хан обнаружил, что в его руках чего-то не хватает. Клетки Лонг Лонга. = = - Наверху.

  • А? - Ин Ин удивилась, потому что знала, они с Лонг Лонгом ни на йоту друг от друга не отходили.
  • Э... ну он с Лян Цзэ наверху.
  • О, давно его не видела.
  • Да, он был занят.
  • Он видел детеныша Листочка?

«Все правильно! -  Хан Хан остолбенел.- Зачем этот придурок пришел? Вчера и словом о Листочке не обмолвился. А оказывается...». Тут он улыбнулся, оказывается, по сравнению с шиншиллами, он тоже имеет какое-то значение.

  • Руководитель, с вами все в порядке? - нахмурилась Ин Ин.
  • ....

Утром посетителей было немного, пришло время обеда, а Лян Цзэ так и не спустился. Хан Хан собирался подняться и позвать его спуститься обедать, но потом вспомнил, что тот  только недавно закончил свой трудный, тяжелый рабочий цикл, так что не стал. Но теперь, когда уже и вечернее время прошло, то...

«Это человек что, свинья? Как он только может столько спать? = =»

В магазине становилось все больше дел, Хай Хун пришла на помощь и Хан Хан не стал звать свиноголового.

Лян Цзэ открыл глаза, закрыл, затем снова открыл.

В шоке...

«Что это за место? Я же вчера не пил».

Память вернулась, глаза чуть не повылазили наружу. «Я же сейчас у Красавчика».

Затем он вспомнил конкретно, все, что произошло вчера. Он сел.

«Ой, мать моя женщина!!! Не стоило же мне так разбрасываться словами. Это... это теперь же означает, что я согласился... Прекрасно! Не пил, но все же натворил кучу всяких дел. Свалить все теперь на задержку умственного развития мозга после трудного рабочего цикла?».

Да, он таки согласился встречаться с парнем. Хан Хана здесь не было, в это время он, конечно же, работал в магазине.

Простыни и одеяло были теплыми, Лян Цзэ зарылся в них. Хотел закурить, но не было сигарет, хотел одеться, одежды тоже не было. Прикрывшись халатом, он вышел в гостиную, на столе лежала пачка «ТНХ» (название сигарет). Сев на диван, он закурил и как раз нашел одежду, она была в корзинке рядом с диваном.

Выпустив дымок, Лян Цзэ почувствовал, как протрезвел. Но только, чем он трезвее, тем сильнее становилось чувство страха... он сейчас не пьян, но ему это было  так необходимо сейчас. 

Даже когда он выкурил две сигареты, он все равно чувствовал холод. Лян Цзэ переоделся, прошелся по дому. Увидел лежавший на столе хлеб, копченое мясо и свежее молоко. В микроволновке были яйца, он поставил таймер на 3 минуты.

Лян Цзэ сразу почувствовал себя веселее.

«Плевать! Раз красоток себе не смог ухватить, то теперь у него есть Красавчик. Красивая жена делает тебя никчемным, а Красавчик, как добрая женушка. С него ничего не убыло. А если поразмыслить получше, то девушек нужно уговаривать, ухаживать, выполнять все их требования, терпеть каждый раз, когда они выходят из себя... А проще говоря...  у Красавчика просто нет минусов! А, не, разве у нас нет нестыковки в ориентации?  Ладно, все равно в остальных планах Красавчик самый лучший. Да, именно он!».

Хан Хан поел с огромной скоростью, чтобы поскорее вернуться к Лян Цзэ. Тогда в магазине было еще много посетителей, и Лян Цзэ поторопил его. Детеныш Листочка куда-то убежал, но хоть так, Хан Хан все равно был почему-то рад.

Все разошлись, Хан Хан подошел, он услышал как Лян Цзэ сказал:

  • Бао Бао так вырос...
  • Что такое? 

Все правильно, ведь в тех словах было столько грусти.

  • Скажи, я же плохой хозяин, потерял Бао Бао... Только и умею, что работать целыми днями.

Хан Хан улыбнулся, стал массировать голову Лян Цзэ.

  • Я не стану тебе помогать искать.

Есть некоторые жестокие слова, сказанные для пользы другого человека. Лян Цзэ вполне это понимал, и сразу же очнулся. Сегодня эти слова были сказаны, конечно же, не просто так, конечно же, в них был какой-то скрытый смысл. Подумав так, он повернулся к Хан Хану и покраснел.

Хан Хан думал, стоит ли добавить корма, вдруг увидел красное лицо Лян Цзэ, сразу же остолбенел. Он еще никогда не видел, чтобы этот человек краснел, он думал, что этот человек настолько толстокож, что просто не имеет способности  краснеть! Но он покраснел! В сердце Хан Хана все задрожало.

Хай Хун медленно вышла, собираясь поесть, и увидев эту сцену, стала странными глазами смотреть на то, что происходило перед ней. И  разволновалась:

  • Поругались?

Эти двое начали скрытничать.

Хай Хун не знала, что и сказать. Эта парочка стала какой-то странной, атмосфера тоже была необычной, так что она невольно встала.

Хан Хан  был совершенно разочарован собой. «Почему я  так среагировал на этого придурка Лян

Цзэ? Почему так нервничаю? Блин, это что, из-за наивности?» Во время ужина Хай Хун сказала: 

  • Один человек - два куска говядины, не нужно оставаться слишком жесткими  (Это какая-то поговорка).

Все закончилось и Хай Хун пошла кормить кошек и собак, в зале магазина было пусто, были только они двое. И Лян Цзэ и Хан Хан еще никогда так не мечтали о том, чтобы тут были посетители.

Жаль, только небеса не всегда дают то, чего нам хочется.

  • После новеллы ты ничем не занят? – Хан Хан заговорил, чтобы разрядить обстановку.
  • О, да нет, не занят особо. Рукопись уже сдал, меня проверили, если нужно будет что-то поправить, то совсем немного.
  • Неплохо. А есть еще какие-то проблемы?
  • Хм... Ничего, нужно написать одну спешл страницу, затем будет первая книга.
  • Да?
  • Да, ха-ха. Перед тем, как я задержал со сдачей, у меня были кое-какие наброски. 
  • Отлично.
  • А?
  • А, я говорю, что желаю, чтобы ты отлично все написал, - Хан Хана начало потряхивать. Почему он начал нервничать?
  • Ха-ха-ха, правильно. Я собираюсь еще много написать, главное, что в голове есть еще много идей.

Разговор на этом остановился и никто не знал, что дальше говорить.

Звук «динг-донг»  спас Хан Хана, он с огромной скоростью побежал к компьютеру.

Лян Цзэ увидев, что тот занят, стал сам играться с шиншиллами. Они оба произнесли про себя  «Аллилуйя!».

До 22.00 часов они так друг другу ничего и не сказали. Увидев, что Хай Хун уходит и магазин закрывается, они поняли, что продолжать молчать просто бессмысленно.

Лян Цзэ смотрел на то, как Хан Хан все делает, затем вдруг произнес:

  • Давай я помогу тебе, Хан?

Хан Хан в это время подметал мусор, вздрогнув, он еще подумал, что Лян Цзэ скажет: «Я пошел домой». Оказывается, все не так уж и плохо, улыбнулся Хан Хан.

  • Ничего. Уже заканчиваю.
  • О. Ну ладно, - Лян Цзэ кивнул головой.

22.30 магазин закрылся, Лян Цзэ еще не говорил, что не нужно домой. Хан Хан посчитал, что это просто отлично, может ход мышления Лян Цзэ изменился? Он  ждал, когда же тот скажет, что пойдет домой, но ничего не произошло. Лян Цзэ был из тех людей, что пока не прогонишь, не уйдут.

Войдя в дом, Хан Хан шел впереди и игрался с Лонг Лонгом. Иккю и Лонг Лонг теперь пребывали в гармонии, когда находились вместе. Вот бы так с самого начала было.

Лян Цзэ тоже присел на корточки рядом с решеткой и только хотел закурить, как  Хан Хан сказал:

  • Отойди подальше от Лонг Лонга и Иккю, а то они задохнутся.

Это заставило Лян Цзэ пойти в другое место.

Сидя на диване, он увидел пачку сигарет «ТНХ», затем, как будто черт дернул, спросил Хан Хана: 

  • Ты же никогда не курил, да?

Хан Хан, играя с Лонг Лонгом, ответил:

  • Да. Правильно.
  • Тогда, почему у тебя есть сигареты?

Все тот же случай, когда говорящий говорит, не подумав, а слушающий ищет подвох. Лян Цзэ просто так вспомнил, Хан Хан же расслышал это не просто, а подумав, что в этом есть намеки. «Кто хозяин сигарет? Какие между ними отношения?».

  • А, Ци Цзи, - Хан Хан спокойно ответил. Ведь в доме, конечно же, нет призраков, а до этого, какими бы беспорядочными не были его отношения, он все равно не стал бы никого приводить домой.
  • Ци Цзи?
  • Вы сталкивались, кстати, пару раз. Носит черные очки, он приходил с собакой.
  • А, немного припоминаю.
  • Ну, я же говорю.
  • Эмм... – Лян Цзэ, как будто о чем-то подумал, потом сказал. - Тогда скажи ему, что ты не куришь.
  • Что?
  • Так он не станет делать это у тебя дома, тут плохо все выветривается.
  • ... - дослушав до этого Хан Хан мог в общем что-то понять. Говорить не по-человечески, это был самый большой талант этого придурка... у него просто крошечные мозги.
  • Лучше будет, если он бросит курить, - сказал Лян Цзэ. 
  • Хватит о нем. Иди, купайся.
  • А? Купаться?
  • Я говорю на человеческом языке!
  • Я уже купался вчера!

В этот момент Хан Хан полностью растерялся: 

  • Это было вчера!
  • Разве я не чист, я же не выходил на улицу.
  • Зато спускался вниз!
  • Но внизу же - это тоже в магазине!
  • Внутри магазина много животных, а так же много посетителей.
  • ... – Лян Цзэ расстроен.
  • Иди купаться, есть горячая вода.
  • Не хочу двигаться...
  • Пошли, я достану тебе халат.

Хан Хан безобидно улыбнулся, Лян Цзэ же увидел в его улыбке принуждение. После того, как люди начинают жить вместе, первое, что открывается для них, это плохие привычки каждого. Но они даже еще не начали жить вместе...

Лян Цзэ, искупавшись, стоял у двери и ждал когда Хан Хан подаст ему халат.

«Ах, эта женушка не так уж и плоха».

Лян Цзэ был из тех людей, у которых, что есть на душе, все это выносится наружу. В этот момент он начал улыбаться...

  • Чего лыбишься? – Хан Хан смотрел как тот надевал халат с улыбающимся лицом, поэтому просто не догонял.
  • Ничего, ничего, - Лян Цзэ продолжал глупо лыбиться.

Ночь длинна... чем бы им заняться? Когда Лян Цзэ был в ванной, Хан Хан уже думал об этом, но ничего не смог придумать. В этот момент Лян Цзэ вышел, и в голове все мысли смешались.

  • Эй, у тебя есть «Мир южного полюса»! – Лян Цзэ вытирая волосы, увидел DVD.
  • Да. Хочешь посмотреть?

«Точно, мы этим еще не занимались!» - подумал Хан Хан.

-О! Отлично, давай.

Итак, эти двое сделали гнездышко на диване и начали наивно смотреть «Мир южного полюса».

Хан Хан вчера плохо спал, и поэтому быстро заснул под звук низкого мужского голоса в фильме.

Лян Цзэ продолжал с интересом смотреть. Но через какое-то время почувствовал, как плечо отяжелело. Он посмотрел на Хан Хана, который оперся на его плечо и спал.

«Красавчик он и есть красавчик, даже во время сна красив».

Лян Цзэ уставился на Хан Хана, подумав, как тот красиво спит. Он еще ни разу не видел, как тот спит, потому что каждый раз просыпался позже.

 Рука аккуратно двинулась к лицу Хан Хана, погладила щеку.

У людей часто бывают такие поступки, которые они просто не могут логически объяснить. Лян Цзэ немного потрогал губы, затем прижался своими губами к ним, среди ночи все равно никого не было.

«Хм, засранец, ты меня так много раз целовал, теперь я тоже в отместку могу тебя поцеловать!».

Вот что называется самому нарваться на неприятности. Этот господин-придурок был одним из примеров подобного.

Поцеловал в уголок губ разок, и Хан Хан проснулся. Причем проснулся совершенно неожиданно.

  • ТЫ...

Лян Цзэ остолбенел и стал искать оправдания:

  • А, ну... Я просто хотел... Я…

Хан Хан прижал Лян Цзэ собой, в тот момент Лян Цзэ все еще не догонял: «Ему нравятся поцелуи по-американски, что ли?»

Этот поцелуй был похож на тот, в прошлый раз. Лян Цзэ так зацеловали, что он не мог дышать, он начал дергаться, но чем больше дергался, тем сильнее Хан Хан терял над собой контроль.

Руки начали своевольно двигаться, проскользнули в штаны. Лян Цзэ, чем дольше целовался, тем больше находил что-то странное в этом.

  • ТЫ... ты, - было сложно выговорить хотя бы слово. Он не успевал произнести и слова, как его слова проглатывали.

-Красавчик, что ты собираешься сделать?

Глава 14: Слишком упрям.

Лян Цзэ: Что ты собираешься делать?

Хан Хан: Заняться любовью.

Лян Цзэ: А? Че? Повтори.

Хан  Хан: Заняться любовью.

Лян Цзэ: Стой, подожди.

Хан Хан: Да?

Лян Цзэ: Но не только у тебя есть... “палка”, у меня тоже.

Хан Хан: Все верно, я и не говорил, что нет. Лян Цзэ: Fuck! Бля! (Продолжает ругаться...) Хан  Хан: ...

Лян Цзэ: Стой, не целуй, подожди.

Хан Хан: Говори.

Лян Цзэ: У меня плохое предчувствие.

Хан Хан: (eks,ftncz в душе) Говори.

Лян Цзэ: Я уже очень давно об этом думал. Нужно непременно подготовиться и решить, кто будет снизу.

Хан Хан: Все правильно, видел ты 2 не редкость.

(Дальше бред пойдет, 2 как бы звучит или обозначает "любовь" еще игра слов идет).

Лян Цзэ: Че?

Хан Хан: Ничего.

Лян Цзэ: Главное... "палка", она есть у нас двоих, это... в том месте у нас обоих есть...

Хан Хан: Конечно.

Лян Цзэ: Ну, тогда решай, как нам распределиться.

Хан Хан: Это я гонялся за твоими чувствами.

Лян Цзэ: Все правильно!

Хан Хан: Поэтому, я нахожусь в инициативе (активе), а ты при этом являешься в пассивном положении.

Лян Цзэ: Вроде правильно.

Хан Хан: Да, все правильно.

Лян Цзэ: Тогда не нужно много слов, валяй.

Хан Хан: (не думал, что обмануть этого дурака будет так просто).

  • Эй! – Лян Цзэ было непривычно, стоило Хан Хану немного притронуться, как тот начинал ерзать и сопротивляться. Стоило прижать его подбородок, так он сразу отталкивал на расстояние вытянутой руки.
  • Ты! – Хан Хан начинал выходить из себя. «Почему ты продолжаешь сопротивляться, думаешь это легко? Полдня ушло на то, чтобы снять с тебя одежду, остались лишь трусы, зачем теперь сопротивляться?»
  • Я чувствую себя неловко, - честно ответил Лян Цзэ.
  • Неловко? Что это значит? Ты смущен?
  • Я человек, которого легко можно смутить.

«Только не говори, что ты это честно», - подумал Хан Хан.

  • И что?

-... Ну, ты сам подумай. Обычно верхом на мне сидят девушки, а теперь наоборот ты, огромный мужик.

Нос Хан Хана чуть не перекосился в сторону:

  • Кто это сидит верхом на тебе?
  • А кто еще, как не ты? – Лян Цзэ опустил руки, сделав невинный вид. 

Чего он боялся? Правдивого ответа. Он лежал в позе с раздвинутыми  в стороны руками и ногами, разве не тот человек придавил его собой?

Хан Хану все надоело.

  • В самом деле, странно...
  • Тогда продолжай чувствовать себя странно, - Хан Хан посчитал, что рассуждать об этом на полном серьезе просто глупо. Если начинать все это разъяснять и обсуждать, будет просто многословно, поэтому продолжил раздвигать и прижимать запястья Лян Цзэ  стороны. Раз уж все уже дошло до такой степени, пути обратно нет, Хан Хан напрямую зажжет огонь в его теле.

Лян Цзэ и не собирался отказываться, он не чувствовал, что у него нет настроения, и не избегал. Они начали целоваться, Хан Хан еще специально пытался его соблазнить, Лян Цзэ при этом не чувствовал себя нехорошо или  какого-либо принуждения.

  • Красавчик...

Их тела прильнули друг к другу очень близко, Лян Цзэ приник  к уху Хан Хана и произнес это.

 

  • Что? – Хан Хан наслаждался этими чувствами. Да, блин, ему тоже нелегко, ведь, чтобы соблазнить этого придурка, он убил в себе кучу нервных клеток.
  • Будет хорошо?

Посмотрев в большие невинные глаза Лян Цзэ, у Хан Хана как будто что-то застряло в горле. Кто же посмеет ответить, что используя, то «место»  будет хорошо, что будет так, как обычно? Но он так же не мог ответить, что будет нехорошо. А до этого он еще говорил, что он уладит все. К тому же, если привыкнуть, то не будет так уж и некомфортно, в том месте тоже скопилось столько нервов... Если вы привыкли, то будете чувствовать наслаждение, но... Ой, ну, в общем, эта тема слишком длинная.

  • Эй, я с тобой говорю! – увидев что Хан Хан не реагирует, Лян Цзэ еще толкнул его разок, хотел чтобы тот обратил на него внимание.

-В  общем, будет немного больно, - Хан Хан ответил с добрым лицом.

-...- Лян Цзэ потрогал спину Хан Хана. Их тела были прижаты друг к другу, так что температура, несомненно, повысилась, и тот немного вспотел. Но Лян Цзэ не знал, что пот, которым истекал

Хан Хан, это именно холодный пот. = =

  • Все хорошо? - на самом деле эта фраза для Хан Хана сейчас была просто излишняя, потому что, даже если бы Лян Цзэ сказал, что есть какие-то проблемы, то он бы все равно не остановился...
  • Может лучше стоит... с какой-нибудь девушкой лишиться девственности для начала? 

«Че за хреновая тема?!» = = Хан Хан был полностью растерян, откуда ему знать, какая девушка пойдет на такое?

  • На самом деле... Ой, Красавчик, это не... В общем... Я, что, так и должен тебе дать? - сказал Лян Цзэ.
  • ... Думай, как хочешь. Можно и так сказать.
  • Это... я хотел еще кое-что спросить... до этого, у тебя уже были такие отношения с другим мужчиной? 

Хан Хан в душе подумал: « Разве не очевидно?». = =  Но он все равно не мог это произнести вслух. Человек, который задает такие вопросы, у него непременно должна быть на это причина, и причина Лян Цзэ как-то связана с тем, что произошло перед разговором. Он имел виду, что человек, у которого нет опыта - не он сам, а Хан Хан, а если у обоих нет опыта, то как же можно расслабиться? 

«Но тебе нельзя ему врать, а впрочем, даже если обманешь, он все равно в это поверит!».

  • Уже было, не так ли? – Лян Цзэ  терся об ухо Хан Хана и о чем-то говорил. – Ну, раз были, значит хорошо, только не проводи на мне опыты...
  • А?
  • Че? Я должен сказать все на чистоту, я больше всего боюсь, что ночью два неопытных человека будут пытаться что-то сотворить всю ночь и тогда все пройдет зря.

-... А я еще думал… ха-ха-ха-ха...

  • Тебе весело?! Я просто хотел уточнить, а то позволю тебе себя обмануть, а затем окажется, что у двоих опыта  в этом нет. Ты такой красавчик... несомненно в тебя влюблялось немало народу.

Хан Хан все еще смеялся. Оперся о плечо Лян Цзэ и ржал. «Ну и как же оценить твою степень ревности? Да у тебя просто крошечные мозги!» - Эй, ну говори... я, что так много болтаю?

«Отлично, я еще думал, что, Вы, господин, не осознаете этого». = =

  • Ну, в общем, ничего тебе не мешает, ты можешь воткнуть свою игрушку в меня.

-...

  • Вот только, что нужно сделать, чтобы я не ощущал боли?

Если сейчас не заткнуть этот болтливый рот, то считай ночь прошла зря. Хан Хан не хотел попусту тратить такую прекрасную ночь, поэтому он должен был своевременно заткнуть рот Лян Цзэ.

Болтливый рот придурка запечатали поцелуем, он пропустил все ненужные слова и уже начал немного торопиться. Ведь это же все-таки была невеста, которая впервые ступила в дом будущего мужа.

Хан Хан продолжал целовать. Лян Цзэ думал, правильно, но не особо обращал внимания на каждый поцелуй, даже было немного от силы терпеть, Хан Хан старался расслабить Лян Цзэ. Но кроме расслабления, у него не было иных эмоций. По сравнению с сексом с женщиной все слишком отличалось, у него просто не могли возникнуть такие же эмоции.

Хан Хан конечно же это прочувствовал. Ну как тут не почувствовать, когда маленький дружок внизу даже чуточку не поднялся.

Решительное действие...

Рука проскользнула вниз под трусы. Лян Цзэ дернулся немного, но не показал никаких эмоций.

Только коснувшись маленького размякшего дружка, Хан Хан просто не знал радоваться ему или плакать. Маленький Лян Цзэ был немного мокрым. Зарывшись в лесную чащу, он ждал, когда Хан Хан возьмется за него. Немного потрогал, есть прогресс, изменения произошли не только в этом районе, а были еще на шее и других частях. Под слабым освещением виднелось лицо Лян Цзэ, которое стало немного розоватым, а дыхание более тяжелым.

У «маленького братана» появилась охота бороться. Все правильно, так и должно быть, он становился все горячее.

  • Неплохо... неплохо, - Лян Цзэ смотрел на Хан Хана без какого-либо смущения. Он сказал все как есть.
  • Неплохо?
  • Да, я еще думал, что с мужчиной у меня не встанет.
  • Я сделаю так, чтобы тебе было хорошо.
  • Сможешь? Я верю тебе.

Перегнувшись через Лян Цзэ, Хан Хан достал из ящика смазку. Ля Цзэ внимательно посмотрел на него.

  • Что это?
  • Смазка.
  • А. Ха-ха-ха-ха.
  • ....
  • Не знаю, но ты меня как-то веселишь... я уже чувствую, что я на пределе.

Хан Хан не удержался и поцеловал придурка разок. Этот тип и, правда, слишком мил.

Во время поцелуя, он выдавил немного смазки и устремился к нижнему месту.

Лян Цзэ укусил за кончик языка Хан Хана, он почувствовал, как что-то пытается ворваться в его зад.

  • А? Некомфортно? -  палец Хан Хана тесно сжало. - Нормально... Немного странно. Но ничего, продолжай, почему твой дружок так миниатюрен? (думает, что палец это член) Хан Хан нахмурился и ответил:
  • Это палец, понял?
  • А? Что, правда?

-!!!!!!!!!!!!!!!!!!

-Твой член, насколько он велик? Я только видел его в мягком состоянии, еще никогда не видел его в рабочем режиме.

Хан Хан взял руку Лян Цзэ потащил вниз и положил на свой член. Лян  Цзэ ухватился затем...

  • Мать!! Как после такого выжить?

-....................

  • Ты можешь... как-то сделать, чтобы он уменьшился?

-....

  • Забудь. Считай, что я ничего не говорил, давай продолжай.

«Даже если ты хочешь, чтобы я продолжил, я все равно не могу этого сделать. Если прямо сейчас войти будет слишком странно!» = = - голова как будто закипела, хоть он ничего и не произносил вслух, но все было написано на его лице.

  • Красавчик... ты тоже нервничаешь? – Лян Цзэ заметил, что Хан Хан не двигался, палец все еще был в том месте, поэтому из любопытства спросил.
  • Нервничаю...!!! – Хан Хан на самом деле хотел сказать «Офигеть, как нервничаю!», но боялся ранить душу своего партнера, так что пришлось сказать:  - Нервничаю, конечно.
  • Не надо! Ты не нервничай.

«А, еще можешь обо мне думать», - Хан Хан  радовался, но затем услышал оставшуюся часть -   Тогда я не буду заставлять тебя нервничать.

«Мелкий засранец. Отлично, ты же нарочно не хочешь прийти к наслаждению, не так ли?!».

Хоть Хан Хан и был в бешенстве, но как он, добрый владелец магазина, мог испортить первую ночь его «женушки»? Так что пришлось все подавить.

Палец в заду Лян Цзэ начал выходить. Он не чувствовал сильного дискомфорта, кроме того его «маленький дружок» не размяк, ему это немного нравилось, у него появился вопрос:

  • Красавчик...
  • А..?
  • Я хотел кое о чем тебя спросить...
  • Давай, - Хан Хан просто не мог представить себе, что еще, более худшее могло  прийти в голову этого засранца.
  • Твой палец… мне кажется или он может увеличиваться и уменьшаться?

= =

  • Если увеличить количество, увеличится и размер, понял!  
  • О...А! Оказывается так!

-...

  • Я так не профессионален.
  • ...Да, ты и, правда, не умен!

-А! – Лян Цзэ показал язык.- А это не сбивает твое настроение?

От этих слов Хан Хан пришел к пику возбуждения, в голове разгорелся пожар. Хан Хан раздвинул ноги Лян Цзэ, убедился немного, не ошибочен ли этот способ... «Я не буду сожалеть, если отвечу тебе действием, так  до тебя все дойдет быстрее». Да, и так прямо вонзился...

-Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааа

Крик и мат. Это и называется заставить кого-то почувствовать мороз по коже.

  • Хватит орать! – Хан Хан увидел перекосившее лицо и немного испугался, не зная, что делать.
  • А бля... стой не двигайся!!! Я сейчас....
  • Не пугай меня... -Ааааааааааааааааааа - Не ори...
  • Умоляю, Красавчик, не двигайся, не шевелись... - лицо Лян Цзэ сильно потело. - Блин!!! Это совсем не «чуточку больно» .... АААААААААААААААААААА.
  • Ты снова орешь, твой крик раздается у меня в ушах.
  • ... Не ору больше....
  • Не хочешь конфетку для горла? – Хан Хан почувствовал, что Лян Цзэ совсем не сотрудничал и слишком нервничал. Он совсем не мог адаптироваться, так что Хан Хану пришлось подождать немного и успокоить, расслабить Лян Цзэ.
  • Ха-ха-ха... Красавчик, ты такой хороший.

-...Хочу полностью о тебе позаботиться.

  • Да уж... позаботиться... – Лян Цзэ все еще кривился от боли, но начал немного расслабляться.

И так они продержались 35 минут. Внутри Лян Цзэ было так горячо, так тесно, «маленький друг» Хан Хана, конечно же, хотел как можно быстрее начать путешествие в анусе Лян Цзэ, поэтому спросил: 

  • Я могу двигаться?

-А... Да, ну в общем, да.

Медленное движение. Лян Цзэ сразу же начал покрывать холодный пот, в ушах раздавалось тяжелое дыхание Хан Хана. Он не хотел, чтобы у того пропало настроение и поэтому терпел.

«Должен тереть, непременно должен терпеть, даже если будет слишком больно, ты все равно должен держаться и не открывать рта». 

Вот только в этом терпении появилось какое-то странное чувство возбуждения, и оно становилось все больше и больше.  Инородное тело проникало все глубже и стремительнее, что сильно возбуждало.

Хан Хан и не рассчитывал, что Лян Цзэ будет так сотрудничать. Ничего не говорил, только иногда издавал стоны. Когда Хан Хан заметил, что Лян Цзэ стал плавнее и податливее, вместе с этим он еще обнаружил ,что дружок Лян Цзэ тоже расцвел. Не было никаких признаков вялости, он стоял прямо и жестко, а еще и выделял смазку.

«Ну что нравится?».

Еще не успел задать вопрос, как увидел, что Лян Цзэ рукой ухватился за свой член и начал двигаться. Лян Цзэ, точно, чувствовал наслаждение.

Лян Цзэ лежал под Хан Ханом и делал такие вещи, это выглядело так, как будто Лян Цзэ мастурбировал у него перед лицом. Это сильно возбуждало зрительно, а еще и его стоны, и те эмоции на лице...

Они оба опустили своё оружие и сдались друг другу.

Хан Хан сделал сильный толчок, навалившись на тело Лян Цзэ, его дружок выскользнул, они оба вместе достигли пика, их грудные клетки поднимались и опускались  в общем темпе.

  • Блин, все тело болит, - Лян Цзэ повернулся, потянувшись к тумбочке у кровати, чтобы найти сигарету, но там ничего не было.

Хан Хан обнял его, прижавшись лицом к его спине.

  • Я хочу покурить...
  • Позволь мне тебя немного обнять, будь послушным, - Хан Хан протер пот на волосах. - Доволен, - Лян Цзэ ужасно устал, лежал на боку, и обнятый Хан Ханом, расслабился. В общемто, все не так уж и плохо, только... что-то было не так. Что-то неправильно в этих половых отношениях... Лян Цзэ не знал, в каком месте это неправильно, он смог кончить в полном экстазе, только... Он не жаждал такого рода половых отношений. Просто его возбудили нарочно. Но его сознание не могло расслабиться.
  • Эй, - спустя какое-то время Хан Хан открыл рот, он не знал, спал Лян Цзэ или нет, ведь ему еще нужно потащить это груду в ванну и отмыть.= = - Что? -  повезло, что не спал.
  • Твое тело очень пластичное.

Ведь ноги Лян Цзэ могли так легко раздвинуться в стороны, в этом было что-то необычное.

  • Еще бы, я же занимаюсь йогой... вот поэтому и ...
  • Что?
  • Я вдруг вспомнил того придурка-тренера из-за которого мне потом пришлось перейти на занятия йогой.
  • Хм? – Хан Хан немного нахмурился. «Ты, что, сейчас намекаешь, что я домогался тебя?».
  • Хорошенько вспомни, как же тошно, я тогда еще спрашивал тебя что делать... а ты заговорил со мной по-итальянски!

«Все правильно, не вспоминай, вся это я».

  • Встань, искупайся, - Хан Хан подталкивал Лян Цзэ.
  • Еще раз, блин, купаться? Я разве только до этого не купался?
  • Мы же только, что занялись этим!
  • Ты...
  • Вставай, хватит притворяться мертвецом.
  • Да, я труп!
  • Вставай!
  • Можешь подсадить меня? Нет сил встать!
  • Ты сейчас кокетничаешь, хочешь, чтобы я тебя на руках понес, да? – Хан Хан улыбался. - Я невероятно силен! – Лян Цзэ сразу же подпрыгнул. «Мать твою, ты что, хочешь меня довести до смерти от тошноты что ли? Мало того, что ты меня только что оттрахал, так теперь хочешь  еще на руках понести?!».

Хан Хан улыбаясь, так и смотрел на Лян Цзэ.

Лян Цзэ накинул халат и встал. Хан Хан поцеловал его в губы, Лян Цзэ улыбнулся, до глупости улыбался. Он чувствовал, что ему нравится Хан Хан, а то он бы так не реагировал... но... почему занимаясь сексом с Хан  Ханом он не чувствовал совсем никакого удовольствия?

Глава 15: С Новым Годом! (В чате)

Я Красавчик: (ссылка в «Таобао», кровать) Я купил! Что делать? Совсем нет новогоднего духа.

(2 минуты спустя. Хан Хан ничего не ответил.) 

Я Красавчик: Радуйся, я же знаю, что тебе всегда нравится насмехаться надо мной по такому поводу.

Любовь 123: А.

Я Красавчик: Не нужно притворяться.

Любовь 123: Я не стану комментировать.

Я Красавчик: Я тоже не знаю, почему купил. Уже попробовал – это кошмар.

Любовь 123: Отлично.

Я Красавчик: ... :_(  (плачущий смайлик)

Любовь 123: Представь, что это на деревенской кровати (простая неудобная кровать в деревне) Я Красавчик: Fuck тебя!

Любовь 123: ...

Я Красавчик: Я обиделся!

Любовь 123: Я… я... я...

Я Красавчик: (t. t)

Любовь 123: вытри слезки...

Я Красавчик: Деревенская кровать Т_Т

Любовь 123:= =

Я Красавчик: Реально что ли?

Любовь 123: Забудь.

Я Красавчик: Но, но... я.

Любовь 123: Забудь, забудь, забудь.

Я Красавчик:  Врезалось в память.

Любовь 123: = =

Я Красавчик: В слезах.

Любовь 123: В шоке.

Я Красавчик: Слезы не прекращают течь.

Любовь 123: Платочек весь промок... не осталось никакого способа вытереть...

Я Красавчик: 55555555555 (это как-бы звук плача).

Любовь 123: Не реви, не реви.

Я Красавчик: Деревенская кровать! *мысль вслух 

Любовь 123: Ну, хватит реветь. = = Я Красавчик:  Слезы снова текут!

Любовь 123: Да,  да... красивая кровать... прекрасное одеяло.

Я Красавчик:  1 набор = = внутри тоже большой круг.

Любовь 123: Что?

Я Красавчик: ....

Любовь 123: = = дрожь

Я Красавчик:  Да, подушка тоже двусторонняя.

Любовь 123:  А, оказывается так. Хоть и деревенская, но все же несёт в себе стиль.

Я Красавчик: Ты!

Любовь 123: Ну, у тебя же полно денег.

Я Красавчик: ТЫ!

Любовь 123: Если бы знал, что ты будешь транжирить деньги, покупая подобные вещи то, показал бы, какие постельные «принадлежности» нужно купить...

Я Красавчик: Ты! Ты! Ты!

Любовь 123: Я... ну что опять я.

Я Красавчик:  Ты слишком жесток!

Любовь 123: = =

Я Красавчик:  Оставь мне хоть немного достоинства.

Любовь 123:  У меня есть дерево.

Я Красавчик: Я уже пробовал, оно плохое?

Любовь 123: Ну и как мне тебе отвечать?

 

Вздохнув, Хан Хан держался рукой за голову. Чем дольше он смотрел на кровать на экране... тем быстрее его терпение кончалось, затем, наконец, он закрыл ноутбук.

Отпустить этого придурка домой было самой большой ошибкой для него. Если он все еще ценит свою жизнь, то просто должен держаться подальше от «Таобао». Достаточно того, что было наверху, в «Таобао» слишком много всего, что привлекает взгляд. Но удержать его не удалось, Лян Цзэ  сказал, что не может ничего написать без своего компьютера. Не ясно, это было лишь поводом, или все же у него правда была такая привычка. 

Лян Цзэ весело отвечал на сообщения, Хан Хан смотрел, и наконец нашел хоть что-то полезное в этом разговоре. Лян  Цзэ спросил его, когда тот придет.

Сегодня 30 декабря, канун Нового Года.

Тут он вспомнил про Рождество, и он снова впал  в депрессию. В такой романтичный день, в пятницу Хан Хан позвонил в ресторан и заказал столик. Он даже купил подарок Лян Цзэ - шарф, которого очень красиво упаковали. В такие дни заказать столик было довольно сложно, редко когда выпадает такое удачное время и романтичная атмосфера. И что в итоге?

Лян Цзэ опоздал на полчаса, затем торопливо ворвался в зал, пробежал круг по ресторану, только потом нашел Хан Хана. Руками отряхнул папку, на обуви была грязь.

Да, с таким умопомрачительным появлением Хан Хан конечно же не мог не обратить на него внимания. В папке была рукопись, на улице шел снег, папка промокла, бумага расквасилась. Ну ладно, пусть Лян Цзэ не хватало смелости водить машину в снежную погоду... Ок, это было приемлемо. Но вывело Хан Хана то, что, как только Лян Цзэ опустил свой зад на стул, то сразу же задал вопрос: 

  • На улице такой большой снегопад, почему не ты ждал меня в магазине? Да еще позвал меня сюда, так далеко от моего издательства, оно же совсем в другой стороне, на западе, а это место далеко на востоке. Знаешь, как мне нелегко пришлось.

Хан Хану это не понравилось, он тоже один просидел  здесь больше получаса, как идиот! Хотел создать романтическую атмосферу, а этот еще жалуется на него. Выбрал неправильный объект!!!

Дальше Лян Цзэ еще больше рассердил Хан Хана, когда грубо поднял меню, просмотрел и сказал:

  • Ой, меня уже тошнит от западной еды, тебе, что, так это нравится?

Хан Хан сжал под столом кулаки. Девушки за соседними столиками не прекращали смотреть в их сторону. Так что Хан Хану не оставалось ничего, кроме как, сжав зубы, все перетереть.

Подавив всю злобу, после еды Хан Хан с добрым лицом сказал:

  • Знаешь, почему я сегодня позвал тебя сюда?

Лян Цзэ ел десерт и, не подозревая подвоха, ответил:

  • Знаю, разве не по поводу Рождества?

Адский жар вырвался из Хан Хана. «Человеку, который не знает еще можно простить, но знающему  простить просто так все это нельзя!»

Глупый Лян Цзэ еще не осознал сложность ситуацию и продолжал глупить дальше:

  • Кто же знал, что тебе нравятся такие девчачьи штучки. Иностранцы в этот день тусуются в клубах.

Хан Хан как пришел с упакованным шарфом, так и ушел с ним домой. Во время оплаты счета, его лицо было такое страшное, что даже официант испугался и дрожал от страха. = =

Если бы Лян Цзэ не просил остановиться по дороге, чтобы покурить, то в этот день Хан Хан определенно бы не стал обращать на него внимания.

В эту ночь тело Лян Цзэ понесло наказание за всю ярость и обиду Хан Хана. Он  как бы говорил Лян Цзэ: «Будешь знать в следующий раз, что к чему!».

.....

Телефон зазвенел, Хан Хан очнулся, поднял трубку, звонил  Лян Цзэ.

Отлично, хочешь поговорить вот так по телефону?

  • Алло?
  • Красавчик! Ты не отвечаешь на мое сообщение!
  • А, да, задумался немного.
  • Я выйду, так что не жди меня.
  • Что? Зачем тебе выходить?
  • Иду в издательство журнала. Нужно забрать свою зарплату, и заодно хочу  просмотреть все вокруг.
  • Что ты снова собираешься купить?
  • А, что? Ничего, просто хочу передекорировать комнату.
  • Че?
  • Ну, в прошлое Рождество я же тебя разозлил, хочу отплатить.

На душе Хан Хана стало тепло. Даже у высохшего дерева есть весна, даже деревянная башка может иногда думать. Жаль только, он снова... слишком рано обрадовался. Наверное, те сладкие слова затуманили его мозг.

Когда Лян Цзэ вернулся домой, то потащил уборщицу,  тетушку Ли, к себе домой. Они вытирали и убирали, пока все не стало блестеть от чистоты. Даже стекло было настолько чистым и прозрачным, казалось, что его там просто нет. Тетушка Ли увидела, что Лян Цзэ притащил несколько огромных пакетов, хотела спросить, что это, нужно ли помочь с расстановкой, в итоге еще не успела спросить, а он уже заговорил:

  • Тетушка Ли, помогите мне, я должен все это расставить.
  • Бумажные фонарики? - тетушка Ли удивилась.
  • Правильно. Некоторые мы должны повесить, а некоторые склеить.
  • А? Давай так, ты развешиваешь, я клею.
  • Отлично.
  • Там еще остались цветочки и декорации.
  • Для начала закончим с фонарями.

Лян Цзэ и тетушки Ли вместе делали в тайне все это до 8 вечера, вся комната... Сами подумайте, мало того, что чертовски беспорядочно выглядела, так еще был и перебор по яркости. = =

Тетушка Ли ушла, Лян Цзэ сел на деревянный стул в гостиной и оценил свое творение. «Ай-ю, хаха. Он будет не просто рад, а невероятно рад!».

Он так и сидел полдня, расхваливая свое творчество, думая про себя: «Красавчик, ты непременно будешь счастлив. До этого мы с тобой, моя «женушка», еще никогда не были вместе в такой романтичной атмосфере!». В 22 часа из закусочной Хуа Яна  у дома принесли еду, а Лян Цзэ все это время просто поражался собственному таланту.

Рассчитавшись и взяв еду, Лян Цзэ вошел на кухню, сегодня ради этого ужина он сам лично выбирал блюда. Это  были не обычными блюда, и разложены они были в особенную глиняную посуду в  стиле «гжель». Еда была разложена аккуратно, Лян Цзэ немного торопился, они договорились с Хан Ханам на 22.30, время уже пришло.

С одной стороны Лян Цзэ торопился, а с другой не забывал себя нахваливать, насколько он чуток. Это впервые когда он старался кого-то обрадовать.

Отношения с Хан Ханом для него были немного далекими и неясными. Он думал, что Хан Хан ему нравился, так же ему нравилось быть с Хан Ханом рядом, вот только иногда... появлялись какие-то странные чувства. 

В его разуме он описывал девушек вот так: « Им нравится есть клубнику, они часто задают вопрос «посмотри, это платье красивое?», «дай мне денег на просмотр выступления ХХХ». В общем, у них всегда были какие-то маленькие поводы, чтобы виснуть на нем. Лян Цзэ не обращал на это внимания, просто притворялся глухим и слепым и делал то, что следовало. Он считал их своими женушками, поэтому для него это было в порядке вещей.

Но жизнь с Хан Ханом это совсем иное. Хан Хан никогда не станет капризничать, он очень спокойный, да и во время просмотра фильма тоже всегда будет сидеть тихо. Но все же Лян Цзэ чувствовал дискомфорт. Да, дискомфорт, и все это было как-то неестественно. Ему всегда казалось, что в глазах Хан Хана он чужой человек. Поэтому и возникало много дискомфорта и чувства неестественности. Но во время еды все было лучше, ты у меня съел кусочек, а я у тебя, после еды возвращались домой вместе. Хан Хану так же очень нравилось класть свою любимую еду в чашку Лян Цзэ. А тот думал, что это просто отлично. Но все же Хан Хан  все равно не мог сравниться с теми девушками, что бросали его до этого, потому что Хан Хан не мог дать ему чувство душевного равновесия. Например, во время секса. Раньше он был волком, настоящим воином с разными крутыми приемами, а теперь, когда он находился  рядом с Хан Ханом, он как гусеница, мало того, что не мог никому вставить, так кроме возбуждения у него совсем не было иных чувств.

Все это заставляло Лян Цзэ испытывать дискомфорт, но он не знал, как справиться с этой проблемой. Так что он решил дать себе немного времени.

Лян  Цзэ утешал себя, говорил  себе, что он должен верить в то, что ему нравится Хан Хан и этого достаточно. Раз он уже дошел до такого, значит нужно идти до конца, стараться изо всех сил.

Хан Хан остановил машину во дворе, поднялся наверх, постучал «тук-тук».

Дверь быстро открылась. В комнате было темно, и если бы не свет, исходящий из коридора, он бы не узнал, что человек, стоящий у двери, это Лян Цзэ. Хан Хан еще не успел среагировать, как раздался звук хлопушки, который его испугал. Повсюду были развешаны красные ленты, затем появилось слабое освещение... Если бы Хан Хан не был на 100 % уверен, то еще подумал бы, что ошибся дверью, если бы не эта ночь, если на двери не было таблички «Праздник», то он бы подумал, что он случайно зашел в квартиру, где есть молодая девушка, которую собираются выдавать замуж. = =

Один шок следовал за другим. Опустился шелковый шарф и накрыл светильник, тут же все вокруг стало красным. «Ай-ю, мать моя женщина!». Внутри были коллекции старых вещей Лян Цзэ, а все вокруг в разных красных фонариках. А при красном освещении комната, по сравнению с адом, не особо от него  отличалась. А может, было даже хуже.

Хан Хан за всю свою жизнь еще никогда не испытывал такого ужаса, это было впервые.

  • Красавчик! Веселого тебе кануна Нового Года! – Лян Цзэ набросился на Хан Хана со смехом, в руках он держал бенгальский огонь, который все еще горел.
  • Для начала давай закроем дверь... – Хан Хан промыслил у себя в голове: «Я не боюсь, я мужик, у которого железное сердце».

В это время, если бы какая-нибудь старая бабулька со слабым здоровьем прошла мимо этого места, то, наверное, отправилась бы прямо в морг после увиденного.

  • Тебе не нужно быть сильно растроганным, это ничего не стоит, - Лян Цзэ проговорив это, как бы показывал свое удовлетворение. Он не знал, что Хан Хан вздрогнул в ужасе от увиденного.
  • Правильно... - что еще мог сказать Хан Хан?
  • На ужин будет блюдо из Хуа Яна, ты рад? – увидев, как Хан Хан сел за стол, радостно спросил Лян Цзэ.
  • Нравится. Очень вкусно. Легко переваривается, - Хан Хан все еще не мог очнуться от этого ада.
  • Вино. Давай пить вино, только что разогрел.

Смотря на прозрачную струйку вина, Хан Хан пытался изо всех сил свыкнуться с этим ужасным освещением. Было ясно, что пока трапеза не завершится, это придурок не собирается отключать эту хрень.

-Хорошее освещение? – поинтересовался Лян Цзэ, держа во рту палочки.

Хан Хан заставил себя кивнуть. Наверное, единственное, в чем они с Лян Цзэ за всю жизнь никогда не смогут сойтись - это во вкусах. На данный момент ему ничего не оставалось, кроме, как стараться искать что-то общее и не обращать внимания на различия.

После ужина у Хан Хана было такое чувство, что его глаза - это 2 лампочки - флэш. Сознание тоже кружилось где-то далеко. Если бы он не протрезвел, то, наверное, мог бы потерять сознание.

  • Красавчик, я включаю свет. Если не включить свет, то не сможем убрать стол, - Лян Цзэ подошел к выключателю.
  • Включай, включай! – Хан Хан был ужасно рад.

Большая лампа включилась, у Хан Хана было такое чувство, что он вернулся с того света.

  • Эй, не трогай, я сам все вымою, - Лян Цзэ высунул голову из кухни.

Хан Хан посмотрел на него и вдруг обнаружил, что увяз. Его любовь к этому придурку превзошла все его ожидания. Поэтому он мог упорно терпеть всю разрушительную силу этого идиота.

После того как прибрались, стали есть фрукты и смотреть фильм. Лян Цзэ выбрал комедию. Он ржал, как сумасшедший, слоняясь туда-сюда и стуча по столу. Когда были сказаны слова из фильма: «Как я выпрыгнул, ты меня бил, меня бил, что значит как...». Лян Цзэ уже ржал, как чокнутый. Он встал, повторяя эту смешную физиономию, повторяя реплику, не зная усталости: 

  • Ты меня бил, меня бил, меня бил. Красавчик, подыграй мне. Сегодня канун Нового Года, мы же должны веселиться.

Хан Хан сел на диван от безысходности:

  • За всю свою жизнь никто меня еще о таком не просил.
  • Ха-ха-ха... – Лян Цзэ радостно прыгнул на диван, руками ухватился за шею Хан Хана:  - Красавчик, ты мне нравишься! - затем поцеловал его.

Хан Хан отодвинулся назад, случайно нажал на пульт, по ТВ продолжилась смешная сцена. Актер закрыл дверь и выпустил собак. Хан Хан стащил с Лян Цзэ штаны.

  • Давай в спальню, там сюрприз, - Лян Цзэ подмигнул Хан Хану.

Тот задрожал: «Есть сюрприз? Только не говори, что это снова то ужасное освещение!!! Неужели я сегодня даже двинуться не смогу». = =

Все прекрасно, несчастье в этот раз не настигло Хан Хана, сегодня Бог пощадил его. 

Лян Цзэ подошел к двери, повесил тапки на замочек двери, через стекло отразилась надпись «Я люблю владельца магазина».

Хан Хан улыбнулся и подтащил Лян Цзэ к себе для поцелуя. 

  • Неплохо.
  • Еще бы, это же «NB»(марка тапок). Она получила самые лучшие отзывы в этом году.

-....

Хан Хан придавил Лян Цзэ к постели, содрал с него наконец-то всю одежду. Эти двое начали целоваться и отрываясь, перед тем, как перейти к следующему действию Хан Хан вдруг вспомнил:

  • У тебя есть смазка дома?
  • Нет, - Лян Цзэ покачал головой.

Хан Хан был полностью подавлен. Положил Лян Цзэ на себя. Он был просто поражен Лян Цзэ. Хан Хан не знал, как упростить следующие процессы, так как у них не было  нужных «приспособлений». Ничего не оставалось, кроме, как сделать все по - первобытному.

Жаль только...

Хан Хан обнаружил, что с этим придурком что-то не так.

  • Ты в последнее время так сильно устаешь?
  • Нет, - Лян Цзэ покраснел.

-....

-Я даже не знаю.

Хан Хан немного засомневался, но все же опустился. Ему не нравился оральный секс, но он не хотел, что бы его придурок...

  • Хм...

Почувствовав нежность рта Хан Хана, Лян Цзэ вошел во вкус. Он забыл обо всем на свете, и они слились в страстных поцелуях, лаская друг друга.

Наслаждение прошло, и Лян Цзэ держа во рту сигарету, аккуратно гладил волосы Хан Хана. Он смотрел на это лицо и так хотел сказать слова любви, он понимал это, но когда долго смотрел на Хан Хана, то произнес:

  • Красавчик, ты знаешь эту загадку? В разлуке хорошо, а вблизи больно.

Хан Хан поднял подушку и придавил ей лицо Лян Цзэ.

Глава 16: Broken. 

Хан Хан: Ты сейчас...

Лян Цзэ: Исследую.

Хан Хан: Это...

Лян Цзэ: из «Таобао».

Хан Хан: Интересная вещь?

Лян Цзэ: Хочешь попробовать?

Хан Хан: Нет спасибо, эта мелкая кукла страшная.

Лян Цзэ: Мне она тоже кажется страшной.

Хан Хан: ...

 

Хан Хан потерял дар речи. Он смотрел с раскрытым ртом, на то, как совершенно голый Лян Цзэ и «эта надувная штука» валялись в постели. Он не мог произнести ни слова, и это можно было сравнить с немотой.

В такой ситуации, конечно же, не только Хан Хан бы потерял дар речи.

Представьте, что вы Хан Хан, еще нет 22 часов, но вы уже в спешке закрываете магазин и бежите к своему любимому. А переступив порог спальни, обнаруживаете своего парня с надувной куклой, занимающимися «делом». И все это произошло прямо на глазах Хан Хана. Тогда бы вы тоже потеряли дар речи и онемели, как он.

Хан Хан совершенно не помнил, как он смог дойти до гостиной, он был совершенно сломлен. Это затронуло его мужественность, его святая святых: он не смог удовлетворить своего партнера, он был побежден какой-то резиновой куклой.

Лян Цзэ убрал куклу, надел пижаму и вышел. Он был совершенно спокоен, сел на деревянный стул. Его и Хан Хана разделял квадратный стол.

Хан Хан ничего не говорил, продолжал оставаться в режиме выключенного китайского языка(режим молчания), Лян Цзэ закурил, налил чаю Хан Хану и спросил:

  • Холодно?
  • Сегодня в магазине хорошо шли дела? - снова спросил он.
  • Что будем есть? - еще вопрос.
  • Что-нибудь новенькое про Иккю и Лонг Лонга есть? - опять задал вопрос.

Хан Хан сидел как замороженный, не издав ни звука. Нет, он не потерял слух, он все слышал, слышал каждое слово, просто не мог ничего выговорить. И он, конечно же, не глупый, каждый раз занимаясь этим с Лян Цзэ... он понимал, что что-то не так. Каждый раз занимаясь сексом… Лян Цзэ не испытывал ничего, даже уходило слишком много времени на то, чтобы у него могло встать. Да и в стоячем состоянии всегда были какие-то помехи. Не то, чтобы Лян Цзэ не кончал, просто в процессе старался изо всех сил, он вроде бы  сотрудничал добровольно и при этом испытывал угрызение каждый раз, когда кончал. Не мог поднять белый флаг и сдаться в момент оргазма. Хан Хан знал это и пытался избежать этой темы, а Лян Цзэ не мог нижней частью своего тела смириться с этим. Как минимум в плане половых отношений не мог смириться.

Лян Цзэ выкурил несколько сигарет, а Хан Хан все еще сидел там окаменевший.

  • Красавчик… могу я сказать? – Лян Цзэ уже выкурил много сигарет, он не мог так дальше продолжать. Он больше всего боялся безмолвия.

Хан Хан взглянул на него, хотел поговорить, но все-таки встал и пошел. Он не хотел бессмысленной ссоры. Хан Хан больше всего не нравилось ссориться, это он ненавидел ужасно. Несколько лет тому назад он уже изжил эту привычку. Дело не в том, что он хотел казаться крепким орешком, а просто ссориться сейчас бесполезно. Раньше он был таким упрямым, боролся за любовь другого человека, вложил в это всю свою душу, не оставив себе даже чести. Но в итоге все закончилось не так уж радужно, он только сделал так, что тот человек посчитал его назойливым. - Отлично, раз ты не будешь говорить, то я скажу, - Лян Цзэ тоже не стал спорить с чужими привычками. Да и сам он был не из тех, кто любил ссориться. Даже если его до смерти разозлили бы, он все равно не стал бы ругаться. Причиной этому было его воспитание. У его родителей было беспрекословное правило, которое нужно было понять без слов. Они часто обращали внимание на свой тон, на то, есть кто-то рядом или нет. Родители стали для него примером. Да и у них были какие-то стычки, но они всегда сначала садились и спокойно говорили, это был самый лучший способ заставить твоего партнера понять тебя. Но у такого метода тоже была своя губительная сторона. И самой большой губительной стороной являлось то, что он всегда пытался угодить партнеру, и иногда даже сам не верил своим словам.

Хан Хан встал и решил уйти. Он понял, что все  не так и весело, так что решил пока сделать паузу.

Жаль только...

  • Ебать! Красавчик! – Лян Цзэ схватил руку Хан Хана. - Всего лишь пару слов! Ты можешь выслушать мои объяснения?
  • Лян Цзэ! – Хан Хан оттолкнул руку Лян Цзэ. - Я сейчас не хочу ничего говорить, да и слушать тоже.
  • Я не чувствую себя мужчиной! – Лян Цзэ не позволил Хан Хану уйти и решил воспользоваться шансом начать войну. - Когда мы с тобой занимаемся сексом... я не чувствую себя мужчиной!

Одна фраза! Лишь одна эта фраза заставила Хан Хана сожалеть о том, что он не решился уйти до этого. Он не мог контролировать рот Лян Цзэ.

  • Я не могу ничего сделать,- все, что он мог теперь - это встать лицом к лицу с правдой, с тем обстоятельством, что между ними сейчас. На самом деле он все понимал, поэтому он не мог отступить, он... не хотел уступать. Это, конечно же, имело отношение к любви, только если они будут согласованы и в отношениях, и поступках, только тогда у них будут нормальные отношения. Не то, чтобы Хан Хан не мог уступить Лян Цзэ, а все потому, что Лян Цзэ ни за что не хотел уступить. (То есть Хан Хан мог бы ради Лян Цзэ быть снизу, но то, что Лян Цзэ подсознательно ни за что не хотел ради него быть снизу, заставило его сделать обратное).

-Я только в активе!

Лян Цзэ был немного шокирован! Эти слова для него было очень знакомы! Но почему? Ах да, тогда тренер домогался его и Хан Хан научил его этим словам. Конечно же Хан Хан не объяснял ему это значение, но на данный момент все было слишком ясно, эти слова не могли иметь другого значения. Актив (топ) это с английского языка.

«Почему я тогда не догадался? Совсем уже ослеп?!»

До нынешнего момента он не понимал, что он говорит с мужчиной о любви, он уже до этого прочувствовал нестыковки в их отношениях, не мог прочувствовать тепло. 

«В чем я так разочарован? В том, что во время секса я обязан быть снизу? Обязан удовлетворить другого мужчину?» Ответ на все это без сомнений уже был у Лян Цзэ, но что же нужно делать, чтобы достигнуть оргазма? И если он так разочарован, то почему бы не бросить все? Но сможет ли он этого сделать? В этом есть что-то противоречивое, странное. В этом непременно есть что-то странное.  

Хан Хан во что бы ни стало решил уйти. Лян Цзэ не стал его останавливать, он вернулся в спальню и  устало разлегся на постели. Он полностью запутался, и не мог думать. Он был уверен в том, что ему нравится Хан Хан, настолько нравится, что он не мог его потерять, но из них двоих телом страдал лишь он. Если разделить чувства и похоть, то Лян Цзэ мог принять его чувства, но не тело.

В углу комнаты он увидел надувную куклу. Он не думал, что Хан Хан вот так, без предупреждений и приветствий ворвется к нему домой. Обычно, до этого они всегда назначали встречу заранее. Приходить без предупреждения - это хорошо, это говорит о том, что их отношения уже перешли через границу чужих людей, но... итог оказался не таким уж удачным.

Почему Лян Цзэ купил надувную куклу? Все было просто, он просто хотел кончить, хотел понять, что с ним творится. Узнать, почему во время секса с Хан Ханом он не может сосредоточиться... не может полностью расслабиться и насладиться процессом.

Из крепкого орешка ему вот так просто пришлось превратиться в гусеницу. Для него - существа мужского пола! Насколько же это сильно ранило его достоинство! Он чувствовал, что Хан Хан в отчаянии, но он, по сравнению с ним, был в еще большем отчаянии, осознавая, что у него самого не было плохих привычек. Говоря так, это означает, что Лян Цзэ сам хотел, чтобы у него были плохие привычки. На этом свете ни одно существо мужского пола никогда бы не пожелало себе такой ориентации, такого изъяна, не так ли? Лян Цзэ пребывал в полном отчаянии, оседлав вот так куклу, он не смог найти в себе тот изъян, который хотел (мальчик хочет стать геем, но ему это не удается, изъян и плохая привычка - это ориентация имеется виду). Его чувства говорили за себя четко - у Лян Цзэ только с Хан Ханом не выходило.

И это бессилие невероятно пугало. Потому что он пришел к единственному выводу, что он не может принять только Хан Хана. Но его привычка полагаться и его отношение к Хан Хану говорили об обратном, совершенно противоположно выше приведенному выводу. Потому что это показывало, что он любит Хан Хана.

В Хан Хане он видел и положительные и отрицательные вещи. Отрицательное - это то, что Хан Хан принуждал его к половым отношениям, а положительное – это то, что Лян Цзэ рад, что у него были чувства к Хан Хану и что он любил Хан Хана. Он просто не мог принять то, что он должен лежать под кем-то, и его трахают, как пожелают.

Старые проблемы ушли далеко, и теперь за ними следовала новая проблема. И это проблема появилась на свет тогда, когда Хан Хан сказал, что он находится только в активе.

Лян Цзэ печально вздохнул, смотря на упакованную надувную куклу в углу.

Хан Хан пошел пешком обратно в Кальянный переулок. Холод в начале января отнюдь не из слабых, он был одет легко и даже не собирался махнуть рукой, чтобы поймать такси и сесть в теплый салон. Он не боялся холода, так как в его сердце выл ветер не менее холодный.

Как в поговорке говорится: «что не стоит говорить, то не говори, что не стоить видеть, то не смотри». Не ослепнет ли он после такого. Не то чтобы он не собирался предупредить Лян Цзэ как положено перед тем, как прийти, просто в магазине было мало народу, так что он решил прийти пораньше. Наверное, ему не стоило брать ключи Лян Цзэ, но это не суть проблемы.

Есть такие вещи, которые как бы ни старался избежать, все равно не сможешь.

Хан Хан никогда не собирался связываться с натуралами, потому что таких типов либо невозможно превратить в геев, либо, если станут, то все равно ни за что не будут пассивами. Именно поэтому до нынешнего дня Хан Хан никогда не менял своего взгляда на натуралов.

Но шаг за шагом Лян Цзэ пожирал его жизнь. В Хан Хана в какой-то момент попала стрела Амура, и с того момента все пошло нормально и легко. Хоть Лян Цзэ и по степени придурошности был не из простых, да и в плане «натурала» тоже не как нормальный натурал.

«Хан Хан, ты и правда положил его себе глубоко в сердце. Он говорил, что он любил тебя, и при этом даже мог быть снизу для того, чтобы удовлетворить тебя».

Но Хан Хан не был глуп, он не какой-то дурак с деревянной башкой, он очень умный, умный владелец магазина. Хан Хан - красавчик, чувствительный и осторожный, говорит кратко и понимает все.

Он просто нарочно не хотел затрагивать эту тему, нарочно притворялся, что ничего не замечает, а так же он это делал, что обмануть самого себя. Считал, что это временная пауза, что это позволит им привыкнуть друг к другу, но....

Когда Хан Хан увидел как Лян Цзэ лежал на надувной кукле, то сильно разозлился. Но это была беспричинная злость, без основания, так что он оказался в положении, в котором не мог спорить ни с чем, в сложном положении. Потому что во всем, что случилось сейчас, был виноват он. Он тот, кто сотворил все это. Хан Хан истинный мужчина, в этой жизни он всегда должен быть сверху. Этого нельзя изменить, и не было способа изменить. Первое, что он ненавидел и не хотел больше всего - это быть пассивом. Честно говоря, если бы сегодня он открыл дверь и увидел что Лян Цзэ лежал на девушке, а не надувной кукле, то он бы не стал того винить или обижаться. Ему больше всего понятно то, что Лян Цзэ не нравилось заниматься с ним сексом. Лян Цзэ нравилось быть с Хан Ханом только из-за той расслабленности, что ему мог дать только Хан Хан.

Нет способа, значит, нет способа. На самом деле, они бы легко смогли после этого помириться, но не было способа решить этот конфликт. Ведь если так продолжить, то все равно настанет день, когда им придется расстаться.

Хан Хан не ждал, что Лян Цзэ ему уступит, да и сам уступать не хотел. Безвыходная ситуация. 

Они оба уже влюбились, но застряли. 

 Так он погулял туда-сюда по улицам, сначала на площадь Тяньаньмэнь, потом дошел до башни, затем опять вернулся в Кальянный переулок. Хан Хан положил руки в карманы, из всего его тела только ладони были самыми теплыми, да и то холод крал у них это тепло. Лян Цзэ не стал гоняться за ним, не позвонил, даже сообщения не отправил. Это не походило на его толстокожий характер, может это и правда конец?

То, что называют «без надежды, не будет и разочарования». Теперь было доказано, что это не более чем просто необоснованная фраза. Если Хан Хан и правда смог бы услышать подсознание в отношениях, то он был бы не просто человеком. Но, конечно, он не станет Буддой раз он не человек, а  тогда кем же? Дьяволом?

Лян Цзэ нравились фильмы ЧТТ (комедийный актер), особенно старые фильмы. И тут Хан Хан вспомнил, что у ДТ есть одна фраза: "Человека родила мать, любит его тоже она". Лян Цзэ как попугай пытался выучить эту фразу, Хан Хан смотрел на это и не мог улыбнуться.

 Дверь открылась, Иккю и Лонг Лонг лежали в клетке, Бао Бао лежал на Листочке, мистер Икс медленно пережевывал еду.

Хан Хан даже не сняв ботинки, так и стоял перед клеткой.

«Почему ваши семьи так счастливы?»

Лонг Лонг тут же прибежал и высунул мордочку, Хан Хан протянул руку, Лонг Лонг полизал его руку в знак приветствия. Открыл клетку и тот сразу запрыгнул на его плечо.

- Лонг Ллонг, - Хан Хан погладил его шерстку. - Скажи, что теперь мне делать?

В другой клетке Листочек с Бао Бао на спине тоже подошла. Хан Хан достал много кусочков тапиоки. Лонг Ллонг выхватил 2 кусочка, Иккю это тоже видела, Хан Хан дал пару кусочков Листочку и мистеру Икс. Хан Хан уставился на шиншилл и почувствовал, что даже с ними конфликт не будет разрешен. 

Между ним и Лян Цзэ образовалась пропасть. «А может плевать на все?»

Он окинул взглядом комнату, шиншиллы Лян Цзэ, книги Лян Цзэ, пижама Лян Цзэ, единственное только... человека, который все это использует, здесь нет, да и не ясно будет он здесь теперь или нет.

Скоро наступит весна, такое важное время, сколько можно всего сделать. Хан Хан не мог плакать да и смеяться тоже не мог.

Глава 17:  Быть в долгу.

Я Красавчик: Я думал всю ночь, я в убытке.

Любовь 123: Что это значит?

Я Красавчик: Я такой же красавчик как Пань (китайский писатель красавчик).

Любовник 123: Стоп, остановись, я краснею из-за тебя.

Я Красавчик: Все в порядке? Лицо краснеет? Только не говори, что снова температура.

Любовь 123: ....

Я Красавчик: Красавчик, дослушай меня до конца.

Любовник 123: Говори, я буду продолжать краснеть.

Я Красавчик: Я не только красавчик, так еще и мужественен, я бриллиантовый король (не понятно почему, возможно фильм какой-то насмотрелся).

Любовь 123: Поднимаю руку (к доске типа).

Я Красавчик: Разрешаю.

Любовник 123: Что еще за бриллиантовый король, кого ты одурачить хочешь!

Я красавчик: Ну ладно, насчет бриллиантового короля проехали.

Любовь 123: Вот удача!

Я Красавчик:  В общем, я хочу сказать, что я идеал мужика.

Любовь 123: Да, да, в общем что?

Я Красавчик: Так что мне не стоит лежать под тобой!

Любовь 123: Но это уже произошло на самом деле, что собираешься теперь делать?

Я Красавчик: Я считаю, что ни в чем тебе не проигрываю, поэтому, я не должен быть твоей «женой».

Любовь 123: Не могу опровергать этого, раз ты можешь так логично все объяснить. Но!

Я Красавчик: Но что?

Любовь 123: Раз я пожертвую собой ради тебя, то непременно должен быть твоим мужчиной!

Я Красавчик: Подожди, подожди, как ты собираешься пожертвовать собой?

Любовь 123: Для начала пока только так, кроме меня кто-то станет с тобой жить до старости?

Я Красавчик: ...Нет

Любовь 123: Ну и почему?

Я Красавчик:  Потому, что в итоге все девушки меня бросают. 

Любовник 123: А что насчет других мужчин, что подкатывают к тебе?

Я Красавчик: Конечно же, их нет!

Любовь 123: Правда? Я вот сейчас думаю, а стоит ли мне жертвовать собой ради тебя.

Я Красавчик: Плачу... меня всю жизнь обманывали женщины, мой старший брат на столько зол, что не разрешает мне встречаться с женщинами... а теперь даже мужики меня обманывают.

Любовь 123: Сам себе нажил.

Я Красавчик: Ха-ха, все правильно, отлично живу.

Любовь 123: Это мое место, крут, не хуже женщины, не так ли?

Я Красавчик: Все правильно! Красавчик, ты такой хороший человек, готов преподнести себя мне. Ох, Красавчик, мне кажется все, что я сделал для тебя ничего не стоит.

Любовь 123: Что ты говоришь, ты очень мил, можешь принести много радости в мою жизнь.

Я Красавчик: Правда?

Любовь 123: Ага!

Я Красавчик: Красавчик, я тебя люблю!

Любовь 123: Ты мне тоже нравишься.

Я Красавчик: Я должен выйти! Ночью приду к тебе.

Любовь 123: Куда идешь?

Я Красавчик: В издательство.

Любовь 123: Иди, не забудь взять собой куртку. Не поленись ее взять, сегодня очень холодно.

Я Красавчик: Не нужно, это же близко.

Любовь 123: Эй, скоро уже конец года, не болей!

Лян Цзэ закрыл тетрадку, сел на корточках на диване, закурил.  И чем больше думал, тем это правильнее ему казалось, сам почувствовал, что он эгоистичен. Не просто эгоистичен, а слишком эгоистичен. Не различает, что правильно, а что нет. «Красавчик так хорошо ко мне относится, он совсем не думает о себе и жертвует собой ради меня. Если так подумать, то в этой жизни, кроме старшего брата, только он ко мне относится хорошо, а я еще этого не признал. Какой же я эгоистичный».

Лян Цзэ снова вспомнил, что тогда, когда еще он  был маленьким, брат как-то рассказал ему сказку. В сказке рассказывалось о мальчике, который уронил топор в реку, бог реки появился и принес ему бриллиантовый, золотой и серебряный топоры, но в итоге мальчик взял только свой железный топор. Мораль сей сказки такова, что человек не должен быть слишком жадным.

«Эх, мой случай попал как раз в один из 7 тяжелейших повинностей жадности!».

Чем больше думал Лян Цзэ, тем больше ему казалось, что он был виновен. Ему просто хотелось сейчас же прибежать в магазин и извиняться, но издательство как раз сейчас давит на него, если он сейчас же не прилетит, то считай, его голова слетит с плеч.

Лян Цзэ опрятно оделся, и,  не забыв собой взять куртку, вышел.

Когда пришел в издательство, не было еще и 4 часов. Но из-за того, что сегодня пасмурно, много облаков, возможно, будет снег, на улице постепенно начинало смеркаться.

Директор встретила Лян Цзэ очень добродушно и принесла ему чашку горячего кофе. Это была женщина примерно 50 лет, волосы тщательно окрашены, очки на носу делали ее еще  интеллектуальнее.

-Сяо Лян! Твою рукопись в отделе редакции уже просмотрели, кажется все отлично.

-Ну конечно, я же старался на протяжении долгого времени, - Лян Цзэ рассмеялся.

Директор Сунь Цзы смотрела на Лян Цзэ, в душе думала: «Этот мелкий совсем не знает, что такое скромность». Про себя думала, но произнести вслух, конечно же, не смела, в этом году их издательство рассчитывало на эту новеллу. В год они издавали кучу книг, конечно же, можно было взять кредит, но не так уж и много. Но, если не издать эту новеллу, в следующем году, скорее всего, придется отдать свое место другому человеку. Конечно же, это не впервые, когда они терпят крах, но если не постараются, то они просто окажутся загнанными в угол. Они издают эту книгу в такой спешке, цена за лицензию будет, безусловно, огромной. Хоть как писатель Лян Цзэ находился еще только в самом начале своей карьеры, но его короткие истории очень интересны. А если в таком возрасте он уже получил награду  «БХ», то он  однозначно будет не простым писателем. Хорошо, что он начал свою карьеру рано. Но хоть его работы и получали часто хорошие отзывы, но не так хорошо распродавались. Для получения наград у книги не было никаких проблем, но заставить обычных читателей купить его книгу - вот здесь все было сложновато. И если бы не это, то его бы сегодня здесь не было.

  • Теперь, есть такая проблема, - директор  подала чашку с чаем и, улыбаясь, посмотрела на Лян Цзэ.
  • Что, есть какие-то проблемы, говорите не стесняйтесь.
  • Дело такое, как мы уже говорили, в твоей книге есть большая художественная ценность, и в тоже время она удостоена номинации  «БХ».
  • А, правда, ну и отлично.
  • Вот только...
  • Что?
  • Но в плане издания книги  мы еще немного сомневаемся.
  • Что это значит?

В эту минуту Лян  Цзэ услышал стук каблуков и повернулся.

  • А почему ты?

Вошедшая девушка тоже удивилась.

  • Это ты?
  • Вы знакомы? - директор Сунь Цзы встала.
  • Как тебя там зовут?- девушка, наморщив брови, начала вспоминать.
  • Я тоже не помню твоего имени,- Лян Цзэ постучал по голове.

Директор  посмотрела на эту ситуацию, и ей ничего не оставалось, кроме как представить их друг другу.

  • Лян Цзэ, это Се Джин Ян (девушка с которой спал), она главный руководитель отдела редакции. Джин Ян, это Лян Цзэ, автор книги «Непобедимый расцветающий цветок». 
  • Правильно, правильно, только что вспомнила, - Се Джин Ян, улыбнувшись, протянула руку для приветствия.

Но Лян Цзэ не двинулся, только ответил:

  • Приветствую!

Историю с «сексом на одну ночь» он еще хорошо помнил, не просто помнил, а еще помнил какова на вкус эта девушка. «Только не это. Да какое сейчас время, я теперь чужая «женушка», а...

невозможно... этот соблазн точно нужно подавить».

 

Се Джин Ян смотрела на Лян Цзэ, женское чутье дало ей понять, что Лян Цзэ сейчас ей противостоит:

  • Директор Сунь Цзы, я с Лян Цзэ можно так сказать, что знакома. Мы, можно так сказать, «пообщались» немного, – это слово «пообщались» Джин Ян нарочно выделила. - Давайте начнем разговор.

Директор Сунь Цзы посмотрела внимательно и сразу же поняла Джин Ян, поэтому и оставила всю работу на нее. Се Джин Ян - женщина, директор Цзы знала ее, как свои пять пальцев, если бы у нее не было таланта к общению, то она точно не взобралась бы на это место. «Да какие ее годы, еще нет даже 30». Подумав так, директор Сунь  Цзы снова посмотрела на Лян Цзэ. «Кажется довольно наивный мужчина. Эх, в общем оба какие-то таинственные».

  • Отлично, отлично,- так подумала директор, на лице ее появилась спокойная улыбка. - Продолжайте общаться.

В приемной остались только Се Джин Ян и Лян Цзэ. Лян Цзэ начал нервничать. В прошлый раз он слишком поторопился. Не стал много думать, немного провинился, а теперь эта женщина прилично одета и сидит напротив него... Он не ожидал, что хорошо одевшись, человек может настолько засиять, а еще этот запах духов... Лян Цзэ чувствовал, что его нижняя часть тела уже хотела вырваться наружу. Это мужской инстинкт, увидев красивую девушку, кому ее не захочется, разве лишь что... гею.

Только появилось слово «гей», Лян Цзэ сразу же, как будто окатило холодной водой.... «Лян Цзэ, непорядочный козел, ты теперь вместе в Красавчиком, ты должен учиться и стараться стать геем!».

Се Джин Ян все еще наблюдала за Лян Цзэ, смотрела на выражение его лица. Сложно разгадать, о чем он сейчас думает, сначала был вид жажды и желания, потом лицо превратилось в лицо монаха.

  • Только что директор Цзы говорила, что со стороны редакции вы все еще обдумываете тот вопрос, - Лян Цзэ закурил и вернул свое сознание к работе.
  • Да, это так, - спокойно ответила Джин Ян. - Книгу «Непобедимый расцветающий цветок» я уже просмотрела, мне кажется отличная книга. Но если  рассматривать со стороны издания, то мы считаем, что она слишком серьезна, будет много читателей, которые прочитав, могут не прочувствовать.
  • Нужно изменить что ли? – Лян Цзэ искал способ скорее закончить этот разговор.
  • Нет, не так, - не торопясь ответила Се Джин Ян. - В основном это зависит от внешней стороны, например обложка, краткое описание, нужно еще подправить, но я могу позаботиться об этом...

Все, что говорила Джин Ян дальше, Лян Цзэ не слышал, он только сидел, опустив голову, и смотрел на эту грудь. Ту грудь, что так  поднималась и опускалась перед его лицом, да еще эта гладкая кожа.

Лян Цзэ отвечал только: все правильно, точно, отлично. Торопясь завершить разговор, встал, хотел уйти. Джин Ян встала, потянула Лян Цзэ за руку, рефлекторно  громко крикнул:

  • Что вы творите!

В этот  раз она испугалась так, что чуть не упала.

  • Простите, - Лян Цзэ помог ей устоять. - Делайте все как вы хотите.

Се Джин Ян так и смотрела на Лян Цзэ, который выбежал наружу.

Хан Хан весь вечер сидел и с сарказмом лыбился, смеялся он над Лян Цзэ и собой, теми, кому  просто не судьба быть вместе.

Честно говоря, он не думал, что после вчерашней истории, Лян Цзэ сможет на второй же день нормально с ним говорить, так, как будто ничего не сучилось. А особенно не думал, что ему придется обсуждать с ним то, кто будем сверху, а кто снизу и, конечно же, не мог подумать, что тот полностью позволит Хан Хану «ворваться и захватить свою крепость».

« Молодец...».

Не важно, глупый он или хитрый, но ему удалось захватить Лян Цзэ. И заставить того понять полностью данную ситуацию.

Вот только.

Ха Хан чувствовал так, будто хотя он постоянно смеялся снаружи, но в его душе было пусто, скорее всего, он не сможет держать эту монополию над Лян Цзэ всю жизнь. Этот придурок каждый раз, когда просыпался, то сразу же прилипал к нему. Но раз, два раза так можно, будет ли это всегда?

Когда подумал об этом, появилась новая проблема... всю жизнь.

Господи, Хан Хан чувствовал себя полностью сокрушенным, но он хотел прожить всю эту жизнь с тем человеком.

Он думал, что тут придурок не может быть настолько наивным, но происходящее доказало, что это действительно так. А теперь стало еще яснее, этот придурок действительно полностью позволил Хан Хану войти в себя.

Почему же нельзя использовать этот способ.

Хан Хан продолжил размышлять.

Почему?

Привыкнет к этому? Или потому что он актив? Потому что... возможно потому, что это могло стать преградой в развитии их чувств (кажется он имеет виду, что Лян Цзэ в душе до сих пор не может смириться, и под способом имеется виду, что Хан Хан до сих пор его дурачит разными способами, а тот глупый верит).

«Не понятно, не могу додуматься».

«Кажется это так, но почему, почему не могу принять?».

«Как же противоречиво».

После ужина  Лян Цзэ не пришел, он говорил, что придет, но не сказал когда точно.

Хан Хан только что поправил список склада магазина, но не торопился.

1 год прошел, прибыль не прекращала расти.

Подняв голову и посмотрев на монитор, Хан Хан  вздрогнул, увидев фигуру, но этот человек только вступил во двор. Не став мешкать, Хан Хан тут же начал присматриваться, но эта фигура ушла.

«Неужели Лян Цзэ?».

Хан Хан подошел к двери, выглянул наружу, ища глазами. Не было никого.

«Эх, неужели так не терпится, что начались глюки?».

Пока думал, из кармана раздался звук «ха-ха-ха» (как кошмарное кино про призраков).

  • Поднимись наверх, я наверху.

«Что? Что это?».

Поднял голову, свет еще не был включен.

Подумав немного, Хан Хан позвал Хай Хун.

  • Хай Хун, присмотришь за магазином, я поднимусь ненадолго.
  • А, хорошо, уже завершил проверку?
  • Не думай об этом, всего лишь мелкие пункты, ничего.
  • О, хорошо, - ответила Хай Хун.

Хан Хан поднялся, открыл дверь, Он еще не привык к темноте, как что-то его напугало. Кто-то тут же затащил в темноту и прижал к стене, затем страстно целовал, пока он не стал задыхаться.

Хан Хан уже больше не мог сдержаться: «Неужели этот придурок изменился? Чудо какое-то!».

 

  • Хм... – Хан Хан тяжело дышал, « Да что с ним такое? Почему он так напорист? Блин, все мои переживания только что были напрасны?».

Лян Цзэ ничего не говорил, он долго целовал Хан Хана, только отпустил, как  тут же начал сдирать с него одежду. 

  • Лян Цзэ, - оттолкнул его Хан Хан.

Тому было плевать на это, и он продолжил сдирать одежду.

Секундой позже все одежда Хан Хана была снята Лян Цзэ, спина была прижата к стене, ощутив исходящий холод оттуда, он стал еще более возбужден. Лян Цзэ целовал его шею, затем грудь, постепенно опускался вниз, снимал его штаны и целовал его тазобедренную кость.

«Что ты собираешься сделать?».

Наконец до Хан Хана дошло, что тот собирался сделать. Изнасиловать его!

От этой мысли у Хан Хана пошли мурашки по коже. Если сравнивать его по силе с Лян Цзэ, то он точно проиграет. 

« Как так, неужели я буду соблазнен им!».

В голове Хан Хана кружились кучу мыслей, но он не мог найти причину.

  • Холодно? – Лян Цзэ, сняв штаны Хан Хана, встал.

-Ты... что ты собираешься сделать? - спросил он мужественным голосом. Хан Хан так же почувствовал что их тела сейчас тесно прижаты друг к другу, без малейшего просвета.

Лян Цзэ снова поцеловал Хан Хана, долго держался, одновременно снимая штаны свои штаны. «Маленькие дружки» обоих не прекращали тереться друг о друга.

Лян Цзэ разжег огонь страсти в теле Хан Хана до пожара, но Хан Хан не мог совладать с Лян Цзэ, у него не было никакого способа вырваться из этих оков.

После этого, «маленький друг» Лян Цзэ проскользнул меж ног Хан Хана, мокрая головка терлась о внутреннюю сторону его бедра.

  • Лян Цзэ... отпусти...
  • Помоги мне… - Лян Цзэ прошептал так тихо, как будто кокетничал или стонал, дыхание было прерывистым, играясь с ушком Хан Хана, но тот не мог этого расслышать.
  • Что?
  • Ты такой послушный... – Лян Цзэ покусывал Хан Хана, дыхание участилось.

В этот момент Хан Хан четко почувствовал: «он, что возбужден? Зимой вот так легко возбудился? Почему?».

-Для начала отпусти меня, ты такой тяжелый. Так еще и придавил меня, как я могу тебе помочь.

Хан Хан прижал Лян Цзэ к постели. Лян Цзэ схватил его за волосы, прижал к своему телу, «маленький дружок» проник в рот Хан Хана, от чего тот практически не мог дышать.

Лян Цзэ не прекращал толкать, голова Хан Х все еще была крепко сжата в руках Лян Цзэ, тот ни за что не собирался ее отпускать. Хан Хану было  наплевал на то, что  «дружок» Лян Цзэ был у него во рту, он протянул руку к тумбочке, задел фонарь и тот упал, разбившись.

Протянул руку, чтобы достать смазку. Хан Хан выдавил немного себе на руку, раздвинул ноги Лян Цзэ, нашел вход и медленно протолкнул туда пальцы. Несколько раз Лян Цзэ толкнул вниз голову Хан Хана, выстреливая спермой ему в рот.

Хан Хан только проник в тело Лян Цзэ и уже не мог себя контролировать, двигался очень быстро и глубоко, так, как будто пронзал все его тело. Нога Лян Цзэ придавленная Хан Ханом онемела и схватил Хана за руку, хотел, чтобы тот успокоился немного, но тот ни за что не соглашался.

Лян Цзэ не мог больше держаться, ноги слишком сильно онемели.

Хан Хан крепко держал Лян Цзэ, его «маленький дружок» вышел, затем Хан Хан схватил бедра Лян Цзэ, поставил его на бок, затем вошел второй раз. Лян Цзэ  почувствовал, как будто еще не успел расслабиться, а Хан Хан уже заполнил все его тело. От постоянный толчков Лян Цзэ был сильно возбужден, его «маленький дружок» снова поднял головку. 

Хан Хан ждал когда Лян Цзэ привыкнет, раздвинул широко его ноги и начал движение.

Каждый глубокий толчок заставлял Лян Цзэ завывать, член  в его руках тоже затвердевал.

Они так и обвивали друг друга как змеи до тех пор, пока оба не достигли вершин. 

Хан Хан кончил в тело Лян Цзэ, он был очень доволен и счастлив. Лян Цзэ тоже наслаждался, свернувшись клубком, руками обхватывая коленки.  Совершенно доволен!

Оба, довольные, долго лежали, не двигаясь и не издавая даже звука, до тех пор, пока телефон Хан Хана не зазвонил. Хан Хан лениво встал с кровати, нашел одежду на полу. На дисплее было видно что звонила Хай Хун, Хан Хан выключил его и затем вернулся в постель.

Лян Цзэ лежал там, сознание было полностью опустошено. Он не знал, походил ли он сейчас на подлеца. Мозги просто работали по инстинкту. А это возбуждение было из-за Се Джин Ян. Он мог поклясться, что если бы просидел в этом офисе еще 10 минут, то мог бы тут же ее оттрахать. Это заставило его стыдиться, поэтому он не включил свет. Он чуть ли не изнасиловал Хан Хана. Он совершенно полностью представлял у себя в голове, что Хан Хан женщина. Поэтому был так разгорячен и возбужден. Это было, без сомнения, самым большим оскорблением для Хан Хана.

Протянув руки и погладив Лян Цзэ по волосам, Хан Хан сказал:

  • Лежи, не двигайся, поспи еще, я должен выйти, - Хан Хан прошептал, поцеловав спину Лян Цзэ. - Не сильно заставил тебя страдать? 
  • Нет, - ответил Лян Цзэ.
  • Наверное сильно устал, спи, - Хан Хан спустился с кровати, его глаза уже привыкли к темноте, надел штаны, открыл дверь и вышел.

Спустился на две ступеньки  и вдруг вспомнил, что возможно у Лян Цзэ нет сигарет, чтобы покурить. Вернулся, открыл дверь спальни, поискал в кармане штанов Лян Цзэ достал пачку сигарет и дал тому. - Вот, не спускайся с постели.

Хан Хан был совершенно доволен, это удовольствие было не просто в плане телесного, а куда сильнее. Доволен, он доволен душой. Тот придурок наконец прозрел, да, пускай даже если Хан Хан был сверху, но он сегодня был полностью удовлетворен, это было большим продвижением. Хан Хан понимал, что Лян Цзэ сейчас шаг за шагом пытается смириться, поэтому он чувствовал себя счастливым.

Лян Цзэ ждал когда Хан Хан уйдет, только затем закурил, после этого как будто был парализован, оперся о матрас. 

Шекспир говорил: «Удачная ложь, эта не та ложь, когда нужно постоянно лгать, чтобы жить. Так как человек, который был обманут, будет поддерживать тебя, поэтому самому не нужно больше ничего делать».

А еще он говорил: «Человек не может решить собственную судьбу, но если мы готовы принять это, то ошибка здесь не в судьбе, а в нас самих».

Лян Цзэ впервые ощутил это мучение.

Глава 18: Точно, очень люблю тебя.

Любовь 123: Сможешь закончить за сегодня?

Я Красавчик: Почти готово, еще немного и закончу.

Любовь 123:Отлично, заверши мгновенно и приди сюда чуть раньше.

Я Красавчик: …?

Любовь 123: Ночью пойдем со мной, встретим одного друга?

Я Красавчик: Угостит ужином?

Любовь 123: ...

Я Красавчик: Красавчик, почему ты не говоришь?

Любовь 123: Говорю.

Я Красавчик: Так угостит?

Любовь 123: Угостит!

Я Красавчик: Эх, твой друг такой хороший!

Любовь 123: Ты что в прошлой жизни был голодным призраком?

Я Красавчик: А! Кстати, вчера ночью я играл в игру! Предсказание!

Любовь 123:  ...?

Я Красавчик: В общем, как я умер в прошлой жизни!

Любовь 123:... что от голода умер?

Я Красавчик: Правильно! Но главное угадай, как ты умер!

Любовь 123: От удушья подох!

Я Красавчик: Fuck! Откуда ты знаешь? Ты умер от туберкулеза!

Любовь 123:  .....

....

Дверные колокольчики зазвенели. Хан Хан вышел из-за кассы, разговор с придурком заставил его забыться так, что он поторопился завершить все дела и стукнул по лбу. Господин Чжан вошел с маленькой клеткой и поставил её на пол.

  • Сегодня 6 число, я снова пришел оставить на вас питомца.
  • Дядюшка, вы не заметили, что на магазине есть табличка с надписью? – Хан Хан немного злился, огромная табличка с надписью «Сlose» могла заставить даже слепого увидеть себя. « В Новый Год по лунному календарю появился шанс немного отдохнуть, мы не можем обслуживать и ухаживать в эти дни за вашими питомцами, приносим глубочайшие извинения».
  • А видел! - г-н Чжан продолжал улыбаться, как прежде.
  • А! – Хан Хан был озадачен таким ответом, совершенно не знал, как бы отказаться. Его магазин был открыт 3 года, первые два даже задумываться бы не стал, но на третьем году у него появился свой собственный «маленький господин». Этот глупый придурок еще говорил, что лунный  Новый Год они проведут вместе. Так он что сразу же решил закрыть магазин на время, даже дал Хай Хун и Ин Ин отдых на несколько дней, хоть до 30 числа осталось всего 3 дня. Но,… кажется, г-н Чжан не мог смириться, в этом случае довольно много клиентов не могли смириться, но они не такие, как г-н Чжан, не настолько упрямы.
  • Дело такое, ты сам посмотри, как давно мы знакомы, у меня есть маленький Зиу Зиу (щеночек). Присмотри за ним пару дней!
  • Дядюшка, дело такое, если бы я остался тут, то не стал бы вешать табличку, -  Хан Хан настойчиво пытался отказать.
  • Ты должен уйти куда-то?
  • Да, я хочу отпраздновать Новый Год у друга.
  • Это Ци Цзи? У Ци Цзи же тоже есть собака! Отнеси туда и мою собаку!

Хан Хан пребывал в депрессии: 

  • Дядюшка Чжан, я не иду к Ци Цзи!
  • Вот куда пойдешь, туда и отнеси собаку. Ты же не едешь за границу к матери?

Полностью поражен! Хан Хан просто не нашел больше слов.

  • Давай так, я никому не скажу, не беспокойся.

Хан Хан еще не успел ничего сделать, а г-н Чжан уже вышел за дверь.

Он сел на корточки, посмотрел на Зиу Зиу и его настроение совсем испортилось. Этот маленький бедолага ему был хорошо знаком. Каждый раз, когда г-н Чжан приходил за кормом, то покупал ему очень много еды, эта собачка прибегала всегда раньше его.

Занеся клетку в комнату для приема животных, Хан Хан налил ему еды и поставил немного корма. Он даже нарушил правило - дал ему еще немного печенья. Хан Хан размышлял, если он принесет еще одно живое существо в дом к Лян Цзэ, то не будет ли тот против?

В последнее время Хан Хану казалось, что он не понимал Лян Цзэ, реально не мог понять. Раньше, что ему не говори, как с гуся вода, а теперь это состояние стало ещё хуже.

В тот день, после страстной ночи, Лян Цзэ проснулся и ничего не сказав, ушёл. Хан Хан позвонил ему, а тот ответил, что вспомнил, что у него остались ещё 2 странички спешла, нужно поправить, поэтому он, разволновавшись, ушел. Он ни во что не ставил Хан Хана. Но затем целых три дня тот человек не связывался с ним, что уж говорить о том, что бы прийти. Когда спрашивал его, он говорит, что ему нужно вдруг что-то написать. Продолжаешь ждать, а он все как прежде занят, занят, занят. До сегодняшнего дня, Ци Цзи сказал: «Вот уже конец года, давай вместе пообедаем». Хан Хан спросил Лян Цзэ, тот теперь ответил, что завершил работу.

Хан Хан заметил, что с этим придурком что-то не так, но не мог точно сказать, что не так. Даже не мог разглядеть, хоть чуточку проблемы, если действовать вслепую, то не понятно куда дойдешь.

Хан Хан покачал головой, подумал, что слишком подозрителен и это может плохо закончиться. Такой уж Лян Цзэ, он даже не был удивлен.

«Ему нравишься ты! Не волнуйся! Это точно на все 100%, не так ли? Эх-эх, в тот день он так страстно готов был преподнести своё тело. К тому же, это же конец года, все такие же занятые, в общем, ничего особенного, на писателя может быть нашло вдохновение, нельзя же этого не учитывать!»

Подумав так, он расслабился, достал телефон и позвонил Ци Цзи.

  • Алло? – Ци Цзи поднял трубку очень быстро.
  • Быстро ответил, - Хан Хан оперся о полку, поднял чек.
  • Да, только что искупался, собирался покурить и тут ты позвонил.
  • Он сегодня больше не занят, так что нет проблем.
  • Отлично. Что есть будем? – Ци Цзи приподнял зажигалку.
  • На твоё усмотрение, нам двоим что угодно.
  • Ой, ой «нам двоим» …
  • Ты…
  • Как же это откровенно.
  • А что тут такого удивительного!
  • Мне кажется, почему-то, что ты немного смущен. 
  • Не до такой степени.
  • До такой, поверь. Это как первая любовь. Ха-ха.

Хан Хан нахмурился, это впервые, когда он говорил о своих любовных делах Ци Цзи. Хан Хан никогда не говорил о личных отношениях с Ци Цзи. Из-за этого тот думал, что Хан Хан относится ко всем совершенно одинаково, ничего особенного.

  • Может, поедим на корабле Западного озера? - предложил Хан Хан.
  • Неплохо, ему понравится там еда?
  • В этом мире нет такой еды, которая ему может, не понравится.
  • А, - Ци Цзи был удивлен,- ты можешь не разрушать впечатление о человеке? Тебе же он нравится.
  • Правильно. Не нарочно разрушил, просто его мозг не уравновешен, так, как будто использовал жесткий диск «С» полностью, - Хан Хан говорил и смеялся. В этот раз он официально их познакомит, он сначала очень сомневался, он верил, что Ци Цзи и Лян Цзэ легко сдружатся, но не был уверен, сможет ли он и этот придурок пойти. Ци Цзи много раз собирался спросить, как продвигаются у них дела, Хан Хан не думал, что Ци Цзи может так долго не замечать, что между ним и Лян Цзэ все не нормально. Неужели с тех пор, как они начали встречаться, ничего не изменилось? И теперь Хан Хан поверил в то, что тупостью можно заразиться. 

-Эх, твой ротик... – Ци Цзи покачал головой.

-Ты выбирай место, у меня есть немного дел. Давай в 19.00 встретимся?

  • Хорошо. Нет проблем. Я подъеду примерно в 18.30 к твоему магазину.
  • Встретимся вечером. Погладь за меня Менг Нана.

 

Положив трубку, Хан Хан улыбнулся, не нужно было на себя смотреть, чтобы знать, что он сейчас выглядит как сумасшедший. Любовь всегда такая, она легко может превратить умного человека в глупца.

Пока так думал, получил сообщение: « Красавчик! Купидон выходит!».

« Любовь может превратить глупца в умного человека? Кажется, может сделать еще глупее» - подумал он.

Лян Цзэ, как только поставил точку, вышел из компьютера. Искупался, сменил одежду, во время бритья он уставился на свое лицо, конечно же, ему казалось оно незнакомым. Бритва упала, и звук раздался у него в голове.

Для Лян Цзэ принятие решений никогда не останавливалось на «Да» или «Нет», а для владельца магазина, кажется, всегда были только конкретно два варианта. Он говорил, что хотел что-то написать, на самом деле просто хотел убежать и смог убежать на пару дней. Ну и что из этого получилось? Лян Цзэ понял одну глубочайшую вещь: он и Хан Хан, как должны называться их отношения?

У Хан Хана, конечно же, нет никаких проблем, он понимал, что он любит. Но сам Лян Цзэ мог ли сказать это так легко? Куда приведут их отношения? Да и смогут ли эти отношения развиться?

Чем больше думал Лян Цзэ, тем яснее был вывод: ему нравится Хан Хан. Но в этом «нравится» все слишком запутано. Если сказать «просто товарищи», то точно нет, но... «возлюбленные», этого пока не достигли. Он только четко понимал одно - он не может потерять его. И поэтому, из-за этого вывода, Лян Цзэ ничего не оставалось, кроме как заставить себя шаг за шагом полюбить Хан Хана. Хан Хану он нравился, в этом они сходятся, так что Лян Цзэ ничего не оставалось, кроме как выполнять его требования.

И в то же время, чтобы избежать того случая, что произошел в прошлый раз, Лян Цзэ решил держаться подальше от женщин, если он не ошибался, то причина в том, что он боялся, боялся, что не сможет измениться. Лян Цзэ не подлец и не хотел им быть, поэтому он должен уважать любовь и держаться подальше от женщин! Уничтожить все соблазны, и тогда однажды он и Хан Хан смогут стать счастливее, нет, не так, а полностью счастливыми!

Он снова посмотрел на себя в зеркало и почувствовал, что человек в зеркале протрезвел. Как и хотел, улыбнулся зеркалу: 

- Я красавчик! Я люблю Красавчика! Мы просто непобедимая парочка!

Проговорив заклинание, он послал Хан Хану сообщение «Красавчик! Купидон идет к тебе!».

Лян Цзэ пришел в магазинчик в Кальянном переулке, когда еще не было 6 часов, зайдя внутрь, он сказал «Хэллоу». Хан Хан в это время рассчитывал покупателя и  встретил глупого придурка в отличном настроении. Хан Хан поднял голову, смотрел на него и улыбался. Лян Цзэ посмотрел на занятого Хан Хана и пошел поиграть с шиншиллами.

Бао Бао стал больше, а увидев Лян Цзэ, стал прятаться. Теперь Лян Цзэ совершенно поверил в слова Хан Хана: « Шиншилла всю жизнь признает лишь 1 хозяина».  Очевидно, что Бао Бао признал Хан Хана. = =

Листочек же к Лян Цзэ относилась равнодушно, а Иккю в клетке рядом плевала на Лонг Лонга, залезла на его тело и пыталась казаться ярче.

Лян Цзэ увидев это, пробормотал:

  • Иккю, Иккю, ты такая глупая, твоя глупость такая милая! - он просто не понимал, что его IQ не мог сравниться даже с этой шиншиллой.

Приготовив немного тапиоки, Лян Цзэ остался доволен, Хан Хан проводил клиента и увидел, как Лян Цзэ улыбался.

  • Чем ты так доволен?

Лян Цзэ повернулся, он и не думал, что Хан Хан поцелует его в лоб. Вокруг никого не было, и  Лян Цзэ ответил ему тем же самым.

  • Я заказал столик в ресторане на корабле в Западном озере, нет проблем?
  • Как вкусно! – Лян Цзэ обрадовался.
  • Несомненно, в прошлой жизни ты умер от голода, стоит ли мне пойти и взять тебе салфетку, чтобы подтереть слюни?
  • Ой, мы еще не дали младшему Листочку имя! (Бао бао как бы детеныш, имени не было) – Лян Цзэ стукнулся себя по голове.
  • А да! Ну, это решение за мной?
  • Конечно!

Хан Хан  поморщился. 

  • У меня... уже есть 4 шиншиллы.
  • Ну, ничего, чем больше, тем веселее.
  • Ладно...
  • А еще... Иккю и Лонг Лонг будут рожать? – Лян Цзэ глянул на голову Лонг Лонга. - Его облысение так и не стало лучше.

-Да что за логика, обязательно, что ли рожать?

  • Мне так нравятся детеныши, такое чувство, будто могу стать отцом!

Человек, который это сказал, не имел задних мыслей, а вот слушатель же принял это близко к сердцу. Хан Хан не издал ни звука.

Лян Цзэ и не заметил, что тема ушла не в ту сторону. Хан Хан же слушал, и, то, что он не отвечал, придурок принял за то что, тот жадюга, не хочет нести на себе еще один голодный рот, так что не стал продолжать говорить об этом: 

  • Красавчик, у тебя же есть куча корма, почему ты такой скупой? - затем тема снова вернулась к началу. - Как ты думаешь, какое имя подойдет? Зули? Емон? (это персонажи какого-то фильма) - А что начет Сяо Йези?

-Что? Это же мама Бао Бао.

-.....

  • Красавчик, скажи уже, наконец, какое имя подойдет! – Лян Цзэ повернулся и внимательно смотрел на Хан Хана.

-Есть другой выбор? Непременно должно быть Зули и Емон?

-Как хочешь, вот только я думаю, что Лонг Лонг хотел бы поменять имя на Ю Вен Мей.

-Ты...

-Я пришел!

Лян Цзэ и Хан Хан смотрели на Ци Цзи, который открывал дверь и входил. Они увидели, что на этом человеке были одеты: 1 куртка,1 шапка,1 плащ, а так же на руках была пара толстых перчаток.

  • Пришел? – Хан Хан посмотрел туда, все правильно, он привык видеть как Ци Цзи одевается зимой. Укутает себя, как снежный человек, нет не так, по сравнению со снежным человеком он еще потолще будет...
  • На улице снег? – Лян Цзэ, конечно же, не понимал, что происходит.
  • А? – Ци Цзи не понял.
  • Нет снега... – Лян Цзэ подошел и схватил шапку Ци Цзи.
  • Скоро будет, - ответил Ци Цзи.

Хан Хан смотрел на этих двоих и просто не находил слов, ему вдруг расхотелось идти с этими двумя ужинать.

  • В общем, слышал много о тебе от Хан Хана, до этого тоже виделись, - Ци Цзи снял перчатки, подал Лян Цзэ руку.
  • Да, красавчик тоже часто рассказывал о тебе, - Лян Цзэ дружелюбно пожал руку. – Ци Цзи, так тебя зовут?
  • Да, правильно, правильно. Я давно восхищаюсь тобой!- Ци Цзи засмеялся.
  • Красавчик что-то рассказывал? Он говорил, что я очень красив, не так ли?
  • А? – Ци Цзи еще не уловил о чем идет речь.
  • Разве ты не говорил, что восхищаешься мной? Ну и что Хан Хан такого обо мне рассказывал, что ты восхищаешься мной?

-... А, я часто читаю твои новеллы.

  • А! Ха-ха! Ха-ха-ха-ха... – Лян Цзэ посмотрел на Хан Хана, затем на Ци Цзи, и понял, что только смех может скрыть весь этот позор. = =
  • Красавчик! Ты должен немного представить нас друг другу! – увидев, что Хан Хан стоял, молча, Лян Цзэ продолжил спрашивать.
  • А тебе что, нужно, чтобы я тебя представил? – Хан Хан сморщил брови.
  • И как это понимать? – Ци Цзи и Лян Цзэ ответили в один голос.

Хан Хан покачал головой.

  • Я верю в то, что вы сможете сами познакомиться (типа оба идиота смогут быстро сдружиться).

Да уж, не то слово. Слова Хан Хана оказались правдой. За ужином Лян Цзэ и Ци Цзи так много болтали, что могли всех переговорить. Хан Хан же все это время поворачивался в сторону других столиков и смотрел извиняющимися глазами. Эти два человека всегда жили в своем странном мире, поэтому это естественно, что они так быстро сговорились. Один писатель, другой исторический переводчик, ну в общем оба ненормальные.

Хан Хан давно не видел, чтобы Лян Цзэ был таким радостным, он с самой невероятной скоростью запомнил мобильный телефон Ци Цзи, еще говорил, что хочет как-нибудь зайти к тому в гости, а так же, если ему понадобятся какие-то документы (источники), то одолжит их у Ци Цзи. А еще договорились, что в свободное время встретятся и обсудят разные книги. 

Хан Хан был недоволен всем этим, ему казалось, как будто он ревнует.

Ци Цзи обычно очень мало говорил, и человек, который больше всего с ним общался, это он сам – Хан Хан, а теперь он вдруг сидит и болтает с Лян Цзэ! Такое чувство, что им нескольких жизней не хватит, чтобы наговориться! Не просто так, Хан Хан даже стал угадывать, а что было бы, если бы Лян Цзэ встретил Ци Цзи раньше его? Тогда может...

Но в глубине Хан Хан понимал, что этим двоим просто есть о чем поговорить, но для этих двоих он особенный, если посмотреть с точки зрения Лян Цзэ и с точки зрения Ци Цзи, то они оба видят искренние чувства, искреннее отношение Хан Хана к ним. Кому же не хочется поболтать и сдружиться. 

Ци Цзи планировал, что после того как они поедят, то пойдут к нему домой и пообщаются немного, он не думал, что Хан Хан не согласится. Ци Цзи сразу подумал, что Хан Хан точно хотел в этом году запереть Лян Цзэ где-нибудь и что-то сделать, поэтому  не стал настаивать, но он, конечно же, не мог подумать, что Хан Хан сейчас к нему ревновал.

Ци Цзи не мог подумать, а Лян Цзэ уж точно не мог догадаться. Эти двое различались только в одном: один совершенно глупый придурок, второй тугодум. Сказать по-другому: они были из одного и того же подвида…

Лян Цзэ на машине повез Ци Цзи до дома, по пути к себе домой Хан Хан еще рассказывал, что когда он был маленьким, то рос тут вместе с Ци Цзи. Лян Цзэ сразу же подхватил эту тему и стал говорить много хороших слов о Ци Цзи, в итоге, лицо владельца магазина становилось мрачнее с каждой секундой. 

Машина остановилась у номера 10 Кальянного переулка, Хан Хан вышел из машины, не сказав ни слова. Лян Цзэ сидел в машине и совершенно не понимал, почему этот господин снова злится? Все правильно, он почувствовал, что у Хан Хана испортилось настроение.

Просидел в машине час, и никто его не позвал, никто ему не позвонил, никто не послал сообщение. Лян Цзэ не сиделось, он вышел из машины и увидел, что Хан Хан вышел из магазина и стоял перед дверью. Затем внес вывеску в дом и написал на ней огромными буквами «Время отдыха окончено, завтра магазин возвращается к работе, как обычно». 

  • Эй, ты не закрываешь магазин? – Лян Цзэ пошел за Хан Ханом внутрь.
  • Ну и что, - холодно ответил Хан Хан.
  • Это... 10 с половиной часов уже прошло.
  • Ну и что, - все те же три слова.
  • Красавчик! – Лян Цзэ придавил плечо Хан Хана. - Ты что-то не то съел на ужин? Еда не понравилась? - это была единственная причина, до которой придурок мог додуматься.
  • Ты, кажется, и в этой жизнь подохнешь из-за еды, - Хан Хан оттолкнул руку Лян Цзэ.

Тот, не найдя слов, стоял, не зная, что делать.

Хан Хан прибрал дом, затем долго ничего не говорил.

  • Ты, блин, каждый раз, когда раскрываешь рот, говоришь о смерти, не так ли? – Лян Цзэ взбесился.

Хан Хан не отреагировал.

Лян Цзэ стоял в ярости:

  • Ты сейчас слишком мрачен. Когда станет получше, то я вернусь, а если окончательно не сможешь исправиться, то я вернусь к своей надувной кукле!

Сказав, толкнул двери и ушел.

Хан Хан остановился, посмотрел вслед Лян Цзэ и вдруг понял, что в этом деле Лян Цзэ совершенно не виновен.

  • Эй, – Хан Хан открыл дверь и хрипло крикнул вслед.  - Ошибся направлением! Иди наверх!

Лян Цзэ повернулся, немного посмотрел на Хан Хана, улыбнулся, приняв веселый вид.

  • Красавчик, ты такой нехороший, заставил меня притвориться обиженной «женушкой», которая бежит домой к мамочке.

Хан Хан покачал головой, поняв, что так глупо ревновал. Он, наверное, от любви совсем сошел сума. 

  • Так, в конце концов, за что ты на меня обиделся? – Лян Цзэ вернулся, улыбаясь, руки были в карманах.

Хан Хан смотрел на Лян Цзэ, ему вдруг показалось, что Лян Цзэ слишком мил, подошел поближе, нежно поцеловал его замерзшие губы.

  • Прекращай пытаться угодить всем.

Лян Цзэ вытаращил глаза и схватил лицо Хан Хана.

  • Красавчик, ты такой понимающий! Ты видел, как я сегодня во время ужина постоянно избегал женского персонала!

Хан Хан был в шоке, если не упоминать, то он бы забыл об этом, что Лян Цзэ постоянно избегал женщин, как будто скрывался от заразы. Если бы тогда Ци Цзи не заставил его приревновать, то Хан Хан непременно задал бы вопрос:  «Что ты делаешь?».

  • Женщины все равно, что дикие звери и поток бурной воды, - Лян Цзэ говорил особенно низким голосом. - У меня уже есть свой мужчина, так что я должен их избегать!

Хан Хан радостно засмеялся, этот человек и, правда странно рассуждал, и он продолжил его дразнить:

  • Где тот твой мужчина?
  • Fuck! За кого ты меня принимаешь! И еще, если ты посмеешь меня лапать, то...
  • То что?
  • То я тебя побью!
  • А?...Тогда, что насчет того тренера?
  • Ну, я не смог его побить, я сбежал.
  • Ха-ха-ха-ха.
  • Какого хера ты ржешь! Натерпелся я от этой йоги. Я думаю, так не пойдет. Я должен поменять спортзал.

Хан Хан схватил Лян Цзэ и потащил к себе, потом прильнул к его уху и прошептал:

  • Не меняй, после занятий йогой твое тело будет особенно гибким.

Лян Цзэ разозлился и закричал:

  • Прекращай, это слишком уж женоподобно!

Хан Хан так ржал, что заболел живот. Зиу Зиу в этот момент подал голос. Хан Хан похлопал по плечу Лян Цзэ.

  • Пошли, погуляем со мной и щеночком.
  • Почему его хозяин не забрал его?
  • Этот старик Чжан его оставил.
  • Да уж...
  • Если в новый год в твоем доме будет на одну собаку больше, ты не примешь это близко к сердцу?
  • Ничего, так веселее.

Хан Хан привязал Зиу Зиу, поднял голову и посмотрел на Лян Цзэ. «Идеальная женушка».

Глава 19: Празднование Нового Года дома.

Лян Цзэ: Чего-нибудь из новогодних приготовлений не хватает?

Лян Бин: Нет, всего хватает.

Лян Цзэ: Тогда стоит купить невестке коробку конфет «Dao Xiang».

Лян Бин:  А, насчет этого, неси. Нужно купить много: две коробки, и шоколад тоже, купи побольше, а еще сахар и т.д. Главное, что бы сладкое, твоя невестка только что забеременела. Ест, не прекращая, я даже боюсь, что мало припас.

Лян Цзэ: У вас будет ребенок?

Лян Бин: Да, она на 4 месяце.

Лян Цзэ: Отлично! Два праздника параллельно!

Лян Бин: Параллельно?

Лян Цзэ: Да!

Лян Бин: Сяо Цуй (наверное, первый ребенок) уже 7 лет...

Лян Цзэ: Хм, я не об этом. Я хочу сказать, что вторая новость это, то, что я сегодня приду со своим парнем!

Лян Бин:  А?

Лян Цзэ: Парень!

Лян Бин: Мужик?

Лян Цзэ: Правильно! Раз девушка может приходить на Новый Год в гости к парню, значит и мой парень тоже (считается, что на такие традиционные праздники, влюбленные у которых серьезные отношения, и в особенности девушки должны прийти и познакомиться с семьей и родственниками парня). Ты не согласен?

Лян Бин: ...что с тобой творится в последнее время? Когда встречаешься с парнем, тогда его зовут «мой парень»! Ты, что, переписал своих новелл и теперь совсем «динь-динь»?

Лян Цзэ: Ой, не так, да почему ты ничего не поймешь. Я же говорю, он мой парень, человек который вместе со мной живет! (это образно говорят, когда встречаются) Лян Бин: Правильно ли я понимаю или нет...

Лян Цзэ:  Разве ты не говорил, что запрещаешь мне водиться с женщинами, ну вот я теперь с мужчиной!

Лян Бин: Что? Ты, ты?

Лян Цзэ: Ну ладно, пойду, разбужу его, затем пойду и накуплю сладкого, вечером встретимся! Передавай привет невестке!

 

  • Лян Бин, когда твой младший брат придет? Ты уже спросил, что он хотел бы поесть? Он будет есть рисовую лапшу с мясом?  – спросила Чжун Вень, стоя на кухне над куском мяса, лежащим на доске. 

Ее токсикоз прошел довольно быстро, так что на данный момент, кроме еды ее больше ничего не волновало.

  • Мам, внизу зажигают фейерверки, могу я пойти посмотреть?
  • Иди, потеплее оденься, не стой слишком близко к фейерверку. Ой! Лян Бин, слушай! Нам всетаки стоит снять ту рамку и заодно немного протереть! - сказала Чжун Вэнь. 

В ее доме висела огромная рамка с фотографией одного великого вождя, которым был ни кто иной, как ее деверь. Лян Ибн же ни за что не хотел снимать это фото, потому что если снять, то Лян Цзэ непременно расстроился бы. Вот только Чжун Вэнь плевала на это, потому что говорят, если часто на что-то смотреть, то и ребенок родится таким же. А если это было правдой, то и ребенок родится таким же, как Лян Цзэ. Чжун Вэнь была не уверена, смогла бы она устоять перед тем, чтобы придушить этого малыша...

  • Делай, - Лян Бин положил телефон, оперся спиной о спинку дивана. 

«Парень? Что называется парнем? Парень? У меня есть парень? Еще и будит его в кровати?».

  • Эй, Лян Бин, займись делами, а не работай ртом. Можешь уменьшить мне забот или нет?

«Парень... вместе живут?». 

«Парень... Разве ты не говорил, что запрещаешь мне водиться с женщинами?».

-Чжун Вэнь... – Лян Бин закурил, открыл перед собой страничку газеты «Новости недели», посмотрел на рамку с фото напротив, встал, снял, она была вся в пыли. Его красивый младший братик, почти голый так и предстал перед его глазами, так еще и с парнем «живем  вместе».

  • Хм, зачем зовешь? Громче, не слышу. 

-Чжун Вэнь, - Лян Бин пошел к двери кухни. - Каково значение слова «парень»?

Чжун Вэнь остановила нож:

  • Твой брат еще не пришел... ты уже тут косплеишь его?
  • Он только что звонил и сказал, что хочет привести к нам возлюбленного… - Ай-ю, ну значит, какой-то девушке не повезло!
  • Это парень!
  • А?
  • Он сказал, что у него есть парень... я не уверен.

 

Что тут не понятного, с парнем тоже можно смотреть фильмы, пить чай смотреть спектакль, слушать музыку, страстно целоваться, говорить о замужестве, - Чжун Вэнь резала мясо и читала наставления, потом вдруг замерла. - Ты что сказал? – громко произнесла она.- У твоего брата есть парень? Мой деверь?

Старший брат Лян Цзэ и его невестка смотрели на друг друга и не могли издать и звука.

  • Он... он так мне сказал, - долго потом стоял Лян Бин, открыв рот, а дым с кухне становился все гуще.

-Ты хочешь сказать... твой брат... сейчас вместе с мужчиной?

  • Я не понимаю, что он хотел сказать.
  • Ну, это означает вместе с мужчиной, того... того... того...
  • Того что?
  • Ну, то же действие только с мужчиной!
  • Откуда мне знать!

Чжун Вэнь долго смотрела на Лян Бина.

  • Снова наговорил всякого...

-Чжун Вэнь...

  • Да, не зря он твой младший брат, не зря он Лян Цзэ! Даже, если ты завтра скажешь мне, что он переехал на Марс, я не стану удивляться!
  • Успокойся, успокойся, - Лян Бин помог женушке устоять.

......................

  • Красавчик, вставай, - Лян Цзэ надел халат и сел на корточки перед кроватью, прибежала собачка, похожая на чихуахуа по кличке Зиу Зиу.

Хан Хан, укутанный в одеяло, сладко спал. Вчера, после того, как он прибрался в магазинчике, то взял собой 5 шиншилл и одну собачку и побежал к Лян Цзэ. Они вместе смотрели фильмы всю ночь и Хан Хан очень устал.

  • Красавчик, солнце встало! – Лян Цзэ протянул руку и толкнул Хан Хана.
  • Все очень просто, поднимись по бамбуковой лесенке и опусти его, - Хан Хан отвернулся. Небеса ему свидетели, за все 365 дней в году не было и дня, чтобы он мог спать полным сном.
  • Хорошая идея! – Лян Цзэ закурил, все еще стоя у кровати. - Но для начала у меня должна быть рука бога.

Хан Хана все-таки разбудили, он не стал стараться еще немного полежать, а с улыбкой спросил:

  • Еще так рано, зачем будишь меня? - взял будильник на тумбочке и посмотрел. 11 часов дня.
  • Пойдем в супермаркет! – ответил Лян Цзэ.

Хан Хан вытянулся, схватил Лян Цзэ и потащил постель.

  • Красавчик, я тебя обожгу! - когда у Лян Цзэ насильно украли поцелуй, он отвел сигарету подальше.
  • Давай еще немного поспим, что случится, если мы пойдем в супермаркет чуть позже? – Хан Хан лежал на теле Лян Цзэ и руками гладил его лицо.
  • Нет, я должен много прикупить, к тому же, я уже сказал брату, что вечером мы придем к нему!
  • Что? – не понял Хан Хан.
  • Вставай и иди, прими душ, я переоденусь, и буду ждать тебя.
  • Вечером мы пойдем  твоему брату?
  • Все правильно, - Лян Цзэ снял пижаму, открыл шкаф и взял свою одежду.
  • Тогда я буду спать, вечером вы идите, встречайтесь, а ночью ты вернешься? Разве ты не говорил, что мы с тобой будем в ночь 30 числа? - Хан Хан не понял замысел.
  • Ты тоже пойдешь со мной! – Лян Цзэ повернулся, он только что вымыл голову, волосы еще не высохли, надевал рубашку и говорил.
  • Подожди... Что ты сказал? – Хан Хан тут же подпрыгнул.
  • Я сказал, что ты вместе со мной пойдешь в супермаркет, моя невестка беременна, мой брат подсказал, что мне стоит купить сладкое. Затем мы с тобой... – Лян Цзэ  вытащил сигарету из уголка губ, затем потушил.- 30 числа  мы вместе будем у моего брата.

Хан Хан протрезвел, мозг начал работать в два раза активнее: 

  • Ты хочешь сказать, что потащишь меня вместе с собой домой к твоему брату?
  • Все правильно! Красавчик, ты, что не проснулся еще? – Лян Цзэ застегнул пуговицы, снял пижамные штаны, достал кучу брюк и выбрал себе джинсы. - Вставай, я хочу пообедать вне дома, в «Лавке старого Бай Ку».
  • Ты уже сказал своему брату?
  • Да, сказал, кстати, моя невестка отменно готовит, - Лян Цзэ оделся, как подобает и захихикал.
  • И твой брат решил позвать с тобой меня к себе?

Лян Цзэ обнаружил, что что-то не так с Хан Ханом, как-то медленно работали его мозги. 

  • Что ты сказал?
  • Я сказал, что я приведу собой парня.

Хан Хан упал на кровать.

  • Господи, ну хватит спать! – Лян Цзэ потащил Хан Хана.

-Что твой брат сказал...?

Ничего. Вставай, пошли.

В супермаркете они накупили много сладостей, все, чего только смогли положить в корзину. Когда Лян  Цзэ и Хан Хан пришли в «Лавку старого Бай Ку»,  был уже час дня.

Хан Хан все это время был еще в шоке.

«Парень...».= =

Он совершенно не знал, как ему вести себя перед братом Лян Цзэ, и о чем же им говорить! Он совсем не подготовлен, да и... Не собирался на данный момент встречать свою «тещу». Да, у Лян Цзэ из родственников был только брат, кроме того, Лян Цзэ... так и сказал, что парень?? Они же не сошли с ума под Новый Год? Да и сам он хотел ли пойти к Лян Цзэ домой? Лян Цзэ может быть и безмозглый,  но у него-то у самого мозги еще есть!

  • Да, только это, - Лян Цзэ подсчитал все еще раз. - Эй, красавчик, что хочешь поесть?

Хан Хан покачал головой, просто ему было не до таких мыслей.

  • Тогда только так. Официант сюда...
  • Что будете заказывать? - спросила официантка.
  • Что из закусок у вас есть?
  • У нас есть все древние закуски Пекина, - официантка улыбнулась.
  • Красавчик, это заведение тоже чистое (халал), так что я в этот раз не буду нести ерунду. Дайте порцию сосисок.
  • Что?- у официантки чуть глаза не вылезли наружу.

Хан Хан совершенно не знал, что ему делать с этим придурком:

  • Идите пока к другому столику, -  ответил официантке Хан Хан.
  • А, что, сосиски больше не нужны? – Лян Цзэ закурил, сделав совершенно невинный вид.
  • Какое это заведение?
  • Чистое,  - сказал Лян Цзэ тихим голосом.- Я и не произносил «свинина».
  • Тогда сосиски - это что?  – Хан Хан не прекращал массировать свой висок.

-А!.. – Лян Цзэ хотел самого себя удушить за свою глупость.

...................

В 15 часов они пришли домой к брату Лян Цзэ.  Это был дом, куда переехал брат Лян  Цзэ несколько лет назад. Хан Хан еще раз почувствовал, как совершенно не хочет заходить в этот дом, но Лян Цзэ все же его туда затащил.

  • Разве уже не договорились заранее? Раз пришел, то почему бы не зайти?

« Я и не хотел приходить! Это ты меня заставил!» - подумал Хан Хан.

Они поднялись на лифте на 8 этаж, Лян Цзэ позвонил в дверной звонок.

Дверь открыл мужчина стройного телосложения, довольно красивой внешности и приятный на вид. Хан Хан посмотрел на него и сразу же понял, что это брат Лян Цзэ. Лица этих двоих были очень похожи друг на друга, светящиеся и полные сил.

  • Привет, дядюшка, - вдруг, откуда ни возьмись, выпрыгнула девочка, на голове торчали два хвостика, одетая в красный костюм, она выглядела очень мило.
  • Эй, да это же моя Сяо Цуй! – Лян Цзэ поставил все на пол, быстро подбежал к маленькой девочке. – Вау, кажется, ты пополнела.
  • Прошу, - Лян Бин затащил в дом все вещи, что Лян Цзэ оставил у входа.
  • Оставьте это на меня, - Хан Хан понес тяжелые вещи и положил на стол.
  • Ничего, этот засранец всегда такой, я сам все сделаю, - Лян Бин повернулся.
  • Брат, это Хан Хан, - Лян Цзэ обнял Сяо Цуй и радостно представил их друг другу.
  • Я – Лян Бин, - он посмотрел на Хан Хана, затем поднял руку. - Приветствую тебя.
  • Дядюшка, кто тот дяденька? - Сяо Цуй потаскала за волосы Лян Цзэ и спросила.
  • Это мой парень.

На кухне Чжун Вэнь все еще мариновала мясо, услышав это, она яростно кинула кусок мяса на доску.

Хан Хан в это время был совершенно в ступоре, не знал, на чем остановить свой взгляд, так и вертел глазами пока не остановился на...

«Великом вожде!»

«Мамочки! Его брат и правда что ли это повесил?». Кажется, Лян Цзэ ему уже об этом рассказывал.

Чжун Вэнь вышла из кухни, сначала она сосредоточилась на Хан Хане. Осмотрела его очень внимательно, высмотрела все, что только могла: высокий, стройные парень, на вид грубый. Ни за что не мог бы сравниться с девушкой, но выглядел невероятно красиво, мог заставить всех любоваться собой. В общем, идеал парня, от которого бы все сошли с ума. 

Чжун Вэнь смотрела на Хан Хана очень долго, и вдруг в душе появилась некая жалость. «Такой хороший парень... как Лян Цзэ мог... как мог...».

Хан Хан заметил, что хозяйка дома смотрела на него так, как будто хотела сделать в его теле дыру, у него пошли мурашки по коже.

Повезло, что Лян Цзэ вовремя открыл рот:

  • Невестка, это Хан Хан. Хан Хан - это моя невестка.
  • Здравствуйте, - Хан Хан немного смущался перед хозяюшкой.

Приветствую. Прошу, садитесь, - Чжун Вэнь очнулась и пошла за чаем.

-Красавчик, садись, не нужно стесняться, - Лян Цзэ все еще хихикал.

Хан Хан сел очень напряженный, он до сих пор не мог понять, что творилось в этом доме. Они все были невероятно странными, ужасно странными... 

  • Ешь семечки, - Лян Цзэ сел на диван напротив (семечки традиционно подаются на новый год).
  • Вы следуете буддизму? - как только Хан Хан вошел в дом, то почувствовал аромат ладана.
  • Нет, каждый раз, когда я прихожу к ним домой, моя невестка непременно должна разжечь ладан. – Лян Цзэ все еще радостно хихикал. 
  • Это от нечистых сил (от Лян Цзэ), - Чжун Вэнь поставила чашку чая перед  Хан Ханом.- У нас есть только чай «Пуэр», сойдет?
  • Ничего, сойдет, - Хан Хану было немного не по себе, почему же Чжун Вэнь была так гостеприимна по отношению к нему.
  • Хорошо, что ничего. Вы ешьте пирог, - она посмотрела на Лян Бина, затем вернулась на кухню.
  • Брат, как ты в последнее время?
  • Ну, ничего, все так же.

Братья, не стесняясь, Хан Хана, болтали о всяком, тот слушал и не перебивал. Сяо Цуй включила мультик, ела и смотрела его, иногда подразнивала Лян Цзэ.

После того, как Сяо Цуй пошла спать, Лян Цзэ тоже начал уставать. Из-за того, что утром он проснулся рано, он теперь постоянно зевал. Лян Бин оставил его немного отдохнуть в спальне. Так в гостиной остались только он и Хан Хан.

Лян Бин заговорил первым:

  • Давай пойдем в кабинет, поговорим.
  • А, хорошо, - Хан Хан встал, взял легкое одеяло на диване и накрыл тело Сяо Цуй.

Квартира Лян Бина была очень большой: две спальни, рабочий кабинет, одна детская комната. Хан Хан вошел за Лян Бином в кабинет, интерьер этой комнаты был прекрасен. Хоть снаружи было трудно заметить разницу между братьями, но их внутренний мир совершенно отличался. На полках было немало разных книг и газет, в основном в сфере экономики и  бизнеса. Лян Цзэ рассказывал, что Лян Бин сейчас руководил компанией, что им оставили отец и мать. Он отлично ей руководил, но часто бывал занят.

Лян Бин увидел, что Хан Хан сел. Так что он тоже присел, но ничего не сказал, наклонился и поискал что-то в ящике стола.

Хан Хану было немного любопытно, он не мог понять.

Затем Лян Бин достал стопки разных журналов с разными цветами.

-Это все он написал, - Лян Бин закурил. - Не хочешь закурить?

-А, нет, спасибо, - Хан Хан все еще не мог понять, что имел виду Лян Бин, совершенно не понимал.

  • Раз не куришь, значит хорошо, - Лян Бин улыбнулся.

Хан Хан, кроме, как улыбаться, не знал что делать.

  • Ты уже видел работы Лян Цзэ?
  • Я уже смотрел, очень интересны.
  • Ты не замечал, что он человек особо гуманный?
  • Э... – Хан Хан, чем больше слушал, тем более не понимал, о чем идет речь.
  • «Большая любовь бесформенна» - это его особенно интересная работа, - Лян Цзэ стряхнул пепел. -  Он пишет невероятно интересно.

Хан Хан смотрел, как дым сигареты поднимался как туман, и сам он, как будто потонул в том тумане.

  • Вот только он не осознает, что такое любовь. Он понимает это просто так, как кто-то живет с кем-то, с кем-то особо близким и все.
  • Что вы хотите этим сказать?
  • Вы давно знакомы?
  • Уже более полугода.
  • Мой брат рассказывал о своих бывших подружках?
  • Уже говорил, - Хан Хан смотрел на Лян Бина без высокомерия и без попыток подлизаться.
  • Он сказал, что они все кинули его и сбежали, не так ли?

Глава 20: Раз не получается, то придется смириться.

Лян Цзэ: Что? Все не годятся?

Художественный редактор: Да, все правильно...

Лян Цзэ: Почему?

Художественный редактор: ...Ну, они не подходят для публикации.

Лян Цзэ: Как же так?! Там же так много фоток! Се Джин Ян говорила мне, что нужно всего лишь чуть больше 300 снимков.

Художественный редактор: Не в этом проблема.

Лян Цзэ: Тогда в чем?

Художественный редактор: Ты, правда, был серьезен в выборе фотографий?

Лян Цзэ: Конечно же! Каждая из них несет много драгоценных воспоминаний!

 

Художественный редактор: …

Лян Цзэ: Есть одно фото, на котором я косплеил вождя племени, вы смотрели уже?

Художественный редактор: Ты... Если бы ты писал на тему Африки, то с натяжкой можно было бы это принять.

Лян Цзэ: А! Хм! Я понял! Вы хотите, чтобы я оделся в древний костюм, чтобы походил на персонажа, не так ли? Но так нельзя! Мой главный персонаж женщина! А оставшиеся мужские персонажи это... вождь племени, студент по обмену, и сын главы уезда.

Художественный редактор: г-н Лян!

Лян Цзэ: Ну что?

Художественный редактор: Нам нужно всего лишь ваше обычное изображение, не нужно никого косплеить!

Лян Цзэ: Но все, что я вам давал - это мое обычное состояние! А может тогда использовать то фото, на котором я изображаю леопарда? Это фото реально первобытное.

Художественный редактор: ...Я свяжусь с руководителем Джин Ян, пусть она решает этот вопрос с тобой.

Лян Цзэ: А? Что? Нет! 

.........................

Когда Се Джин Ян подняла телефон, Лян Цзэ только и делал, что отвечал: «да», «конечно», «эм», «хм», «понял». Слова Джин Ян были четки и понятны, до четверга он должен сделать фото в костюме и прислать ей. А все остальное не обсуждалось.

Чжун  Вэнь сидела сзади, руками загородив свой живот, она боялась, что ее малыш может услышать и увидеть то, что не следует. В этот момент она немного злилась на мужа, она вполне могла пойти к акушеру и провериться сама, насколько бы ни был огромен ее живот, ей не нужно было, чтобы какая-то глупая башка увязалась за ней!

  • Невестка! – Лян Цзэ положил телефон, посмотрел на Чжун Вэнь в зеркало заднего вида и сказал. - Ты вот скажи, что в головах у всех этих редакторш! Они непременно хотят, чтобы мое фото было на обложке. Ну ладно, пусть будет, но я им отослал столько фоток, а они до сих пор недовольны, да еще заставляют меня надеть костюм и пойти сфотографироваться еще раз!

Чжун Вэнь очень хотела притвориться, что ничего не слышала, вот только жаль, голос Лян Цзэ было таким громким, что не услышать мог только глухой... так что пришлось ответить:

  • Ну, тогда, пойди и сфотографируйся, книга же все-таки художественная.
  • Вот только я дикий мужик! Им точно не понравилось фото с вождем.

-....

  • Невестка. Скажи, это же самое мое красивое фото, не так ли?
  • Да красивое, если бы нет, то стали бы мы вешать это в своей гостиной? – Чжун Вэнь сжала зубы. Затем в душе помолилась Будде: «О, великий Будда, я не хотела врать...».
  • Правда? – Лян Цзэ обрадовался.- Да, только мы, люди из одной семьи, можем это понять, Хан Хан тоже говорил, что красиво!

Чжун Вэнь закрыла глаза и притворилась, что спит. Ветер из окна помогал ей расслабиться. Если сказать честно, в душе она невероятно восхищалась Хан Ханом, не понятно, что за великий он человек, раз решил пожертвовать себя такому дьяволу?

Да, все правильно, в глазах Чжун Вэнь, Хан Хан, несомненно, был пострадавшей стороной, так как у ее деверя нет ни одной бабы. То, что Лян Цзэ удалось отхватить себе мужика, хоть Лян Бину и казалось это слишком странным, но ей нет. Ну, кто таков Лян Цзэ? Его мозги нормальному человеку просто не понять! Она просто не могла понять, почему такой человек, как Хан Хан, такой красавчик, как он... мог провалиться в этот адский котел? Так он при этом еще и не осознавал всю сложность ситуации. Лян Бин говорил ей, что Хан Хан был очень доволен Лян Цзэ!

= =

Чжун Вэнь очень любила заводить питомцев, у нее была собака. Вот только, когда она была беременна первенцем, то ничего не оставалось, кроме, как отдать его. После того, как она уже родила дочку, то все равно не могла забрать обратно ее. Собачка так и осталась в доме ее родителей, поэтому, когда она узнала, что собачка умерла, то долго горевала. Хоть она заботилась о собачке очень хорошо на протяжении долгого времени, но в момент ее смерти Чжун Вэнь не смогла быть рядом с ней, закрыть ей глаза. Хоть потом она и думала завести еще питомцев, но Лян Бин настоял на том, что хочет еще детей, так что ей пришлось смириться. Она понимала, что желание Лян Бина иметь детей было в том, что он не мог положиться на Лян Цзэ, который должен был бы продолжить их род. В прошлый раз обследование показало, что у них будет мальчик, и Лян Бин был невероятно рад. Но Чжун Вэнь не была также рада, так как из-за беременности Лян Бин заставил ее бросить работу. Говорил, что хочет, чтобы она заботилась о своем теле. Чжун Вэнь была очень зла! И что больше злило, так это то, что днем, когда Лян Бин на работе и Сяо Цуй в школе, то доме были только она и тетушка Ли - их домработница. Но кто бы мог подумать, что перед Новым Годом она уволится и новая помощница не такая уж и старая, работала активно, вот только, когда нужно было поболтать, то ее никогда не было. Ее проблема в том, что с кем бы ей поговорить? Друзья по школе и коллеги  не пойдут, потому что никто не мог болтать с ней долго по телефону. Родители тоже не лучший вариант, она не хотела слушать их наставления. Выйти на улицу погулять тоже нельзя, так как стоило сделать два шага, и она уже уставала.

 

Тогда Чжун Вэнь сразу подумала о Хан Хане. Ее первые впечатления о Хан Хане были хорошие, он отличный мужчина и совершенно без бабского характера. Во время общения был очень добр. Чжун Вэнь решила, что после родов снова заведет себе собаку, так что она собралась и позвонила Хан Хану. И с того момента их дружба стала крепче. Чжун Вэнь очень хотела приходить в магазин к Хан Хану. Но ей строго запретили. Хан Хан, по сравнению с доктором, был еще строже, даже когда он к ней приходил домой со списком собак, то полностью дезинфицировался, осторожен был до того, что миллиметра не пропустит.

Когда сдружилась с Хан Ханом, ее переживание стали сильнее. Она боялась, что однажды Лян Цзэ может потерять такого прекрасного человека. К тому же, с ее знанием о Лян Цзэ, она предположила, что Лян Цзэ и Хан Хан точно должны были  расстаться. Это вопрос времени. Этот итог влиял на ее настроение. И каждый раз, когда Лян Бин возвращался домой, она обязательно должна была с ним поговорить об этом. Лян Бин же, напротив, думал, если те расстанутся, будет просто отлично, тогда он будет спокоен насчет Лян Цзэ, и все человечество будет просто счастливо! Лян Бин постоянно предупреждал свою женушку, чтобы она не сближалась слишком сильно с Хан Ханом. Это было уже не в первый раз, пора бы уже выучить урок и не наступать на одни и те же грабли. Раньше она была особенно близка со второй девушкой Лян Цзэ. Поэтому потом, когда та забеременела, а ребенок оказался не от Лян Цзэ, Чжун Вэнь пришлось пойти на праздник «круглый месяц» ее ребенка. А после этого, эта девушка и ее ребенок, больше не упоминались в ее семье.

  • А, невестка! – Лян Цзэ проводил Чжун Вэнь до двери больницы «БД» - для мам и малышей, и вдруг вспомнил, что кое-что забыл. - Красавчик сказал мне передать это тебе.

Чжун Вэнь взяла конверт, открыла, там был билет в парк в конце года.

  • Красавчик говорит, что если тебе скучно, то можешь сходить в парк и расслабиться.

Чжун Вэнь посмотрела на Лян Цзэ, сжала зубы, чтобы только не сказать: « В этот раз умоляю, только не расставайся с ним». Она реально пыталась всеми силами сжать зубы, чтобы не сказать этого. Боялась, что все сбудется. = =

Лян Цзэ смотрел на Чжун Вэнь которая обняла свой живот и пошла в больницу, и вздохнул. Он тоже хотел иметь сына. Но дело в том, что он просто не мог родить.

В сравнении с этим, сильнее ввергало в депрессии  то, что в последнее время, занимаясь сексом с

Хан Ханом, он снова не мог наслаждаться. Стоило только взглянуть на ту штуку Хан Хана и его «малыш» тут же опускал головку. В постели Лян Цзэ ну просто никак не мог принять Хан Хана. Все дошло до того, что Лян Цзэ стал избегать Хан Хана по ночам.

Приехав на машине домой, открыв альбом, Лян Цзэ снова начал искать очень тщательно. После того, как перерыл весь альбом, чтобы проверить, он не нашел ни одного фото, где он был в костюме. Единственное фото, которое могло подойти под описание - это фото его выпускного. Вот только... не считая его, там еще более десятка выпускников.

Посмотрев на фото с выпускниками, он вдруг вспомнил про Чжан Нань и Чэнь Ли Цзе. Это были его единственные друзья в универе. Они до сих пор с ним были дружны. Чжан Нань жил в общежитии вместе в Лян Цзэ, и каждый раз, когда шел набирать воды, то всегда приносил Лян Цзэ одну бутылку. А еще  держал место для него в библиотеке, а во время обеда часто стоял в очереди и покупал за него еду. Вот только Лян Цзэ никогда не знал, как завести разговор с этим человеком. А что насчет Чэнь Ли Цзе, то тот был на 2 курса старше его. Каждый раз, когда были какие-то важные документы, он делал ему одну копию, а так же часто звал его в кино, иногда просто так дарил ему что-то, это особенно заставляло Лян Цзэ чувствовать себя не в своей тарелке. На самом деле, есть такие люди, которые обладают харизмой и просто притягивают к себе других людей.  С такими низкими эмоциональными показателями Лян Цзэ никогда бы не смог догадаться, какие же на самом деле чувства те двое испытывали к нему. Он только знал, что типы, у которых есть на его счет темные мыслишки - это тот тренер и Хан Хан... 

Воспоминание Лян Цзэ о Чэнь Ли Цзе уже начали расплываться, так как они пробыли вместе не более года. Он только помнил, что этот человек был отличным старшим братом. Когда он выпустился, Лян Цзэ еще приходил на вокзал его проводить. Чэнь Ли Цзе тогда похлопал его по плечу и сказал: «Братан, береги себя!». После Ли Цзе завершил все процедуры, чтобы поехать за границу, а после этого совсем не связывался с ним. Два года назад Лян Цзэ получил хорошую новость о том, что Чэнь Ли Цзе обручился. В письме говорилось о некой Джесси, и он всегда говорил о Джесси на he his him. Лян Цзэ тогда еще совсем глупый говорил: «Ты до сих пор никак не исправишь свою плохую привычку. Как ты можешь не различать слова мужского и женского рода?». Лян Цзэ много раздумывал о том человеке, и не думал, почему их дружба не настолько сильна, а тот все равно прислал ему письмо - оповещение о том, что обручился.

Когда Чжан Нань выпустился из универа Лян Цзэ тоже ходил провожать. В аэропорту Чжа Нань обнял его и сказал: «Я непременно буду скучать по тебе!». Лян Цзэ же ответил: «Я тоже». Когда самолет взлетел, глаза Лян Цзэ тоже были на мокром месте, хоть он до сих пор не знал, как найти способ общаться с этим человеком. Но для него Чжан Нань все же был самым близким другом, вот только, он  уехал в Шанхай и не вернется в Пекин. Чжан Нань приглашал Лян Цзэ поработать в Шанхае, только Лян Цзэ не хотел уезжать из Пекина, он не думал об этом много. После этого они тоже больше не связывались.

Теперь, Лян Цзэ смотрел на выпускное фото и вдруг вспомнил друзей из универа.

Ин Ин видела, что в последнее время Хан Хан часто грустил, был не весел. Она спрашивала его, в чем дело, он не отвечал или говорил: «Ничего». Но Ин Ин не верила, она обсудила это с Хай Хун, и та согласилась с ней.

В этот момент Хан Хан кормил питомцев, но его голова совсем не о том думала. В последнее время тот придурок часто вел себя как-то не так и его это бесило. Он снова начал отказывать ему в постельных делах. Постоянно искал повода скрыться. 

«Красавчик, я пошел смотреть фильм!» или «Красавчик! Посмотри на Лонг Лонга и Иккю!» или еще «Красавчик... сегодня я очень устал, работа интеллектом тоже требует калорий». 

Вот уже полмесяца Хан Хан и Лян Цзэ не спали вместе. Хан Хан хоть и сдержанный господин, но он все же мужчина, у него были половые потребности. Каждый день Лян Цзэ приходил в магазин, ходил туда-сюда, а потом в 10 убегал. Даже, если оставался, то выдвигал одну из вышеперечисленных причин, чтобы отказать ему!

Хан Хан не хотел принуждать Лян Цзэ, но он все сильнее расстраивался и переживал из-за этого.

В ту ночь его депрессия дошла до пика, так что он вошел на форум и написал:

(Мой парень не хочет заниматься со мной сексом, что делать?) Получил ответы:

  1. Бесполезно, он натурал! Остается только лечь под него и позволить себя трахнуть!
  2. Хорошая дичь! Охотнику это нравится!
  3. А почему ты не хочешь быть снизу? 
  4. Просмотрено. Просто проходил мимо.
  5. Может потому, что у тебя нет хороших навыков?
  6. Ну, ничего, полежишь снизу разок.
  7. Расстаньтесь. Когда расстанетесь, я буду тебя утешать. P/S а ты красивый?

Мужественный?

  1. То, что называется любовью, это просто наркотик для души.
  2. У твоего парня есть чувства, только не в то место вложил чувства.

.................................

Кучу ответов привалило, и все говорили, что ему стоило быть снизу.

Хан Хан продолжал читать, но конечно же не нашел человека, который мыслил бы, как он.

«Стоит или нет... неужели действительно придется лечь снизу?».

Хан Хан подумал и сразу же задрожал. Он, Хан Хан, умный и еще раз умный, он тверд как столб, хитер, он мужик... неужели ему придется вот так погибнуть в руках придурка?

Но... Хан Хан правда влюблен. Он что, всю эту жизнь будет принадлежать тому придурку? Позволит тому придурку полностью вот так проглотить себя?

Телефон зазвенел. Хан Хан посмотрел «Сообщение». 

-Красавчик!  Я должен сфотографироваться!

  • Что? – Хан Хан не понял.
  • Издательство хочет издать книги с моим изображением. Я дал им свои фото, но им не понравилось, говорят, что не подходят. Хотят, чтобы я был в костюме, блин!
  • Какие фото ты им дал?

-Ну, тот альбом, которым я больше всего горжусь! - = =

  • Что? У нас поблизости есть фотограф?

Хан Хан немного подумал, один друг Ци Цзи фотограф, но сейчас хорошее время ли?

  • Подожди, я спрошу. Не горячись.
  • Красавчик, я люблю тебя. Целую!

Он уставился на строку «Я люблю тебя», Хан Хан вздохнул, после этого позвонил Ци Цзи. Ци Цзи услышал и связался, полчаса спустя сказал, что все готово. Нужно просто немного подождать, примерно до 22.30 или 23 часов, так как кое-какая фотомодель назначила время раньше. Хан Хан поблагодарил. Ци Цзи написал, что там не предоставляют наряд.

  • Лян Цзэ, пошли в студию в Тяньаньмэнь, - Хан Хан только отключился от Ци Цзи и сразу же позвонил Лян Цзэ
  • А, ладно! Где именно? 
  • Это место легко найти, я знаю это место.
  • Ок, тогда во сколько?
  • Немного попозже, примерно в 22.30 – 23 часа.
  • Хорошо.
  • Но…
  • Что?
  • Они не предоставляют нарядов.
  • Что? – воскликнул Лян Цзэ.
  • А в остальном проблем нет.
  • Тогда что делать?  Я должен сам купить одежду?
  • Скажи, пусть твое издательство выделит на это деньги, - вздохнул Хан Хан. 
  • Нет, это не проблема, проблема в том, что я еще никогда не покупал костюм сам!
  • Ты...
  • Даже на свадьбу брата я не надевал.
  • ...
  • Красавчик, пойдем со мной, и помоги мне!

Хан Хан посмотрел на часы, было уже более 16 часов.

  • Ну ладно.
  • Тогда я заеду за тобой на машине, подожди меня. Ха-ха-ха.

 

Когда они приехали в «Oriental Plaza», было уже более 17 часов. Лян Цзэ и Хан Хан зашли в один бутик. Он часто спрашивал Хан Хана: «Как этот костюм?».  А тот отвечал «Очень красиво». Прошел один час, а Лян Цзэ не смог выбрать, какой костюм лучше.

И все-таки Хан Хану пришлось за него решать: черный, оригинальный, с рубашкой и кожаными ботинками. Прекрасное сочетание, придурок даже не стал примерять, сразу же купил все.

Хан Хан спросил его, почему тот не пошел примерять. Лян Цзэ хихикнул и сказал, что раз это выбрал Красавчик, то ему и примерять не надо, точно будет выглядеть отлично!

Вдруг Хан Хан почувствовал тепло на сердце.

Они решили поужинать в ресторане Гуандун. Так как им нужно было убить время, они ели медленно и не пили, поскольку боялись, что что-то может пойти не так в процессе съемки. Лян Цзэ решил, что с первого раза должен со всем этим покончить, чтобы в дальнейшем не приходилось видеться с Си Джин Ян.

После того, как церемония открытия книги «Непобедимого цветка» началась, то у компании появилось много разных мероприятий. Так как Се Джин Ян приходилось постоянно ему звонить, поначалу Лян Цзэ было плевать, звонит или нет. Но когда Джин Ян назначили ответственной за связь с ним, то он стал избегать ее еще больше. Когда сильно нужно  -отвечал на телефон, когда не хотел - не отвечал. Все дела решал  онлайн, ни за что не хотел встречаться лицом к лицу. Вскоре Се Джин Ян тоже поняла, что Лян Цзэ ее избегает, так что пришлось присылать других людей для связи с ним. Джин Ян не могла понять Лян Цзэ, она думала, что он просто не хочет смешивать личные отношения с работой, поэтому  старался избегать ее. Тогда она подумала, что он хороший мужчина. Хоть он и младше ее на несколько лет, но она поставила его в группу людей, с которыми она должна иметь долгие отношения. Но Се Джин Ян решила уважать его, она решила, что когда все дела с этой книгой завершатся, и она начнет хорошо продаваться, только тогда она выпустит свои когти.

Она хотела, чтобы эта книжка засветилась во всех топовых рейтингах. На самом деле, после того как, Се Джин Ян прочитала рукопись, то ей уже тогда показалось, что этот автор не простой человек. Когда встретилась лицом к лицу, и узнала, что это Лян Цзэ, она начала свои личные расчеты. Джин Ян уже давно прошла через тот возраст, когда девушке в самый раз выходить замуж, но это не означало, что она не хотела замуж. Она не знала, не посчитает ли Лян Цзэ это сумасшествием?  Но все же, кто такая Се Джин Ян? Да у нее еще много приемов припасено!

22.00 , только когда торговый центр закрылся, тогда Лян Цзэ и Хан Хан вышли из него. Во время ужина они говорили о многом, были очень веселы. Хан Хан уже давно осознал, что они с Лян Цзэ не стыковались только с постели, но в других плоскостях они невероятно подходили друг другу. В этот момент сердце еще сильнее забилось…Нет... Он не мог потерять Лян Цзэ. Хан Хан убедил себя в том, что он просто ни за что не мог потерять Лян Цзэ.

Когда они приехали к фотографу, еще не было 22.30, и они встретили толпу уходящих людей. Лян Цзэ с Хан Ханом вошли и нашли друга Ци Цзи. Хан Хан знал этого человека, но не был близок. Они с Ци Цзи познакомились в Париже, когда Ци Цзи исследовал что-то. Этот человек был довольно знаменитым фотографом. Когда на европейских улицах встретились два азиатских лица, конечно же, они быстро заговорили и сдружились, и все еще продолжали  общаться,  когда вернулись в страну. Хан Хан даже как-то удивлялся, почему их отношения до сих пор не продвинулись, а Ци Цзи сказал, что у того человека уже есть парень. Хан Хан, когда услышал об этом, удивился, потому что Ци Цзи, которого практически никогда не заботили чужие дела, вдруг знал, что у этого человека есть парень. Жаль, что в дальнейшем ничего так и не произошло, но Хан Хан же считал, что когда-то этот человек все же нравился Ци Цзи.

  • Здравствуете, - Хан Хан подошел к другу Ци Цзи и поприветствовал.

Лян Ий Фунг в это время поправлял камеру. Он повернулся, посмотрел и, увидев улыбающегося Хан Хана, тоже улыбнулся в ответ и сказал:

  • Приветствую, вы друг Ци Цзи?

Это впервые, когда Хан Хан видел Лян Ий Фунга. Ци Цзи никогда еще не знакомил их.

-Хан Хан? – Лян Ий Фунг протянул руку.

  • Все правильно, полагаюсь  на вас сегодня.
  • Не надо формальностей, Ци Цзи тоже говорил о тебе.

Эти руки были большими и сильными. Хан Хан взяв, почувствовал  теплоту ладоней, к тому же, на лице этого человека сияла теплая улыбка. Да и лицо его было прекрасно, тут Хан Хан понял, что Ци Цзи хорошо умел выбирать друзей.

  • Кого нужно фотографировать? – Ий Фунг посмотрел вокруг, не обнаружив второго человека Хан Хан в шоке посмотрел вокруг, а придурка и след простыл.

-Лян Цзэ!

Выйдя из студии, Хан Хан нашел Лян Цзэ, который как окаменевший, стоял перед черно-белым фотографиями снаружи.

  • На что смотришь?
  • Это и есть искусство... - выкликнул Лян Цзэ.
  • Ну конечно же, - ответил Хан Хан.
  • А.
  • Представлю вас - это Лян Ий Фунг, а это Лян Цзэ.

Лян Цзэ посмотрел на стоящего перед ним человека.

-О, и ты Красавчик!

Хан Хан от злости хотел просто провалиться на том самом месте. 

  • Комната для переодеваний там!
  • А. Ок, я понял, - Лян Цзэ радостный, только сейчас вспомнил о костюме, что еще в машине. - Подождите немного, я одежду забыл.
  • Я не тороплюсь, идите спокойно, - Лян Ий Фунг улыбаясь, смотрел на Лян Цзэ, затем повернулся и посмотрел на Хан Хана. - Вы мои последние клиенты на этот день, так что я не тороплюсь.
  • Ий Фунг, я пошел, не забудь запереть дверь, - один из персонала взял сумку и ушел.
  • Иди, не проблема.
  • Мы не сильно тебе докучаем? – Хан Хан подумал: «И это так Ци Цзи их время распределил, добавил работы человеку». Хотя, если подумать про Ци Цзи и Лян Цзэ, то невозможно найти хотя бы грамма логики в их мозгах.
  • Ничего, Ци Цзи говорил, что вы очень торопитесь

Лян Цзэ принес костюм, переоделся, и даже не взглянул, как он сидит. В студии же не было зеркала, он наклонился, но не смог разглядеть себя всего. Немного переживал, ведь всю жизнь Лян Цзэ больше всего ненавидел костюмы.

В этот момент вошел Хан Хан:

  • Лян Ий Фунг сказал, что надо еще немного подождать...

Он тут же замер, он пожалел о том, что только что назвал Лян Цзэ глупым, когда засмотрелся на  красавчика, в этот момент он сам замер, как глупец.

  • Слишком глупо выглядит? – Лян Цзэ, увидев замершего Хан Хана, подумал, может он ужасно выглядит.

Хан Хан смотрел на Лян Цзэ, подошел, продолжая смотреть, подумал...слишком красив.

  • Что, правда, так глупо выгляжу? – Лян Цзэ занервничал. - Я же говорил, издатели козлы! Они...

Но тут губы Хан Хана полностью накрыли его губы. 

Лян Цзэ не думал, что Хан Хан его поцелует, он был немного шокирован, но не оттолкнул его. Так молча и принял этот сладкий поцелуй. Это был просто поцелуй, так что это никак не отразилось на нем.  

 Лян Ий Фунг выбрал камеру, взвел и увидел, как те двое целуются. Он, не подумав, нажал на кнопку фотоаппарата. Получился прекрасный кадр - один господин в костюме и парень в кэжуал целовались и были наполнены счастьем. Это сильно затрагивало душу.

 Как только раздался звук, Хан Хан и Лян Цзэ вздрогнули и посмотрели на фотографа, который стоял и держал в руках камеру.

  • Простите, не обращайте на меня внимания, просто хотелось сфотографировать... – Лян Ий Фунг только сейчас обнаружил, что он немного бесцеремонен, так что извинился.
  • Только не говори, что хочешь продать журналистам? – Лян Цзэ сказал и его лицо потемнело.

-У него мозги немного страдают, - Хан Хан попытался объяснить все фотографу.

Лян Ий Фунг улыбнулся: «Да уж, друзья Ци Цзи необычные люди».

Глава 21: Обосноваться, но не пустить корни Ля Цзэ: Какой лучше выбрать?

Хан Хан: А какой тебе больше всего нравится?

Лян Цзэ: Чем больше ищу, тем труднее сделать выбор. Блин, почему я такой красавчик?

Хан Хан: ... Можешь быть поскоромнее?

Лян Цзэ: Да, да, да знаю, ты по сравнению со мной красивее!

Хан Хан: Ты...

Лян Цзэ: Эй, скажи, если бы мы встретились пораньше, примерно в 18 и 19 лет, то, наверное, смогли бы сформировать группу айдолов.

Хан Хан: Даже, если бы в 18 лет ты встретился со мной, я бы все равно не стал с тобой участвовать.

Лян Цзэ: А? Почему? Разве не каждый мечтает, о том, чтобы стать популярным?

Хан Хан: Если бы я был с тобой в одной группе, то единственное, чего мы могли бы достичь - это наверное успехи в области юмора (потому что ЛЦ смешен).

Лян Цзэ: ...

.................

  • Выбери любой, они все красивые, - Хан Хан сказав, достал пижаму из шкафа. - Иди купаться первым. 

Затем он понес пижаму в ванну.

  • А? - лицо Лян Цзэ потемнело. То, чего он боялся, наконец, произошло. Сегодня, когда они закончили со съемками, было уже поздно. Но так как на фотографиях были места, где нужно было подправить немного, прежде чем печатать снимки, они остались ждать. В итоге, когда  они вернулись к Хан Хану, было уже 2 часа ночи. В то время не было совершенно никаких причин, чтобы отпроситься домой. Вот только не пошел домой... и вот, смотри теперь... Какую теперь причину можно придумать?
  • Что «а»? Иди уже давай.
  • Ладно...

Лян Цзэ снял одежду, затем вошел, Хан Хан сморщил брови, у этого человека слишком много плохих привычек.

 «Вы только посмотрите, даже костюм он может вот так раскидывать на полу. В прошлой жизни я несомненно чем-то ему задолжал», - подумал Хан Хан.

Затем присел на корточки и начал собирать разбросанные шмотки. Когда вся одежда уже была повешена в шкафу, Хан Хан задумавшись, посмотрел на открытый шкаф. 

Очевидно, то «А?», что произнес Лян Цзэ только что, показывало огромную безвыходность. Возможно сейчас купаясь, Лян Цзэ придумывает причину, чтобы потом выйти из ванной и сказать: «Красавчик! Из-за чего-то там, давай не будем заниматься этим».

«Заниматься со мной сексом так сложно?»

Полное поражение. В своей жизни он еще никогда не думал о такой ситуации. Так как до этого все, кто занимались с ним сексом только и говорили о том, что он нежный и  умелый...

 «А может все потому, что он натурал?».

Это точно была проблема психологии. Он столько лет занимался такими вещами только с женщинами, а тут раз и нате, должен лежать под мужчиной, возможно... Он, правда, сильно себя принуждал.

Но если не принуждать его, то придется принуждать самого себя. Принуждать себя быть снизу. Для него это было чем-то неприемлемым.

Хан Хан очень сомневался, такое сомнение в чужих глазах может быть и было чем-то неважным, но для Хан Хана это было главной последней зацепкой. Он еще никогда не думал о том, что когданибудь вручит себя кому-то, даже тогда, когда еще тонул в той давней любви несколько лет тому назад. Эта проблема еще никогда не входила в поле его раздумий. Возможно такое рассуждение и было подлым, но Хан Хан так не считал: «Давать, но не принимать» было его жестким правилом, которому он следовал уже очень много лет.

Но на данный момент все по-другому. Если они не договорятся, а так и продолжат, тогда не исключено, что настанет день, когда тот придурок просто откажется «делать» это. Сейчас избегает, следующим шагом тоже будет избегать, в итоге... Могут только «не болея, умереть». (То есть без причины расстаться).

«Любовь» и « Тело».

Из них двоих можно было выбрать только одно.

Пока что Хан Хан совершенно отказывался выбирать. Если бы он мог вот так легко смириться, то сейчас бы так не мучился. Полюбить-то уже полюбил, и как бы он не сопротивлялся, все бесполезно.

Тогда остается только...

  • Красавчик, я уже все, твоя очередь! – Лян Цзэ вытер голову и вышел совершенно спокойным, но в глубине его глаз было видно, что он пытался чего-то избежать.
  • Ага, хорошо, - Хан Хан потрогал запутавшиеся волосы Лян Цзэ, поцеловал его щеку, на которой еще осталась испарина. - Будь послушным, подожди меня.

Лян  Цзэ глупо улыбнулся и кивнул.

  • Хорошо.

Вот только, когда Хан вошел в ванную, его лицо больше не смогло сдержать ту самую улыбку. «Жать? Ждать тебя? Для чего? Чтобы делать это?! Нет, нет, нет!».

Лян Цзэ покачал головой. Он просто больше не мог заниматься сексом с Хан Ханом, его тело сопротивлялось ему. Но он не мог позволить, чтобы Хан Хан это разглядел, потому что это ранило бы его Красавчика.

«Что теперь делать?».

Во время купания в его голове было только этот вопрос «Что делать?».

Вот только он до сих пор ничего не смог придумать.

«Как же бесит!»

Все дошло до такой степени, что Лян Цзэ совершенно не знал, что ему делать с Хан Ханом. Влюбленная парочка не могла удовлетворить основное требование друг к другу – секс... Тогда это могла быть только любовь платоническая. Жаль только, он не из тех, кто мог бы быть удовлетворен платонической любовью,  да и Красавчик тоже не из таких.

Неужели нужно договориться с ним вот так: «А давай, ты найдешь себе мужика на стороне, а я девушку. Кроме секса, все остальное у нас будет как обычно». Да это же все равно, что напроситься на драку! Да и ему самому кажется, что это просто невозможно!

Лежа в постели, Лян Цзэ не прекращал крутиться, как муравей на горячей сковороде. Затем не выдержал, закурил, затем подумал, что Хан Хан может скоро выйти, и поперхнулся...

Он тут же вскочил, вышел из спальни, взял джинсы, что были повешены перед ним, одел, и затем оперся о балкон в гостиной.

Зажег сигарету. Он не мог прийти в себя от своих мыслей, и это все давило на него. Выкурив три сигареты, Лян Цзэ все еще ничего не мог придумать. Затем решил, что все-таки придется принять такое положение вещей. Так хотя бы Красавчик будет доволен. Сжал зубы. Сколько раз он уже это делал, но никакие мысли так и не приходили, и все что оставалось - это сжать зубы и предоставить свой зад.

То, что называется « Я люблю тебя» -  это разве не просто мучение?

Вот только « Любить», каково это?

Что называется « Я люблю тебя»?

Лян Цзэ не понимал этого, но он чувствовал, что он может ради Хан Хана терпеть, значит это определенно был один из видов любви.

Хан Хан искупался и вышел, он принял такое решение, которое наверное за всю свою жизнь, никогда бы не смог понять. Это то, что он будет делать.  «ЛЕЖАТЬ СНИЗУ». Будет ли он сожалеть или нет, он сам не знал. Он знал только одно, это решение он принял ради человека, которого он любил.

Но... Лян Цзэ оделся в тот прикид и тут он...

  • Ты... - А! Отойди! – Лян Цзэ пока вертелся, пытался держать улыбку на своем лице. - Вдруг захотел покурить, вышел сюда, чтобы было по просторнее, боялся, что потом ты пойдешь спать, а внутри будет запах сигарет.

Лян Цзэ  повернулся назад, Хан Хан посмотрел на это красивое улыбающееся лицо, и на...

обнаженную грудь под курткой. Понял, что Лян Цзэ одет не как подобает, и точно не собирался сбежать. - Очень холодно?

  • А? – Лян Цзэ не успел среагировать, наклонился и посмотрел.  – А да, примерно первого или пятого числа только станет теплее.

Хан Хан подошел к Лян Цзэ и принюхался:

  • И правда, все тело пахнет сигаретами.
  • Ха-ха-ха-ха... ничего, ты иди, полежи, я тут постою минут десять, запах выветрится.

Хан Хан потерся лицом о плечо Лян Цзэ, обида теперь превратилась в расслабленность. 

«Почему я не могу ему дать? Нет на это ни какой причины».

Он всегда оставался рядом с Хан Ханом, иногда, конечно же, не специально, злил его, но все равно... был слишком мил.

  • Давай пойдем спать, я не буду жаловаться на запах.

Ладонь Хан Хана потянула руку Лян Цзэ за собой. Лян Цзэ в ответ с теплотой сжал ладонь Красавчика.

Они оба упали на кровать, оба уже решили не сбегать.  

Самое смешное в эту минуту было, то, что они оба думали  у себя в голове: «Главное, что это он».

Лян Цзэ снял куртку, лег, расстегнул молнию джинсов, Хан Хан же придавил его руку:

  • Наверх.
  • Что? – Лян Цзэ посмотрел на Хан Хана, который лежал рядом с ним.

Хан Хан ничего не говорил, потянул Лян Цзэ, позволил тому сесть на себя:

  • Теперь понял?

Лян Цзэ был в шоке.

  • Ты... хочешь сказать... Я... ТЫ...
  • Все правильно, - Хан Хан слабо улыбнулся, а затем начал снимать с самого себя одежду.

Лян Цзэ смотрел на лицо Хан Хана, немного не верил своими глазами. «Он позволил мне... «трахнуть» себя? Разве Хан Хан не говорил, что он только в активе?».

  • Чего застыл?  – Хан Хан подтащил Лян Цзэ к себе поближе, поцеловал его, осторожно успокаивая его губами. – Делай, что хочешь.

Лян Цзэ был совершенно ошарашен тем, что происходило и тем, что может произойти.

Хан Хан заметил, что Лян Цзэ совершенно окаменел, так что начал его вводить в курс дело, чтобы тот смог найти удовольствие в теле самого Хан Хана.

Лян Цзэ тоже быстро вошел в атмосферу, он возбуждено задышал и активно навалился на Хан

Хана, оставляя засосы, вот только... Когда ладонь Хан Хана проскользнула вниз и коснулась члена Лян Цзэ, то там совершенно не было признаков эрекции. Он положил руку Лян Цзэ на свой член, та дрожащая рука немного потрогала, затем тоже застыла.

Лян Цзэ лег, всем телом навалился на Хан Хана и сказал только одно слово:  

  • Прости. 

Хан Хан был раздавлен, в голове было пусто, даже глаза глядели вне куда.

 Потом он оттолкнул Лян Цзэ, оделся и сел у кровати.

Лян Цзэ лежал на кровати, не издавая ни звука.

  • Иди, - голос Хан Хана был очень холодным.
  • Красавчик...
  • Уходи... – Хан Хан встал и вышел из спальни.

Окно в гостиной все еще было открыто и ветер задувал внутрь. Хан Хан не чувствовал холода,  а только нежную прохладу. 

Хан Хан подошел к окну, посмотрел наружу, в это время на улице было максимально тихо. Только в некоторых магазинчиках вдали еще горел свет, и это стало единственной красотой в эту холодную ночь.

Он, наконец, понял, он и Лян Цзэ...

Не мог адаптироваться не из-за положения в сексе, а потому, что он полностью отвергал мужчин. Когда он сверху, то Лян Цзэ, сжав зубы, терпит, но, когда он снизу, то это тоже провал.

«Раз ты не можешь это принять, то почему до сих пор следуешь за мной?».

Хан Хан не понимал, и не хотел уточнять.

То, чем они занимались, наверное, давно ушло за грани дружбы.

«Почему же ты хотел до последнего быть со мной? Неужели из-за того, что я тебя заставил? До такой степени, что даже друзьями не можем остаться?».

«Что посеешь то и пожнешь».

Это все о чем Хан Хан мог подумать. 

Он так старался, столько всего придумал, только для того, чтобы поймать придурка, а теперь, в итоге, получает только горький опыт.

Он столько всего сделал, столько любви вложил, в итоге это причинило ему только боль. Даже эту боль он был готов проглотить, но боли не было, была только горечь и сожаление, не только горечь,  а еще и одиночество.

«Это последствие того, что он на высушенном поле посадил фруктовое дерево?»   Даже если бы кто-то сказал ему, что это не так, он бы не стал верить.

Лян Цзэ вышел из спальни, увидел, как Хан Хан оперся об окно. Порывы ветра растрепали его волосы и подняли его воротник. Это впервые, когда он видел, как Хан Хан несчастен. До этого момента Хан Хан всегда был улыбчивым, даже, если иногда он мог и обидеться, но тут же мирился.

И в этот момент...

Лян Цзэ понял, что это он довел Хан Хана до такой степени.

Да не говоря уж о Хан Хане, сам он не смог бы терпеть.

Он поверил словам Хан Хана, он поверил тому, что они только из-за проблемы «верха и низа» не могли прийти к согласию, поэтому подумал,  что он не мог привыкнуть только из-за психики, на подсознательном уровне. Вот только теперь причина отвержения Хан Хана ясна. Он... не любит Хан Хана. Ему просто нравилось, мужчина ведь тоже может понравиться. Да, можно восхищаться друг другом. Это подобно тому, как девушки могут рука об руку ходить по улице. Но  мужчины тоже хотят иметь такого рода отношения. 

Все  правильно. Хан Хан и так, как минимум был в его душе, но они не могли перейти через границу дружбы. Хан Хан - гей, поэтому у него вполне могло появиться половое влечение к нему. Но он по отношению к Хан Хану...

 

Они должны остановиться на уровне хороших друзей, которые не могут потерять друг друга. Не могут выйти за пределы этого ни на шаг. Не то, что бы он не старался, он постоянно старался. Старался изо всех сил, думая... что однажды он сможет измениться, но не успел, этот день уже настал, но даже если бы он изменился, то что? 

Ответ очевиден, все, что произошло только что, это доказывает. Как бы он не хотел заполучить Хан Хана, но все это только в плане чувств, души, а не его тела, именно поэтому...

Лян Цзэ подошел сзади, обнял Хан Хана, поставил свой подбородок тому на плечо, нежно погладил его плечо, успокаивая. Он ранил Хан Хана, ранил до глубины души. Как бы ни был глуп Лян Цзэ, он понимал, насколько он ранил его.

Он продолжал так обнимать, обнимал долго, Хан Хан все еще не произнес ни слова. Он не только не издал ни звука, он даже не показывал ни капли  разочарования. Он просто стоял так, как будто ничего не случилось.

  • Хан...

Лян Цзэ только произнес одно слово, но Хан Хан остановил его.

  • Не говори ничего.
  • Я...

Хан Хан повернулся, оттолкнул Лян Цзэ от себя на определенное расстояние.

  • Уходи.

Лян Цзэ еще никогда не видел такого Хан Хана. Его руки и ноги задрожали от страха. Но это был не тот страх, когда вы боитесь, что кто-то хочет вас убить, и вы прочитали в его глазах желание пытать вас до смерти. Это тот страх, когда человек желает убить, но в его глазах есть только спокойствие и презрение. Так, как будто он хочет убить не человека, а просто хочет сделать это, потому что в его глазах вы ничего не стоите.

Лян Цзэ закрыл дверь и вышел. Спустившись на несколько ступеней, он обнаружил, что ноги его не слушаются, поэтому он присел. Деревянная лестница проскрипела, этот звук раздался эхом в маленьком дворе, закружился в холодном ветре.

У них все кончено.

Зажег сигарету, маленький огонек не приносил ему тепла, а только еще сильнее морозил.

Из-за того, что не хотел его потерять, теперь расплачивается, но после того, как расплатится, то, что он получит - это еще большая потеря.

Позволил любви войти, на том и покончил с дружбой.

«Такая простая истина, почему я не понял раньше?».

Лян Цзэ вдруг осознал, что он выглядит смешно. Он думал только на уровне млекопитающего.

Основным его желанием было - это желание быть счастливым. Только он не подумал о том, что основным законом природы являются отношения самки и самца. Почему не смог осознать? Если бы он раньше подумал об этом, то все бы не дошло до сегодняшнего дня.

Все правильно, было очень много людей, что прошли через его жизнь. Вот только это впервые, когда появился такой человек, который заставил его так мучиться.

Глава 22: Жажда насилия 

Лян Цзэ: Тема мая определена?

Редактор: Да, уже определили. Май, месяц наполненный энергией, и мы решили взять культуру уличных подростков за основу.

Лян Цзэ: Понятно.

Редактор: Ты уже придумал, что будешь писать?

Лян Цзэ: Пока еще ничего не решил, вы сами решайте.

Редактор: Тогда, что ты сам хочешь?

Лян Цзэ: Веселый Цинмин (праздник света), по улице расхаживает очень много народу.

Редактор: Писать это в этом месяце?

Лян Цзэ: Ага-а-а-а-а!

Редактор: ...Подожди, когда я хорошенько обдумаю тему, то  сообщу тебе позже.

Лян Цзэ: ...

....................................

Апрель, красивые пейзажи повсюду, пришла весна, на ветках появились почки, начали цвести цветы, повсюду все ожило и наполнилось жизнью. Но, Лян Цзэ наоборот «завял». Вот уже неделю он не приходил к Хан Хану, да и Хан Хан тоже не связывался с ним. Лян Цзэ очень скучал по Иккю, так же очень скучал по владельцу магазина. Но у него не хватало смелости зайти сказать «Хэллоу», притвориться, как будто ничего не произошло и все, как раньше.

 

В тот день, хоть они двое ничего и не сказали, но оба поняли – «Между ними все кончено».

Лян Цзэ очень хотел задать Хан Хану один вопрос: «Можно ли продолжать быть друзьями?». Но он не посмел, так как в глубине души осознавал, что это невозможно.

Он стоял и смотрел на то, как весенние лучики солнца освещали землю, как семья Листочка прижималась друг к другу. Затем посмотрел на Бао Бао, который съежившись, спал в колесе, и подумал: « Эх-х-х, они с Хан Ханом так и не дали Бао Бао имени».

  • Давай тебя будут звать Емон, - обратился Лян Цзэ к Бао Бао, который в это время еще спал.  – Емон...

Телефон зазвенел тогда, когда Лян  Цзэ еще витал в облаках. Он поднял и посмотрел, кто звонил. Оказалось, это Се Джин Ян.

  • Алло? – Лян Цзэ ответил на звонок, опершись спиной о диван. Он двигался, как беспозвоночное существо, невероятно медленно и лениво.
  • Лян Цзэ? Почему отвечаешь таким уставшим голосом?
  • Не проснулся, вот почему, - ответил Лян Цзэ.
  • А, ха-ха-ха, твою книгу уже отредактировали, через несколько дней можно будет уже рекламировать. По примерным подсчетам в конце июля её уже можно будет увидеть на полках всех магазинов.
  • Спасибо за ваш труд. 
  • Поэтому в конце этого месяца  я хочу устроить тебе пресс- конференцию. Все эти журналы не плохи...
  • Мне это не интересно, - не дождавшись, когда Джин Ян договорит, Лян Цзэ прервал ее.

С той стороны линии девушка тоже не знала, как продолжить разговор. Лян Цзэ никогда еще настолько не отказывал в сотрудничестве. Хоть он и до сих пор никогда не показывал положительные эмоции, но еще никогда так напрямую не отказывался.

  • Что-то еще надо? Если нет, то я бросаю трубку, пришло время тренировок.
  • Почему ты не согласен на конференцию?
  • Я продаю книги, а не себя.

Услышав такой ответ, Се Джин Ян снова замолчала.

Лян Цзэ тоже не понимал, с чего он так отреагировал. Так относиться к женщине - это слишком грубо, но и заставлять себя улыбаться и мириться с ней он не мог. Провиниться перед Джин Ян для него было не с руки. Это ничем не отличалось от того, если бы он провинился перед издательством. Но даже если так, то что? Провиниться он уже провинился, ему не было страшно.

Взяв ключ и выйдя из дома, он пошел в тренировочный зал. Лян Цзэ шел по дороге, мог слышать, как прохожие разговаривают друг с другом. И вдруг он почувствовал, что его жизнь какая-то пресная. Вообще-то, он должен был быть активным, улыбающимся, должен был сам искать себе что-то веселое, ему самому было необходимо отрываться на всяких вечеринках, знакомиться с людьми. Но только на данный момент у него совсем не было никакого настроения делать этого.  Придя в тренировочный зал, переодевшись, Лян Цзэ вошел в комнату для йоги. Осталось еще 2 месяца и у его членской  карточки закончится срок, и тогда он начнет тренироваться в другом зале, чтобы больше не чувствовать себя странным среди девушек и женщин.

В этом мире всегда существуют такие люди, которые любят выносить сор из избы.  Тренер-извращенец тоже в это время выходил из тренажерного зала, и как раз увидел Лян Цзэ. Тренер посмотрел на его зад, который с каждым днем становился все аппетитнее. Такой упругий, такой круглый, еще и так задирается...

Да, такой тип мужчин, как он, входил в ряды неудачников. Сам того не осознавая, он протянул руку и потрогал зад Лян Цзэ. На самом деле, все было не так уж и плохо. Обычно, когда они виделись, он всегда его немного где-то трогал. Но обычно, не было никаких последствий, как максимум, только пара бранных фраз. Но, откуда он мог знать, что нынешний Лян Цзэ не такой как прежде, нынешний Лян Цзэ, как голодный тигр, который в отчаянье заблудился...  Поэтому нынешний зад Лян Цзэ, уже не такой зад, как прежде. Он превратился в зад старого тигра!

Что там говорилось в этой поговорке?! Ах да, точно!

 «Зад старого тигра лучше никогда не трогать!».

- Сука! - это было слово, открывшее занавес,  -  %?*L%:? весь твой род! – затем пошел первый кулак, – Чертов мерзавец! – первый пинок.

Тренер-извращенец еще ничего не смог понять, как Лян Цзэ уже яростно надрал ему зад. 

Невезучий дядька никак не мог понять, в чем дело?

Ну, в самом деле. Вы пялились, трогали чужой зад, когда этот человек был в плохом настроении, мало того что вы потрогали, так еще и потерли этот зад пару раз. Вы еще смете давать сдачу? Смеете давать человеку, которому вы не ровня, сдачу??? Вы не знали, что разъяренный кролик может укусить человека?

Хоть тренер и нанес Лян Цзэ пару болезненных ударов, но Лян Цзэ еще никогда не мирился с проигрышем! Почему не мирился?  Да потому что, если он видел, что не мог побить кого-то, то с самого начала сбегал. Но почему сегодня он ввязался в драку с этим мускулистым типом. Конечно же, раз начал драку, то уже не мог проиграть, даже если он и поиграет, но он все равно должен был преподать той скотине урок, который тот надолго запомнит.

Один за другим Лян Цзэ наносил удар, а когда он ударил в противопожарную коробку, то его осенило.

В итоге, в помещении раздались испуганные голоса окружающих. Лян Цзэ выбил стекло противопожарного ящика, вытащил шланг, и  затем красиво облил голову извращенного тренера, в которой были одни мускулы.

Итак! Извращенный тренер был отлуплен так, что над головой летали звездочки. Он лишился сознания, а в момент, когда он упал, его глаза напоминали глаза непобедимого героя какого-то фильма, над которым все же одержали победу.

Охрана связалась с полицией, а когда полиция приехала, то обнаружила, что того качка уже увезли в больницу.

  • Вы нанесли ранения другому человеку? - в этот момент Лян Цзэ был задержан в тренировочном зале.
  • Да, все правильно, - он честно кивнул.
  • Пошли, - один полицейский прижал его голову.
  • Э, эй, вам не нужно так делать, да и я устал уже. Не стану сбегать, я послушно пойду с вами.

Полицейский посмотрел на Лян Цзэ, и подумал про себя: « Ай-ю, неплохое поведение».

Когда они вошли в полицейский участок, никто не обратил внимания на Лян Цзэ, они оставили его одного сидеть в углу. Лян Цзэ тоже не протестовал, так и сидел там на корточках. Он совсем не чувствовал себя уставшим. Вы что думали, что он занимался йогой зря? 

Сидя в углу, он думал о том, что новелла еще не закончена. И тут вдруг появилась идея.

  • Эй, товарищ офицер, у тебя есть  ручка? – Лян Цзэ поднял голову, посмотрел на пухлого полицейского, который в это время попивал чай за столом.
  • Молчать! Сядь на корточки!
  • Так есть или нет? – Лян Цзэ снова посмотрел в сторону полицейского.

Женщина-полицейский, сидевшая неподалеку, засмеялась и кинула Лян Цзэ ручку и листок:

  • Теперь даже писать объяснительную бесполезно, - дразнила она. – Подожди, когда оповестят о степени увечий пострадавшего, зачем торопиться.
  • А, нет. Я не пишу объяснительную и не тороплюсь.

Итак, он сел и сидел там до 9 часов вечера. Лян Цзэ уже написал несколько десятков страниц, только в этот момент подошел один высокий худой полицейский:

  • Человек, которого вы избили, связался с нами, он скоро придет сюда. А вы, дайте нам возможность связаться с вашими родственниками. 
  • Зачем? Оплатить штраф? – Лян Цзэ поднял голову, нарисовал огромный вопросительный знак на ладони. - Если это штраф деньгами, то я сам могу за себя заплатить.
  • О, вы думаете! - высокий стройный полицейский закурил. - Штраф деньгами? Я вот что скажу, он хочет засудить тебя! Жди на корточках тюряги. Даже, если он легко ранен, то, как минимум, пройдет 3 месяца, прежде чем он выздоровеет.

Лян Цзэ был в ужасе. «На корточках в тюрягу? Что, правда? Ну все, считай, что раз в жизни попробовал насилие».

  • Говорите уже, как связаться с вашими родственниками.
  • А,13910677***, мой старший брат, Лян Бин.

Высокий худой полицейский хорошо запомнил лицо Лян Цзэ.

  • Почему ни с того ни с сего затеяли драку? - сколько бы он не смотрел, не видел, чтобы Лян Цзэ был похож на хулигана.
  • Он трогал мой зад, - Лян Цзэ ответил честно.
  • Трогал твой зад? Ну и что? Ты тоже не женщина.
  • Нельзя трогать! – Лян Цзэ был совершенно серьезен.
  • Ты что, гей? - полицейский нахмурился.
  • А ты попробуй и поймешь!

Лян Цзэ только сказал это, полицейский сразу же отстал от него и не стал больше обращать внимания: «Больной!».

Когда Лян Бин приехал в участок Лян Цзэ уже был в камере временного содержания, а тренеризвращенец с бинтами на голове сидел на стуле.

  • Лян Бин, не так ли? - худой полицейский, увидев, что кто-то пришел, встал.
  • Верно это я. Что с моим братом? Вы сказали, что он подрался с кем-то?
  • Для начала сядьте, - тощий снова сел. - Подрался и нанес ранение, а вот это пострадавший. А вашего брата мы заперли уже.
  • Почему он подрался? – Лян Бин, как не старался, так и не нашел причины.
  • Ваш брат говорит, что его за зад полапали! Всё перед глазами Лян Бина потемнело. «Это...» - Я не трогал, - качок быстро раскрыл рот.
  • Господин офицер, я хочу ненадолго увидеть своего брата.
  • Зачем?
  • Скажу вам честно, мой брат писатель, он привык только ручку держать. Он не такой человек, который  ни с того ни с сего стал бы махать кулаками.
  • Верно, обычно не стал бы, но только что он это сделал. Причем довел человека до сотрясения мозга.

Лян Бин не стал ничего говорить больше, только стоял там и давил до тех пор, пока ему не разрешили встретиться с Лян Цзэ.

Лян Цзэ сидел в камере с десятком человек, на первый взгляд тоже не из хороших людей. Как только увидел, что Лян Бин пришел, он сразу встал:

  • Брат...
  • Я поражаюсь тебе! Что, в конце концов, случилось?

Братья начали разговор, Лян Бин слушал и достал телефон:

  • Сунь Вэй, это я Лян Бин, приди в участок в Тяньаньмэнь... Эм... да все так... хорошо, приди как можно быстрее.

Полицейский не мог ничего представить, посмотрел на Лян Бина:

  • Вы ищите родственника, у которого есть большие связи что ли?
  • Нет, - холодно ответил Лян Бин. - Это мой адвокат.

 Качок–извращенец еще никогда в жизни не испытывал такого страха. Адвокат в костюме и галстуке сидел перед ним и спокойно ему говорил, что у него есть два варианта:

  • Первый - вы подаете в иск. Второй - вы не подаете иск. Первый, после того как вы подадите иск, мы подадим на вас иск за домогательство. Ведь много человек видели это, из чего следует, что есть много свидетелей, и если посчитать связи г-на Лян, то вы вполне можете сесть в тюрьму на несколько лет. Если выберите оставшийся вариант, то деньги на лекарство, вашу зарплату мы берем на себя. Кроме того, мы дадим вам 30000 юаней, чтобы возместить убытки. Деньги уже готовы.

Для качка был только один вариант.

В эту же ночь Лян Бин завершил все процедуры, чтобы вывести Лян Цзэ наружу. Когда они сели в машину, никто не сказал и слова. Лян Бин не торопился заводить машину, он закурил, так же дал Лян Цзэ одну сигарету.

Лян Цзэ взял, подкурил, затем оперся о спинку кресла.

Выкурив одну сигарету, Лян Бин задал вопрос:

  • Почему ты избил того типа?
  • Разве я не говорил, этот подонок трогал мой зад.
  • Только из-за этого?
  • Да, только из-за этого.
  • Ты из таких людей, что любят применять насилие?! Не говоря уже о том, чтобы подраться, даже чтобы поссориться с кем-то, ты до этого еще так никогда не делал!
  • Вдруг погорячился.
  • Ты…
  • Брат, прости, посреди ночи заставил тебя выбраться, - Лян Цзэ, договорив, открыл дверь машины. - Скорее иди домой, невестка с таким большим животом сидит одна, это не хорошо.
  • Лян Цзэ!
  • Что?
  • У тебя что-то случилось?
  • Нет, - Лян Цзэ покачал головой.
  • Для начала сядь в машину, подождем, пока Хан Хан не придет.

Лян Цзэ растерялся, но только на мгновенье, сразу после этого он вернулся к обычному поведению. 

  • Не нужно, не я же был избит до сотрясения мозга.
  • Ты и Хан Хан... ничего не случилось? – Лян Бин думал, что все хорошо, потому что сегодня, когда он вернулся домой, то еще слышал, как Чжун Вэнь весь вечер рассказывала о Хан Хане, вот только... он все равно хотел спросить.

 

Правда, ничего! Между нами все отлично! – Лян Цзэ принуждал себя улыбнуться. Он, правда, не мог сказать, что между ними все кончено.

  • Ну ладно, раз ничего, то хорошо, Лян Цзэ...
  • Эх, блин! – Лян Цзэ хлопнул себя по лбу. - Я только что кое-что написал, но забыл в участке. Брат, иди домой первым, я вернусь, сначала заберу это.

Лян Бин смотрел на Лян Цзэ, который убежал.

«Что-то случилось, что-то, несомненно, случилось».

Вот только Лян Бин никак не мог догадаться, что же случилось с его младшим братом. Когда Лян Цзэ вернулся в участок, высокий худой полицейский держал в своих руках его 10 листов рукописи и внимательно читал.

  • А...прошу прощения за беспокойство... верните мне это.
  • Отлично написано. Ваш брат говорил, что вы писатель? Какие большие работы уже есть?
  • Да нет никаких больших работ, просто немного самодельных выдумок.

Лян Цзэ взял рукопись и вышел. Ночной ветер обдувал его тело, от чего он задрожал. Поднял голову, посмотрел на ночное небо, это небо походило на то, что было в ночь, когда он ушел из дома Хан Хана. Всего лишь темное покрывало мрака.

Он вот так выкинул своего друга, друга, который ему больше всего подходил на этом свете.

Лян Цзэ все еще хотел кого-нибудь избить, вот только на улице, кроме него никого другого не было, так что софоре (такое дерево) пришлось принять на себя все удары. Вот только после этого болели лишь руки Лян Цзэ. 

Глава 23: Не сбежать и не спрятаться.

Любовь 123: Итак, 5 кг собачьего корма,1 пакет мягкого корма,10 банок консервов, не так ли?

Леди-свинья: Все правильно.

Любовь 123: Адрес: улица 17 район ТТ, Пекин, не так ли?

Леди-свинья: Все правильно.

Любовь 123: Вечером присылать товар?

Леди-свинья: Да, вечером я дома. Хи-хи.

Любовь 123: Ок, без проблем.

Леди-свинья: Отлично, я пошла рассчитываться.

Любовь 123: Какой у вас адрес?

Леди-свинья: «Любовь 123: Адрес: улица 17 район ТТ, Пекин не так ли?». = = Что с вами?

Любовь 123: Не в себе.

Леди-свинья: Кажется это так.

.............................

«Как же стыдно!».

Хан Хан похлопал себя по лицу, ему очень хотелось дать себе две пощечины. «Да что я творю?». Старомодный телефон завибрировал, Хан Хан поднял посмотрел. Он уже давно сменил звонок с извращенным «Ха-ха» на другой.

«Ты занят? От: Сестры Вэнь».

Хан Хан уставился в экран телефона. Чжун Вэнь каждый раз, когда не знала, чем себя занять, то искала Хан Хана, чтобы поболтать. Если так подумать, то он и Чжун Вэнь очень даже подходили друг другу по характеру, только... Хан Хан сам тоже не понимал, почему он не мог ей рассказать о том, что произошло между ним и Лян Цзэ...Нельзя было сказать, что они расстались, правильнее было бы сказать, что они отдалились друг от друга. Это не Чжун Вэнь не давала ему шанса рассказать, да и не потому, что кто-то не позволял ему говорить этого, а... Как будто он сам не хотел говорить. Не хотел говорить, даже если бы захотел, все равно не смог бы подобрать слов.

« Не занят ^_^».

Через 10 секунд он тут же получил ответ: «Как стыдно, сегодня я проснулась поздно, если идти в это время, будет слишком много народа. Ты можешь пойти со мной?».

  • А разве я могу отказать? - пробормотал Хан Хан перед телефоном.

«Хорошо. Подожди меня полчаса, я сейчас же приеду».

  • Ин Ин, - Хан Хан, после того как ответил, сразу же встал. - Помоги мне присмотреть за магазином, я должен выйти по делам.
  • А, хорошо, ты идешь за товаром? Песок для кошек скоро закончится.
  • А, нет, подожди немного, завтра все наполним.
  • Хорошо. Иди.

Хан Хан поднялся наверх, умылся, переоделся, тщательно себя продезинфицировал, затем спустился к машине.

Сегодня дебильное радио всю дорогу мучило  Хан Хана, от чего он чувствовал дискомфорт. На музыкальном канале были одни такие песни, как... «Почему ты поступил так со мной?», затем «Прости и спасибо» и далее «Просто друзья»...

Перед  тем, как выйти из дома, Хан Хан очень старался улучшить себе настроение, но теперь оно опять ухудшилось. А для того, чтобы снова поднять его, он сменил волну, но только сменил канал, как сразу же услышал трагический мужской голос: «Почему ты не любишь меня? Мы можем быть только друзьями?».

И наконец Хан Хан решил выбрать тишину. Выключил радио.

В тот момент, когда он подъехал к дому Чжун Вэнь, он увидел, как она высоко подняла свой живот к солнцу, а в руках держала мороженое.

Тебе не холодно? – Хан Хан подъехал поближе и  открыл для нее дверь.

  • Вдруг захотелось, - Чжун Вэнь улыбаясь, села в машину. 

По дороге они болтали о всяком, только одна тема заканчивалась, сразу поднималась другая, затем они затронули тему родителей Хан Хана. 

  • Я слышала от Лян Бина, что твои родители дипломаты?
  • Да, они дипломаты.
  • Они не живут в стране?
  • Да, они сейчас в Бельгии.
  • О, неплохо.
  • Ха-ха.

-Ты единственный сын?

  • Да, в семье только я.
  • Твои родители не беспокоятся, что оставили тебя в стране одного?
  • А, да они только и мечтают о том, чтобы всегда быть наедине в своем мире.
  • Ха-ха-ха-ха, - Чжун Вэнь радостно заулыбалась, потом вдруг сменилась тему. - Это... раз ты... единственный в семье, то...
  • Что? - Хан Хан повернулся.
  • Если ты... не обручишься и не родишь детей, они...
  • А, ну это не важно. Им не важно, обручусь я или нет, будут у меня дети или нет.
  • Понятно... – Чжун Вэнь, услышав об этом, немного успокоилась. Она уже давно искала шанса спросить об этом, если бы не спросила, то не выдержала бы. Вот только до сих пор не было подходящего шанса. Ну, теперь все просто отлично, они так близки, теперь может, что угодно спросить.

«Отлично, что родственники не будут вмешиваться. Невероятно отлично!».

Не понятно, почему Чжун Вэнь почувствовала, что в этот раз Лян Цзэ не разрушит все. В тот день она еще говорила Лян Бину, что неважно мужчина или женщина, главное, чтобы его младший брат мог жить спокойно, а это уже хорошо. Эх-х-х-х, что бы было, если бы Чжун Вэнь в эту минуту услышала, что Лян Цзэ и Хан Хан.... Что бы она почувствовала?

Придя в больницу «БД-матери и дитя», Хан Хан вошел вместе с Чжун Вэнь, внутри конечно же было битком набито народа. Эти двое сели, Чжун Вэнь начала доставать из сумочки шоколад. Кусочек за кусочком она запихивала его себе в рот. Иногда она хотела оставить Хан Хану кусочек, но тот качал головой. Ему не нравилось сладкое.

Они сидели и болтали, атмосфера была прекрасная. Рядом с Хан Ханом было много беременных женщин и их мужей. Он смотрел на них, а  затем подумал о том, что они сейчас носят в себе новую жизнь.

Расставшись с Лян Цзэ вот уже 2 недели, Хан Хан думал очень много. Начиная с того, что он не знал, как звали его соседа, потом о том, какие есть знаменитые парочки. О том, что все одиноки, но есть те, кто говорит об этом, а есть те, кто нет. Затем думал о том, что любовь и то, как ты испражняешься, очень схожи, например. Начинается горячо, а закачивается холодно. В общем, полная чушь в голове. После этого он еще смотрел Гарфилда, потом вдруг обнаружил, как Гарфилд сказал кое-что очень философское: «Жизнь, как машина «Феррари», как бы вы ни гнались за ней, все равно не успеете. Но ничего, ведь вы все равно не сможете ее купить».

  • Хан Хан, Хан Хан, - Чжун Вэнь толкнула его два раза, прежде чем он очнулся.

-Что?

-Они сейчас с нами говорят.

  • А? Кто?
  • Я говорю, вы так подходите друг другу. Так близко общаетесь, так еще и весело с юмором, какие вы счастливые, - воскликнул мужчина, сидевший около Чжун Вэнь. – Вот, вы посмотрите на мою жену, она не такая. Как только забеременела, ее как будто подменили. Целыми днями только и грустит, так еще и постоянно спрашивает меня, не хожу, ли я налево.

Чжун Вэнь внимательно слушала. Но, чем дольше слушала, тем больше казалось что-то тут не так. Хан Хан тоже обнаружил, что их не так поняли. Только хотел объяснить, как Чжун Вэнь отрыла рот раньше его. В этот момент  мужчина еще говорил, о том, что беременная Чжун Вэнь не растолстела, как его жена, ставшая похожей на  фрикадельку.

  • Это брат моего мужа.

Хан Хан, услышав слова Чжун Вэнь, тоже сказал:

  • Да, это моя невестка.
  • А? - тот мужчина вытаращил глаза.

Чжун Вэнь и Хан Хан тоже застыли. И  с чего они вдруг начали оправдываться, лучше бы ничего не говорили, чтобы этот мужик не...

 Мужчина с подозрением посмотрел на Хан Хана и Чжун Вэнь. Той пришлось встать.

  • Я хочу еще мороженого.
  • Я пойду куплю, - Хан Хан тоже встал.

Они прогулялись по больничному дворику, подсчитали примерное время и вернулись как раз в момент, когда Чжун Вэнь вызвали.

К тому времени, как все дела были завершены, уже наступил полдень. Чжун Вэнь настаивала на том, чтобы Хан Хан пришел к ним на обед. Он не мог отказаться, и пришлось пойти.

Экономка уже приготовила обед, Чжун Вэнь была довольна.

Я не стану звать Лян Цзэ, время беременности очень важное время, если буду на него смотреть, то...

Чжун Вэнь считала, что Хан Хан будет смеяться, вот только он не засмеялся. Из-за этого она подумала,  не перестаралась ли она с шутками. Шутки это или нет, Лан Цзэ все же вторая половинка Хан Хана.

  • Не принимай это слишком близко к сердцу, мне тоже очень нравится Лян Цзэ.
  • Ничего, - Хан Хан отмахнулся.
  • Его лицо сильно ранено? В тот день Лян Бин вернулся и сказал, что он сильно ранен.
  • Что? – Хан Хан был в ступоре.

Увидев, как удивлен Хан Хана, она тоже была в шоке.

-Ранен? Он подрался с кем-то? С кем?

Хан Хан правда не думал, что такой спокойный человек, как Лян Цзэ мог с кем то подраться. Да еще и был задержан.

  • Ты... не знал?
  • ...
  • В тот день Лян Цзэ подрался с тренером, ты не знал? Он побил его до такой степени, что у него было сотрясение, Лян Цзэ чуть не посадили в тюрьму... Ты не знал этого?
  • А. Хм. Я еще удивлялся, почему в последнее время он не заходил в магазин, звал, но он упирался, не хотел приходить. Так вот оказывается как обстоят дела,- соврал Хан Хан, неестественно улыбнувшись. - Ох, уж этот засранец. Еще и стыдиться умеет, он тебе ничего не сказал, не так ли? Эх уж этот!

Эх-х-х. Вот ты скажи, сколько ему уже лет, а с каждым днем все становится безответственнее. Этот тип только потрогал его за зад, а он избил его до такой степени.

Хан Хан услышав это, окаменел. Вдруг вспомнил, как Лян Цзэ рассказывал: «Блин, да за кого ты меня принимаешь? Если бы это был не ты, а кто-то другой, который посмел ко мне прикоснуться...

я бы убил его!» Другой.

Уже был один раз, когда Лян Цзэ уточнил, что он для него не просто какой-то там «другой».

  • Ты ешь, ешь побольше, - Чжун Вэнь, увидев, что Хан Хан не ест, сразу же начала подталкивать блюдца поближе к гостю.
  • Раз Лян Цзэ не захотел об этом говорить, ты не спрашивай его, а то затронешь его болезненное самолюбие. Ха-ха. 

Когда он уходил из дома Чжун Вэнь, было уже почти 3 часа дня. Она все еще была веселая, еще говорила, что в следующий раз, когда пойдет проверяться, пусть он пойдет с ней еще раз. Хан Хан улыбнулся и не стал отказывать.

По дороге домой его голова сильно болела.

Лян Цзэ подрался неделю назад. Это тот период, когда они только-только расстались.

 «Неужели он как я... очень страдает?».

В тот день он обнимал Хан Хана очень долго, хотел что-то сказать, но тот не хотел слушать, так и прогнал Лян Цзэ из дома…

«Лян Цзэ тогда хотел расстаться? Или...».

В тот день он не приходил к нему. Сегодня телефон постоянно звонил, и в этот момент он снова завибрировал. Хан Хан достал, немного надеялся, что это будет Лян Цзэ, но к сожалению это был незнакомый номер.

  • Алло?
  • Хан Хан?

Соблазнительный голос, Хан Хан был уверен в том, что когда-то слышал этот голос прежде, но он не мог вспомнить кто это.

  • Да, это я. Кто вы?
  • Лян Ий Фунг.

-А это вы! Здравствуйте.

-Я уже давно сделал фото, да и фильмы тоже готовы. Я жду уже достаточно долго, но никто так и не пришел за ними.

Хан Хан, услышав это, подумал, что что-то не так. Разве они в тот день, когда сфотографировались, сразу не взяли фото?

  • Еще, помните? Ваш бой-френд говорил, что хочет продать нескольким газетам, - Лян Ий Фунг рассмеялся.

Хан Хан вспотел, «оказывается это... бой-френд, как же смешно».

  • Сегодня ты сможешь прийти за ними? Завтра я покидаю Пекин из-за съемок, возможно на несколько месяцев.
  • Это...
  • Если неудобно, то я их Ци Цзи передам.
  • Нет, я сейчас же приду, сейчас же…
  • Хорошо, я все еще в студии. Это мой номер, когда приедешь, позвони мне. Я еще скажу твоему бой-френду, что не сохранил копию, и не стану продавать никаким газетам.
  • ....

Хан Хан положил трубку, потер лоб.

 

Он не хотел, чтобы те фото попали в руки Ци Цзи. На дороге не было пробок и  Хан Хан быстро приехал в студию и перезвонил фотографу.

  • Побеспокоили вас.
  • Ничего.
  • Вам не пришлось долго ждать?
  • Нет, как раз успел принять солнечные ванные.
  • Ха-ха... Ну ладно, я пошел, у тебя же дела.

 

  • Не посмотрите? – Лян Ий Фунг посмотрел в глаза Хан Хана.
  • А... ничего, дома посмотрю.

-Ну, хорошо, мне очень нравятся эти снимки.

 

Хан Хан бросил снимки на соседнее сидение и вернулся в свой магазин. После того как вернулся, обнаружил, что в магазине очень много дел. Чем больше он бы занят, тем лучше становилось его состояние. Только полностью заняв себя, он смог пережить этот период.

22.30 - закрытие магазина. Хан Хан взял Лонг Лонга и Иккю на второй этаж. Лонг Лонг, как и прежде, иногда лысел. Иккю немного грустила, наверное, потому, что давно не видела своего хозяина.

Поиграв со своими шиншиллами немного, Хан Хан пошел купаться. Когда вышел, то увидел, как Иккю, разбросав опилки, смотрела в сторону окна с грустным лицом.

Он посмотрел в сторону, куда смотрела Иккю и увидел только ту знакомую дорожку. Это направление, откуда Лян Цзэ приходил каждый раз. Хан Хан не знал Иккю, смотрела она в эту сторону случайно или же осознанно. Совершенно не знал.

Он так и стоял, и смотрел. Затем открыл дверь и спустился вниз.

Те фото... он еще не принес в дом, еще не смотрел.

Включил свет в машине, высыпал фото: более 10 штук, все черно-белые, с первого раза, если посмотришь, то в них были видны талант и творчество фотографа. Если использовать метод проигрывания мультика, и пролистать те фото, то можно увидеть весь их поцелуй в тот день.

Начиная со страстного поцелуя, до момента, когда их глаза открылись от удивления.

Смотря на людей, что на этих снимках, Хан Хан не мог разгадать, что чувствовал Лян Цзэ, когда целовался тогда.

Он считал его только другом? Был ли он когда-нибудь тронут? 

Хан Хан откинулся на спинку сидения и вздохнул. 

«Что нам теперь делать?».

«Вот так позволить всему уйти?».

Если бы он мог так просто отпустить руки, то не страдал бы сейчас вот так.

 

Очень много воспоминаний о Лян Цзэ всплыло у него перед глазами. Он всегда с широкой улыбкой звал «Красавчик», всегда глупо улыбаясь, говорил «Хэллоу»,  «Красавчик, я Купидон», он говорил «Эх-х-х, Красавчик, что теперь делать, скорее помоги мне». Говорил «Красавчик, я скучаю по тебе», «Красавчик, скажи почему я такой красавчик?», «Красавчик, я люблю тебя», он сказал... «Прости».

Лян Цзэ всегда старался изо всех сил, с момента начала «Давай попробуем», затем «Эх, ну ладно, буду снизу», а еще эти цветные фонари « Владелец магазина, я люблю тебя», затем Лян Цзэ еще привел его знакомиться с родственниками, самыми важными для него людьми. Все, что произошло, нельзя отрицать.

Лян Бин говорил: «Большая бесформенная любовь» им написана очень интересно. Вот только он не понимает, что такое любовь, он понимает это только так, когда один человек вместе с другим».

Лян Бин так же говорил: «Мой младший брат может, не осознавая всего, ранить других».

«Без надежды не будет и разочарования». Он вложил в Лян Цзэ слишком много надежд, теперь он настолько же разочарован. Разочарован и не знает, как со всем этим покончить, отпустить все, или же стараться двигаться дальше.

Хан Хан сжимал те фото в руке, смотрел на то, когда они были вместе.

Раз он не может все вот так отпустить, то почему бы не постараться гоняться за ним?

Все правильно, он хотел спросить Лян Цзэ: «Ты можешь принять мужчину?». Если он скажет - да, то Хан Хан хотел бы возобновить их отношения, он тоже бы старался, шаг за шагом.

Раз он нашел в себе силы полюбить натурала, то нельзя вот так бросать все на середине пути, трудности, конечно же, впереди будут, но когда они пройдут через эти трудности... возможно, они получат итог, который удовлетворит их. 

Он не хотел принуждать Лян Цзэ ни к чему, он только... надеялся, что в дальнейшем не будет жалеть ни о чем.

Хан Хан вдруг вспомнил Новый Год: он и Лян Цзэ были дома, вместе с пятью шиншиллами и одним чихуахуа, который любил кусать свой хвост. Лян Цзэ спрашивал, почему эта собака так глупо выглядят. Пес, которого растила его невестка, тоже очень любил кусать собственный хвост, вот только никогда не мог дотянуться, чем больше пытался, чем больше нервничал.

Теперь Хан Хан подумал и понял, что собачий хвост как счастье людей. Как не верти, если постоянно гоняться, то никогда не догонишь, но если остановился и  пошел вперед, то этот хвост всегда будет идти за тобой.

 

Глава 24: Пусть будет так.

  • Хан Хан: Давай выйдем, встретимся. 
  • Лян Цзэ: В твоем магазине?
  • Хан Хан: Я же сказал "выйдем".
  • Лян Цзэ: Ну, все правильно, если я не "выйду", то, как я смогу дойти до твоего магазина?
  • Хан Хан: ...
  • Лян Цян: Прямо сейчас?
  • Хан Хан: А ты занят?
  • Лян Цзэ: Нет...
  • Хан Хан: Тогда давай встретимся в кафешке у меня за домом.
  • Лян Цзэ: Разве не встречаемся у тебя в магазине?
  • Хан Хан: ...

.........

Погода в апреле была наполнена синевой и теплым солнцем, в последнюю пятницу в этом месяце Хан Хан назначил встречу с Лян Цзэ. Еще три дня и все страна начнет праздновать День Труда.

Хан Хан вышел из магазина, перешел через мост НД, вошел в кафе.

В это кафе он и Ци Цзи иногда заходили. В те дни Хан Хан был полностью разбит и потерялся в пути. Он звал Ци Цзи попить чай вместе с ним, но он боялся, что не сможет контролировать свои чувства и Ци Цзи обнаружит это. Хан Хан был именно такой человек, даже если он страдал от безответной любви, то все равно не хотел, чтобы о нем беспокоились.

Хозяин кафе повел его на второй этаж, посадил его на место у окна, с этого места можно было увидеть весенние пейзажи над морем. Хан Хан поблагодарил, затем заказал себе чай «Дунтин Билочунь», стянул бамбуковую штору вниз и расслабился, наслаждаясь чаем.

Перед тем как прийти сюда он уже пытался себя расслабить, он и не надеялся, что будет ходить вокруг да около, сменяя тему. Он хотел одним махом разобраться во всем. Лян Цзэ тоже был не из тех, кто любит говорить ерунду, он всегда четко выражал свои мысли, всегда был очень прямолинеен.

Хан Хан собирался спросить его, смогут ли они начать еще раз сначала? Может ли он принять мужчину или нет?

Если ответ будет «Да», то он готов с вместе с Лян Цзэ противостоять всему. Главное, чтобы Лян Цзэ подумал, главное, чтобы Лян Цзэ хоть немного его любил, и эта любовь не была дружеская! Главное только это, и тогда, даже если в дальнейшем он сам будут ранить различные вещи, он все равно будет стараться пройти этот путь вместе с Лян Цзэ. Не ради чего-то или кого-то, а ради Лян Цзэ, который заставил его влюбиться в себя. Это тот человек, с которым он хотел прожить всю свою оставшуюся жизнь.

А если ответом будет «Нет», то...

Если сказать честно, то Хан Хан никогда не думал о таком варианте.

В общем, он пришел сюда с позитивным настроем, он не верил, что у Лян Цзэ не может быть никаких особых чувств к нему.

Вот только, если действительно будет такой вариант...

Хан Хан сидел и молча думал, он сам себя загонял в тупик, на самом деле правда всегда отличается от наших мечтаний. Если все действительно будет так, то он сотрет номер Лян Цзэ, «забанит» его в «QQ», всю эту жизнь не будет с ним говорить. Обрежет все связи, все, до единой. Если Лян Цзе скажет, что между ними ничего не может больше быть, тогда он решительно сотрет все, как будто ничего и не было. Он не ангел и не мог выдавить из себя фразу: «Тогда давай останемся друзьями», сказать такое язык не поворачивался. Дни и месяца проходили, луна бывало полная, бывало неполная  (то есть он верил, что у ЛЦ точно есть чувства). Хан Хан всегда верил в эту истину, так что он не верил, что может быть отрицательный ответ.

Лян Цзэ только положил трубку, сразу же вышел. Он не думал, что Хан Хан ему позвонит, да и не просто позвонит, а назначит встречу. Лян Цзэ еще думал, что тот больше не хотел его видеть, так что принял болезненное решение оставить ему Иккю и Лонг Лонга...

Но вот только теперь все было не так уж плохо, как он думал.

Выйдя за пределы любви, скорее всего... дружба все еще может вернуться. Ну и что, что это чушь? Если спокойно обдумать, то разве они все еще не могут видеться, есть же способ смотреть друг другу в лицо, разве не так?

Потеряв связь с Хан Ханом на полмесяца, Лян Цзэ обнаружил, что он дерзок, невероятно дерзок, настолько, что может сойти с ума. Он не смог написать ни буквы для новеллы, статьи в журналах, даже просто подборки из прошлых статей были сделаны только для того, чтобы от него отстали. Он был не весел, ужасно не весел, он надеялся, что Хан Хан все еще мог быть рядом с ним, мог улыбаться ему.

Теперь этот шанс пришел.

Скоро, когда он встретится с Хан Ханом, он непременно должен заговорить первым: «Красавчик! Я очень скучал по тебе, невероятно скучал по тебе! Мы не можем быть любовниками, но можем, же быть друзьями! Ты мой лучший друг, которого я не смогу ни на кого променять за всю жизнь!» «Все правильно, так напрямую и скажу ему!»

Лян Цзэ представил себе все невероятно красиво - господин владелец магазина улыбнется и скажет ему: «Хорошо! Мы останемся друзьями».  Затем он каждый день сможет приходить в магазин к Хан Хану, чтобы развлекаться и играть с шиншиллами. Все так, это и были лишь фантазии Лян Цзэ. В его мире, все чувства: дружба, родство, любовь. Все это одно и то же, такое же. Стоило ему захотеть все так и будет.

Тогда следует сказать, что он был слишком наивен? Не знаю даже, что сказать.

Хан Хан смотрел на то, как этот человек второпях вбежал, огляделся по сторонам. Хан Хан сам начал нервничать. Он сделал большой глоток чая, только хотел раскрыть рот, как услышал...

 

Хозяин, вы не видели красивого мужчину?

В этот момент Хан Хану очень хотелось провалиться под стол. Слишком стыдно.

Посмотрел на хозяина, который сейчас не мог подобрать слов.

  • Вы не видели? Он супер красавчик! По росту не особо от меня отличается, но красивее меня, его глаза узкие, длинные, а нос особенно симпатичный...
  • Лян Цзэ! – Хан Хан решил окликнуть его перед тем, как тот полностью их двоих осрамит.

Хозяин посмотрел на Хан Хана в еще большем ступоре.

  • Господин, прошу простить, мой друг...
  • Красавчик! Я так по тебе скучал! – Лян Цзэ увидел Хан Хана, приблизился с широко  раскрытыми и светящимися глазами, быстро поднял бамбуковый занавес и опустил свой зад на стул.

Хан Хан смотрел на Лян Цзэ, он был тронут. «Я так по тебе скучал» кажется...

  • Красавчик, я кое-что хотел тебе сказать...
  • Лян Цзэ, я....

Они открыли рты в один и тот же момент.

Хозяин смотрел на них, эти двое уже сели на свои места. Ведь на втором этаже был только один чайный столик такого рода, да и Хан Хан его постоянный клиент. В кафе не было народа, так как все сегодня работали сверхурочно перед предстоявшими праздниками с 1 по 5 число.

  • Красавчик, ты говори первым, - Лян Цзэ хихикнул, только увидев Хан Хана, он сразу же стал радостным.
  • Ты говори первым.
  • Не нужно, не нужно, а я могу закурить?
  • Да, ничего.
  • Ок!

Смотря на веселое лицо Лян Цзэ,  Хан Хан думал и думал, затем всё-таки раскрыл рот:

  • Дело такое. За те дни, что мы не были вместе...
  • Ты тоже чувствовал дискомфорт, не так ли? – Лян Цзэ зажег сигарету, кинул зажигалку на стол.
  • Тебе было некомфортно?  - Хан Хан прищурился.
  • Да, все так, я не знал, что мне делать, ха-ха.

Хан Хан вдруг почувствовал, как его сердце готово вырваться наружу, он набрал воздуха в легкие, взял руку Лян Цзэ:

Давай попробуем начать все с начала? Давай еще раз попробуем принять друг друга?

Лян Цзэ держал в губах сигарету, услышав эти слова, он был в шоке. Хоть он и немного подозревал, что  что-то не так, но не стал отталкивать руку Хан Хана.

  • Что ты сказал?

Хан Хан тоже застыл.

  • Красавчик, ты сказал, что мы должны попробовать еще раз?
  • Да, все правильно, - Хан Хан почувствовал стыд, поднял чашку чая, его руки немого дрожали, от чего вода тоже плескалась.
  • Попробовать что? Ты и я… в том смысле, что ли?
  • Нет, не это, а...
  • Быть хорошими друзьями, не так ли? - лицо Лян Цзэ было особенно радостное.
  • Друзья? - Верно! Ну, раз не это, значит друзья, да? Ничего! Сегодня я пришел сюда тоже с такими мыслями. Ну, ты сам посмотри, мы уже так близки, если расстанемся, то будем скучать друг по другу...
  • Обычные друзья? – Хан Хан повысил голос, оборвав слова Лян Цзэ.
  • А, да, все верно, разве нет?

-....

Хан Хан погрузился в молчание.

Лян Цзэ взглянул на Хан Хана, обнаружил, что что-то в нем не так, занервничал и спросил:

  • Красавчик, что с тобой.
  • Ты и я... продолжать быть обычными друзьями? – Хан Хан механически повторил.
  • Все правильно, мы снова будем с тобой дурачиться, вместе смотреть фильмы, вместе есть, вместе развлекаться. Будем лучшими друзьями друг для друга, никогда не расстанемся!

За последние дни Лян Цзэ много раздумывал, во всем, что произошло, виноват он сам. Он поставил себя в неправильное положение, Хан Хан - гей, но он нет. Он просто жадно хотел себе теплого друга, такой друг который понимал бы его. Теперь он непременно должен исправить все, должен исправить.

Хан Хан услышал эти слова, это были уже не простые слова, они превратились в острые лезвия ножа, которые одно за другим вонзались в его слабое сердце.

  • Лян Цзэ, - прошло много времени прежде, чем Хан Хан нашел в себе силы ответить. - Разве я не говорил тебе с самого начала? Это тебе не универмаг, попользовался - не подошло, взял и вернул!
  • Но я не возвращал товар!

Что значит твое «обычные друзья»?

  • Это... я имел виду… - Лян Цзэ застыл, увидев злость Хан Хана.
  • Что?
  • Это... я имел виду, что мы вернемся к тому времени, когда были только знакомы.
  • Ты думаешь это запись на кассете? Можешь перемотать обратно? Или же это диск, которого можно стереть и записать заново? – Хан Хан не представлял, что он может быть настолько зол.
  • Красавчик, почему ты злишься?
  • Лян Цзэ, я хочу тебя спросить только одно, ты хочешь продолжать быть моим любимым или нет?

Лян Цзэ посмотрел на Хан Хана, повертел сигарету в руке:

  • Я хочу быть только твоим другом.
  • А, - Хан Хан слегка улыбнулся, но его душа уже была разорвана на тысячи кусков и превратилась в болезненные слезы. - Остановимся на этом, я понял.
  • Красавчик! – увидев, что Хан Хан встал, а Лян Цзэ тоже встал вслед за ним. Он крепко сжимал запястье Хан Хана, казалось, ему было еще что сказать, только теперь...
  • Красавчик, что ты, в конце концов, хочешь сказать? Почему мы не можем быть друзьями?
  • Потому что в моем сердце, ты уже больше не можешь быть просто другом, - Хан Хан прошел мимо Лян Цзэ. - С этого дня, считай, мы никогда не были знакомы.
  • Красавчик! Почему это «не были знакомы»? Что значит «считай»?

Хан Хан не отвечал, он спускался вниз по лестнице.

  • Хан Хан! – Лян Цзэ побежал вслед.
  • Не тяни меня!
  • Почему мы должны вот так расстаться?
  • Потому, что я уже полюбил тебя, - глазам стало мокро и Хан Хан старался наклонить голову. До этого, когда он сбегал от Лян Цзэ, перед его глазами уже все расплывалось.

Лян Цзэ смотрел на то, как Хан Хан шел вниз по лестнице, затем свернул за угол.

Лян Цзэ так и стоял долгое время, затем он вернулся на то место, где они сидели вдвоем до этого. За окном был все тот же пейзаж, на столе все еще стояла недопитая чашка чая, пепельница с пеплом и несколькими окурками. И только место напротив  пустовало. Легкими порывами ветер задувал через окно, продувая бамбуковый занавес. Занавес по ветру начал качаться, издавая тихие грустные звуки.

Лян Цзэ вдруг встал, и на половину высунулся из окна. 

«Где можно увидеть Хан Хана?»

 

«Нигде не видно».

«С этого дня считай, что мы незнакомы люди!»

«Как так произошло?»

«Красавчик! Ты и я, давай жить до старости и всю жизнь быть вместе одинокими».

«Хорошо».

«Как такое возможно?»

Хан Хан шел пешком, все шел и шел. Он прошел мимо рынка «Кувшинка», прошел мимо Императорского дворца, затем пошел прямо к Имперскому университету. Ему не казалось это слишком выматывающим, но он чувствовал, как силы покидали его. Увидев, что с Южной стороны университета до Западного дворца было 4 улицы, он заметил, что там было много народа. Он постоял еще немного, затем пошел домой.

В переулке было тихо, кроме какой-то женщины с корзинкой овощей, там никого не было. Он снова пошел в сторону рынка «Кувшинка»,  остановился у пивной около реки. Смотрел, смотрел, затем присел.

Хан Хан так и сидел там, смотрел на рябь на поверхности воды.

Считай, что это конец.

Он вдруг так быстро покончил со всем этим, это потому, что перед этим он на что-то надеялся?

Он сидел так долго, пока к нему не подошел официант.

  • Не хотите сделать заказ?

Хан Хан посмотрел на официанта:

  • Что угодно.
  • Что угодно?
  • Я посижу тут, только ненадолго.

Официант посмотрел на Хан Хана и немного засомневался.

  • Это пивная и мы уже начали торговлю.
  • Все правильно! Поэтому я и говорил вам «Что угодно»!!!!

Вот так  вдруг повысить голос, не говоря уже об официанте, сам Хан Хан был ошарашен.

  • Простите... дайте мне одну «Корону». 
  • А... хорошо... подождите немного.

Лето пришло очень быстро, день становился все длиннее. Хан Хан все  хорошо помнил, начиная с прошлого лета, когда Лян Цзэ вдруг ворвался в его жизнь. Хан Хан не хотел продолжать думать об этом человеке, вот только его подсознание его не слушалось. 

«Если с самого начала знал, что ничего не выйдет, то почему бы, не покончить со всем этим?»

У Лян Цзэ было много шансов отказать ему, вот только он так не сделал, а следовал за Хан Ханом, шел шаг за шагом, в итоге, когда он переступил через свой предел, то сказал «давай останемся просто друзьями».

Хан Хан хотел ненавидеть Лян Цзэ , но не мог.

Выпив «Корону», Хан Хан сразу же стер телефон Лян Цзэ.

Алкоголь таков, что если человек попробует и почувствует его аромат и сладость, то уже не сможет больше от него оторваться. Затем Хан Хан пил и пил, не зная меры, в итоге пьяный, уткнулся лицом о стол.

Сначала одна маленькая девочка, продававшая цветы его спросила, не хочет ли он купить цветы, затем группа музыкантов запела:

«Я любила одного мужчину,

Наверное, у него на данный момент уже есть успешные дети.

В зимние холодные ночи

Он будет сидеть и камина, и учить их петь.

Камин рядом со мной медленно горел.

Мое сердце тоже задрожало,

Но не понимаю, почему я сейчас плачу Возможно, вспоминаю свою молодость...».

Глава 25: Уйти далеко.

Хан Хан: Хватит ко мне липнуть, ужасно жарко!

Ци Цзи: Блин, умей жертвовать собой ради других

Хан Хан: Я, что, еще не достаточно пожертвовал? У тебя совесть есть? Кто вчера довел меня до такого состояния? У меня до сих пор спина болит!

Ци Цзи: Что за бред, разве ты не добровольно согласился?

Хан Хан: И что такого я натворил в прошлой жизни, чтобы встретиться с тобой в этой жизни, Господи!!!

Ци Цзи: У меня не осталось сил, правда, совсем  не осталось сил, я прошел через адские муки.

Хан Хан: Остановись, постарайся, осталось немножко!

Ци Цзи: Ох, братан.

Хана Хан: Если не отойдешь в сторону, то не жалуйся, когда я пну тебя!

.........................................

Хан Хан оттолкнул Ци Цзи, который в это время прилип к его телу, затем сразу же запрыгнул на кровать. В то время, когда он тянул занавес, рука прикоснулась к спине, от чего там разлилась боль. Вчера Ци Цзи говорил, что него  ноги разболелись, поэтому  Хан Хану пришлось одному нести багаж трех человек в дом на высоких сваях.

На данный момент Хан Хан,  Ци Цзи и еще одна писательница находились в маленькой деревне у Желтой реки. В этой деревне строили дома на высоких сваях, чтобы уберечься от наводнения.  Потому это место так же можно было считать местной достопримечательностью.

Хотите узнать почему он пришел сюда? Тогда нам придется заглянуть немного назад.

Хан Хан страдал от безответной любви, мы все это уже знаем. Настроение Хан Хана было просто ужасным, не так уж и сложно было об этом  догадаться. И в этот момент Ци Цзи спросил его, не хочет ли тот с 1 по 5 число отправиться в путешествие, Хан Хан тут же согласился. Он был из того типа людей, что любят путешествовать, но с тех пор, как он ввязался в отношения с тем придурком, он еще ни разу не выезжал из Пекина.

Эту поездку организовал не Ци Цзи, и кроме того, это путешествие было  не таким простым, как оно выглядело. Он  ехал туда по работе.

На самом деле все было так: издательство решило издать книгу на тему «Народное искусство».  В основном, это записи о талантливых людях, автором была писательница Чэнь Юйвэнь. Это также было  связано с отделом Ци Цзи. Когда Чэнь Юйвэнь все завершит, он должен будет перевести эту книгу на испанский язык, чтобы потом распространить в Европе, где книга должна стать предметом культурного обмена на книжной выставке.

Чэнь Юйвэнь – это 35 летняя писательница, когда она принимала на себя этот проект, то спросила, могут ли они выделить ей человека, который будет вместе с ней, путешествуя, собирать информацию. Издательство тут же согласилось и послало Ци Цзи. Так же они хотели, чтобы Ци Цзи смог прочувствовать, что значит собирать информацию. Вот так все и началось.

 

Ци Цзи пришел к Хан Хану с мыслями, что во время путешествия кто-то должен за ним присматривать, так как он бесхребетный, сам ничего сделать не может. Если понадеяться на ту писательницу, то... Эх, слишком стыдно. Сначала он даже не надеялся, что Хан Хан пойдет вместе с ним, не знал, что Хан Хан с особой радостью согласился на его предложение. Ци Цзи еще нарочно задал пару вопрос, не случилось ли что между ним и Лян Цзэ, но Хан Хан ничего не ответил. Все правильно, даже теперь, когда они окончательно расстались, Хан Хан не мог никому сказать, что он и Лян Цзэ расстались.

 

Хан Хан хорошо устроил все дела в магазине, включая маленького Мэнг Нана, питомца Ци Цзи, только затем отправился в путь. Хан Хан хотел куда-нибудь уехать, к тому же погода как раз подходила для путешествий, а посещать такие места тоже очень увлекательно. Но он, конечно же, не пройдет это путешествие до конца, потому что оно займет примерно полгода, а Хан Хан мог отдыхать только месяц, или, как максимум, два, потому что он не мог быть спокоен за магазин, да и по Лонг Лонгу скучал.

 

Перед этим они побывали уже во многих местах. Чэнь Юйвэнь взяла интервью у многих людей: у оригамщика, у мастера, который делает воздушных змеев, у мастеров, изготавливающих драконьи головы и куклы для театра теней... Пройдя столько новых мест за короткое время, настроение Хан Хана заметно улучшилось.

«Жизнь длинна и в ней много всего, пора бы уже смириться с какими-то мелкими отношениями».

  • Хан Хан, - Ци Цзи спустился с кровати. - Мне не спится.
  • Ну, уж точно, не на столько, как не спится мне, - Хан Хан посмотрел в окно, и, так как они находились высоко, все воды Желтой реки были отлично видны ему. - Я уже отдал свою подушку тебе, чтобы ты ее обнимал. И что, в итоге ты еще и меня обнимаешь, а я и так лежу полностью горизонтально, без подушки, а тут еще и ты ко мне прилип. Вот теперь смотри, у меня все тело вспотело.

-Эх, ты только на себя посмотри! Ты же знал, что мне так нравится спать в обнимку со своей подушкой, но ты же не разрешил мне ее собой брать!

  • Хм! Еще смеешь тут нюни распускать!
  • Эх, эх, мои слова для тебя вообще ничего не значат? – Ци Цзи захихикал. -  А давай, я прочитаю тебе стих в благодарность?
  • Брысь, каждый раз, когда слушаю твои романтические стихи я просто в ужас прихожу.

Ци Цзэ рассмеялся.

  • Пошли, наверное, Чэнь Юйвэнь ждет.
  • Эх, эй, Хан Хан, кажется ты беспокоишься за мою работу больше, чем я.
  • Разве я не говорил, мне сильно не повезло, что я твой друг, и, что с детства мне постоянно приходится о тебе заботиться!

Они так и не встретили Чэнь Юйвэнь, спросили у жителей деревни, им ответили, что она пошла искать старушку Д. Ци Цзи знал, что это как раз та самая мастер оригами, которую они так искали. Все говорили, что ее оригами выглядели как живые. Ци Цзи еще не успел спросить, где живет нужная старушка, а жительница деревни уже сказала ему, что Чэнь Юйвэнь была будто чокнутая, когда она сказала ей, что старушка Д уже умерла много лет назад, но она не поверила.

Ци Цзи и Хан Хану, не знавшим конечной цели, пришлось пройтись пару кругов по деревне, затем они решили отправиться к реке, чтобы насладиться ее красотой.

 

Хан Хан и Ци Цзи шли в восточную часть деревни, где находилась Желтая река, Хан Хан вдруг заметил там одну старушку. Это была очень старая и худая женщина, следы времени, как будто были глубоко высечены в ее морщинах. С самого начала Хан Хан только взглянув,  сразу понял, что это старушка, а не старик. Это было видно по двум, заплетенным сзади, заячьим хвостикам. В таком-то уже возрасте, с такими седыми волосами, как она умудрилась только сделать такие хвостики, это было чудо какое-то.

Старушка сидела на старом стуле, как будто наслаждаясь, грелась на солнышке.

Когда они подошли поближе, старушка тоже не стала открывать глаза.

  • Бабушка, если мы будем продолжать идти по этой дороге, то дойдем до Желтой реки? – спросил дорогу Хан Хан.

Старушка немного качнулась, но ничего не ответила.

-Бабушка? 

Хан Хан не знал, что делать:

  • Тогда мы больше не будем вам докучать. Грейтесь на солнышке и дальше, но только не сидите долго, потому что позже солнечный свет будет вреден.

Хан Хан предупредил, повернулся к Ци Цзи и сказал ему идти дальше, он решил сам искать дорогу.

В этот момент старушка раскрыла рот:

  • Молодой человек, вы такой добродушный.

Отлично, она напугала Хан Хана до смерти.

  • Тебе нравится бумага? - старушка, сказав это, достала ножницы и лист ярко-красной бумаги.

Под ярким солнечным светом красная бумага походила на язычок пламени, вот только черные ножницы распространяли холодную ауру.

  • Я вырежу вам дракона, - старушка сказала коротко, рука не прекращала работать, бумажка была разрезана, огонь на секунду погас.

Хан Хан присел, посмотрел на её худощавые руки, он и не думал, что они могли так ловко работать с ножницами.

  • Если я умру, то не смогу больше вырезать бумажки. Не смогу больше расчесывать волосы.

Ци Цзи тоже присел на корточки, поднял голову и смотрел на старушку, ему казалось, что в ней было что-то сумасшедшее.

Дракон из бумаги был завершен за несколько минут. Этот ярко-красный дракон  выглядел очень живо. 

  • Возьми.

Хан Хану очень понравился дракон.

Приняв подарок и сказав спасибо, Хан Хан еще немного пообщался с пожилой женщиной, но затем она закрыла глаза и перестала отвечать.

Вместе с Ци Цзи придя к Желтой реке, они посмотрели на деревню вдалеке, но больше не видели там старушку.

Солнце начинало сильно греть, Ци Цзи и Хан Хан остановились, нашли тенечек и присели.

  • Как хорошо, - Хан Хан оперся о дерево спиной.
  • Ха-ха, - Ци Цзи тоже оперся спиной о дерево и засмеялся.

Хан  Хан вытянулся, услышал как тот сказал:

  • Я должен позвонить Лян Цзэ. Ему точно это понравится. Прочитав его новеллы, я узнал, что он тоже из тех, кто любит коллекционировать всякие народные штучки.

Хан Хан застыл ненадолго, затем опустил руки, снова лениво оперся о дерево, глазами следя за потоком воды. Он даже почувствовал некое головокружение, услышав, как сам сказал:

  • Ци Цзи, мы расстались.

Ци Цзи только закурил, руки еще не успевшие убрать зажигалки, замерли.

  • Что ты сказал?
  • Расстались, - Хан Хан обнаружил, что его голос такой же, как ни в чем, ни бывало. Это из-за того, что он уже смог смириться? Скорее всего, так.

Ци Цзи засунул зажигалку в карман:

  • Почему?
  • Слушай, почему у тебя так много почемучек?
  • Тебе плохо? – Ци Цзи посмотрел на Хан Хана.

С самого детства, в глазах Ци Цзи он всегда был стойким человеком, сильным, мужественным. Такой человек, на которого он мог опереться. Он еще никогда не видел такого выражения лица у своего друга.

С самого детства, кто бы его ни обижал, Хан Хан разбирался со всеми этими людьми, он всегда находил способ, чтобы Ци Цзи получил извинения от обидчиков.

С самого детства, если Ци Цзи сомневался в чем-то, или почему-то мучился, то он всегда приходил к Хан Хану за помощью, потому что он ему доверял.

Когда ему было 10 с чем-то (то есть от 11 до19) Ци Цзи осознал, что ему нравится Хан Хан, но тогда же он понял, что их пути не пересекутся. Эта первая любовь так и разрушилась, потому что Хан Хан вдруг сказал ему: «Ци Цзи, мне нравится парень».

Эти слова не только не поддержали Ци Цзи, а наоборот, заставили его отпустить свои чувства, так как он понял, что Хан Хан и он - это  просто мечта. Затем Ци Цзи обнаружил, что Хан Хан встречается с одним мужчиной. Это был очень красивый парень, оригинальный и аккуратный, тогда он уже навсегда отпустил Хан Хана. Жаль только, что этот человек не пробыл с Хан Ханом долго, а после этого у него не было никого особенного. Ци Цзи чувствовал, что Хан Хан такой человек, которого никто не сможет связать, никто не мог удержать его. Но когда появился Лян Цзэ, то Ци Цзи поменял свои мысли на этот счет. Хан Хан наконец смог улыбаться, когда он был рядом с Лян Цзэ, он становится ужасно нежным, эта нежность наверное и есть – близость. Но теперь...

Разговор был остановлен этой смущающей темой, Хан Хан смотрел сквозь листья на небо. Затем вдруг хотел что-то сказать, но не знал, какие бы слова подобрать. Он не надеялся, что на настроение Ци Цзи повлияют его чувства, Затем он снова вспомнил человека по имени Лян Ий Фэнг.

  • Эй, - Хан Хан толкнул Ци Цзи плечом.
  • Что?
  • Лян Ий Фэнг довольно красив.
  • Только не кадри его, у него уже есть парень.
  • Че? Зачем мне его кадрить? - засмеялся Хан Хан. - Может он тебе нравится? Или нравился? - А, да, - Ци Цзи держа во рту сигарету, кивнул. Он не рассказывал много об Ий Фэнге  Хан Хану.

Не то, чтобы не хотел рассказывать, а просто нечего было рассказывать. Романтическая встреча во Франции, конечно, заставила его сердце затрепетать. Жаль только, что, как оно пришло, так и ушло, быстро. У того уже был парень.

  • Эх ты... – Хан Хан покачал головой. - Всю жизнь только и делаешь, что прячешься. Так и останешься одиноким до смерти.
  • Ха-ха. Правда?
  • Ну, а как же еще. Ты...
  • Хм, почему тебе так нравится меня упрекать? – Ци Цзи достал сигарету.
  • Вот только безуспешно.
  • Ха-ха-ха-ха, - расслаблено засмеялся.
  • Смейся, смейся. Не знаю, что за опилки у тебя в голове.
  • Разве ты сам не говорил уже до этого. Голова, в которой кроме литературы есть только клей.
  • Ладно, я проиграл.
  • Хан Хан... – Ци Цзи положил голову на плечо друга.
  • Что?
  • Если в 30 лет  мы с тобой все еще будем такими же одинокими, то давай мы с тобой будем вместе.

Хан Хан  молча подумал, затем ответил:

  • Хорошо.
  • Тогда каждое утро я буду тебе читать по одному романтичному стиху.
  • Не надо, даже если ты будешь так делать, это никак не восполнит того, что у меня нет романтических чувств к тебе.
  • Ха-ха-ха... ты все такой же жестокий.
  • А, что, разве нет? С тех пор, когда мы были еще в пеленках, мы всегда были вместе.
  • Эх, все правильно, стоит только подумать и уже не чувствуется романтика.
  • Ну конечно.
  • Но ничего, если так будет, то давай переезжай ко мне жить, так и проживем вместе.
  • Отлично.
  • Тогда тебе пора начать учиться готовить.
  • А почему я, а не ты?
  • У меня нет к этому таланта!
  • А у меня что, есть?
  • Ну ладно, тогда наймем экономку.
  • Мне тоже кажется это неплохой идеей. 
  • Мэнг Нану повезло, у него каждый день будет вкусная еда.
  • Вот только не нужно втихомолку рвать листы календаря, потом говорить мне, что срок пришел. Так будет не честно! – Хан Хан радостно смеялся и шутил.
  • Неправильно, ты должен меня хорошо понимать, я непременно скажу, Супергерой Электрик, перемотка времени!  
  • Ты до хрена туп! 
  • Да, я очень....

 

Эти двое так и опираясь друг о друга, очень долго болтали. Ци Цзи не думал, что в 29 лет они смогут вместе с Хан Ханом дать друг другу обещание на свое тридцатилетие. Конечно, даже если придет это время, то осуществить это будет не так уж и просто. Ведь Лян Цзэ уже стал его женой, вместе с Лян Цзэ посередине у них вряд ли что выйдет. С тех пор, как Ци Цзи встретил парня, который сидел в обнимку с котенком на улице, его жизнь была наполнена разными красками.

Когда они вернулись в деревню, было уже больше двух часов. Чэнь Юйвэнь сидела и попивала прохладный чай, увидев их двоих, сразу же спросила:

  • Нет ее больше, умерла.
  • Что?

Ци Цзи и Хан Хан присели.

  • Невозможно найти старушку Д, все сказали что она умерла, - Чэнь Юйвэнь только сказала, как увидела в кармане Хан Хана вырезку. В этот момент Ци Цзи посмотрел на Хан Хана.

Хан Хан немного задрожал, достал вырезку. Дракон сильно выделялся над столом.

  • Откуда это? - Чэнь Юйвэнь встала.
  • На востоке деревни.

Чэнь Юйвэнь сразу же захотелось выбежать наружу.

  • Не ходи, - Хан Хан сделал глоток. - Когда мы вернулись, ее там уже не было.

Эта история осталась тайной, которой никто так и не смог разгадать. Не понятно, тогда умерший мастер вырезал это Хан Хану или же, просто талантливый мастер, который решил скрыть свое имея.

Хан Хан знал только одно, когда старушка вырезала ему этого дракона, было такое притяжение, как притяжение к Лян Цзэ. Слишком ослепляющее.

Но по записям деревни, в искусстве оригами местности Желтой реки не было дракона.

В общем, все это было тайной.

Глава 26: Лето - Сброс веса.

Лян Цзэ: Эй, скажи, если ты звонишь одному человеку, а тот никак не поднимет телефон, то, что это означает?

Се Джин Ян: Не хочет и все.

Лян Цзэ: А я так не считаю!

Се Джин Ян: Ну и как ты считаешь?

Лян Цзэ: Я считаю, что у него сломался телефон!

Се Джин Ян: Ага.

Лян Цзэ: Возможно потому, что каждый раз, когда я ему звоню, то это совпадает со временем когда он занят.

Се Джин Ян: Ага.

Лян Цзэ: Возможно, что он потерял телефон, может же такое быть.

Се Джин Ян: Может.

Лян Цзэ: Ну ладно. Как минимум мы знаем, что он не поднимает трубку.

Се Джин Ян: Боже... ты, что пьян? 

Лян Цзэ: Я не пьян, ты можешь меня до конца выслушать?

Се Джин Ян: Могу.

Лян Цзэ: Уже знаем, что не поднимает, не так ли?

Се Джин Ян: Ну да.

Лян Цзэ: Причин, я только что вывел 3 штуки, не так ли?

Се Джин Ян: Да.

Лян Цзэ: Но это при одном условии, котором я еще не говорил.

Се Джин Ян: Ну, тогда говори.

Лян Цзэ: Перед тем как все так вышло, кое-что произошло, и этот человек сказал мне, считать, что мы никогда не были знакомы.

Се Джин Ян: Тогда правильно, что не понимает трубку!

Лян Цзэ: Но я никак не могу понять!

Се Джин Ян: Чего не можешь понять?

Лян Цзэ: Он не поднимает трубку, но и телефона не выключает!

Се Джин Ян: ПОЧЕМУ ТЫ МНЕ ОБ ЭТОМ С САМОГО НАЧАЛА НЕ СКАЗАЛ?

Лян Цзэ: А?

Се Джин Ян: Если бы ты мне с самого начала сказал, то мне не пришлось бы тебя так много выслушивать. Да этот человек просто давно занес тебя в «черный список» в телефоне.

Лян Цзэ: Что это значит?

Се Джин Ян: У твоего телефона нет такой функции?

Лян Цзэ: Какой функции?

Се Джин Ян: ...я тебе поражаюсь!

(Достала телефон, внесла номер Лян Цзэ в черный список) Се Джин Ян: Теперь позвони мне.

Лян Цзэ: Зачем тебе ни с того, ни с сего звонить?

Се Джин Ян: Звони!

(Сделал несколько звонков).

Лян Цзэ: Почему твой телефон не звонит? Поставила в режим молчания?

Се Джин Ян: Я внесла тебя в «черный список», и как бы ты не набирал мне, мой телефон не зазвонит.

Лян Цзэ: Вот как оказывается!

Се Джин Ян: Что?

Лян Цзэ: Перед тем как звонить ему, я приходил к нему в магазин много раз, но персонал говорил, что его нет.

Се Джин Ян: ...ты точно пьян.

Выйдя из машины Джин Ян  Лян Цзэ сразу же начал блевать, прямо у лестницы входа в бар ЧЯ. Его так тошнило, что все затуманилось и запуталось.

Официант смотрел на него ненавидящими глазами, ему просто хотелось кинуть Лян Цзэ в ту огромную лужу блевотины, и чтобы он там утонул.

Се Джин Ян не прекращала давать ему салфетки, она еще достала бутылку минералки из сумки и отдала ему. Люди один за другим начали входить, старик Тян еще дразнил ее: 

  • Этот глупец безнадежен, им не воспользуешься.

Се Джин Ян сразу же нанесла ответный удар:

  • Неужели, таким как ты можно пользоваться?

Лян Цзэ еще какое-то время рвало, затем все прекратилось. Се Джин Ян помогла ему подняться, боялась, что тот упадет. Потащила пьяницу вверх, кинула на диван, и наконец, принялась поправлять запутавшиеся волосы. Если бы она с самого начала знала, что так будет, то не стала бы идти на второй подход.

Так как сегодня не выходной день, да и уже 3 часа ночи, поэтому в коридоре никого не было.

Лян Цзэ лежал уставший на диване, глаза были широко раскрыты, но в них не было души.

Се Джин Ян села на корточки, посмотрела в его лицо, и не знала, что с ним делать.

Новелла Лян Цзэ вышла первого мая, так как все подготовительные процедуры были организованы хорошо, поэтому сейчас только начало июля, а они уже издали 30000 экземпляров и даже продали все. Хоть Лян Цзэ и отказывался работать, но как Се Джин Ян и предполагала, новелла появилась довольно во многих топах (номинациях) и получила очень много красивых отзывов:

«Книга читается на одном дыхании, уже давно не было такой хорошей книги».

Сегодня была маленькая вечеринка в честь этого события, издательство решило к концу года начать первое переиздание. В основном, это было потому, что они ждали премии БХ, и не хотели, чтобы книга затерялась среди обычных некачественных книг.

Эта новелла обрадовала  всех, тогда руководитель Сунь Цзы еще говорила, что не хотел бы Лян Цзэ воспользоваться моментом и сразу же начать переиздание. Но Лян Цзэ отказался.

Все верно, настроение Лян Цзэ было просто ужасное. Оно оставалось плохим еще с того дня. Се Джин Ян не понимала почему. Да и каждый раз, когда они просто общались, Лян Цзэ ее избегал. Если бы сегодня он так сильно не напился, то не стал бы садиться в ее машину.

Се Джин Ян не понимала, почему Лян Цзэ грустит. Он уже в таком молодом возрасте стал автором продаваемой книги: «Эх, эх, а ведь это должен был быть самым лучшим и радостным моментом в его жизни. Тогда почему Лян Цзэ грустит? Из-за личных отношений? Тоже не то. Говорят у Лян Цзэ нет подружки. Но тогда, что означает та история, которую она только что услышала? Неужели он сейчас влюблен в кого-то? Какой же это должен быть тип девушки, чтобы она могла отказать ему? Кто же эта лисица?»

  • Меня все еще тошнит, - Лян Цзэ подпрыгнул.
  • Пошли, - Се Джин Ян выкурила сигарету.

Лян Цзэ только сделал два шага и ему уже захотелось блевать, девушка из персонала увидела это и сразу же побежала его останавливать и помогать ему дойти до уборной. Только подошли к раковине как непрерывные ... буээээ... так и раздавались по всему помещению.

Лян Цзэ так блевал, что казалось, будто все внутренности хотели вылезти наружу.

Выблевав все, Лян Цзэ чувствовал себя как ватный, протянул руку и открыл кран с водой, полоскал рот, затем проглотил пару глотков. Поднял голову и увидел человека в зеркале, у которого просто ужасное выражение лица. Из-за недостатка сна, его мешки под глазами уже стеклись к подбородку, на лице была щетина. Для описания его состояния хватило бы всего лишь одной фразы «Невероятно уставший».

Ему совершенно не хотелось быть на этой вечеринке, но он главный герой этого события, так что просто не мог отсутствовать.

В последнее время Лян Цзэ чувствовал, что он совсем никакой, его характер стал просто ужасен и все запуталось. Он мог конфликтовать с любым человеком. Начиная с соседки, заканчивая незнакомцем, который просто с ним столкнулся. Все без исключений.

Все это начало происходить с начала лета.

За всю свою жизнь Лян Цзэ еще никогда не был таким.

Он был уже сам не свой, он сам не понимал ничего, как будто кто-то захватил его тело и сознание.

Тот день, был последним днем, когда он виделся с Хан Ханом, он не мог представить себе, что будет такой конец. Это было вне его ожиданий. Хан Хан сказал и сделал, он правда исчез из его жизни.

Первого мая, весь день Лян Цзэ задавал себе вопросы о Хан Хане, о его отношениях с Хан Ханом. Эта проблема была похожа на ось колеса, как бы ось не меняли, колесо все равно не выйдет за грани его диаметра. По-другому говоря, вы полюбили льва, лев это кровожадное животное. Вот только жаль, у вас нет мяса, поэтому вам приходится давать ему траву, лев тоже понимает, что вам нелегко, так что терпит и ест траву. Но лев все равно остается львом, ему все равно захочется мяса. И в итоге, вы режете себя самого на кусочки и скармливаете льву. Каждый порез на вашем теле, доставляет льву удовольствие, да только вы скоро выбьетесь из сил. Если продолжить его кормить, это будет означать, что вы просто отдали всего себя ему на съедение... У льва не будет мяса, вы говорите ему: «Ешь траву», тогда лев просто возьмет, отвернется и уйдет. 

Лев подонок?

Нет, он не подонок, лев всегда остается львом, лев хочет мяса, у вас нет мяса, он уйдет. Если он уже попробовал мясо, то, как он сможет вернуться к траве?

К тому же сама мысль давать льву есть траву, с самого начала была хреновой идеей.

Вернемся обратно в проблеме.

Его Хан Хан –гей.

У Лян Цзэ было вот такое рассуждение:

Хан Хан -гей  → Хан Хану нравятся мужчины  →  появился Лян Цзэ → Лян Цзэ нравятся женщины → Хан Хану понравился Лян Цзэ (содержит нетрадиционные отношения)  → Лян Цзэ нравился Хан Хан (содержит дружеские отношения) → У Лян Цзэ были хорошие отношения с Хан Ханом (в пределах нетрадиционных отношений)  → Лян Цзэ мучился, у Лян Цзэ не было чувств к мужчине → Лян Цзэ раскрыл карты  →  Хан Хан старался убедить → Хан Хан  сделал вид, как будто они никогда не были знакомы  → потому, что Хан Хан  гей → потому, что Лян Цзэ нравятся женщины  → на этом все и остановилось. 

Сколько бы ни думал, он всегда заканчивал на такой логичной концовке, все четко и понятно Хан Хан и Лян Цзэ ни за что не смогут быть вместе.

Этот итог понятен, но Лян Цзэ ни за что не хотел принимать этого. Именно поэтому его логика навсегда остановилась на этом месте.

Лян Цзэ не хотел на этом останавливаться, ни за что не хотел.

Но даже если он не хотел, то, что он мог с этим поделать?

Вернемся к проблеме со львом:

Лев пришел → попробовал мясо→  не может есть траву → резать мясо больно  → режет → лев хочет мяса → лев ест траву → человек любит льва → льву нравится человек → Человек → Лев.

Итак, все началось с того, что лев - это лев, а человек - это человек.

С первого взгляда, кажется, что они похожи... млекопитающие, но не в одном и том же положении, и вывод: они все же не относятся к одному и тому же типу.

Бесчисленное количество логических рассуждение говорили Лян Цзэ о том, что Хан Хан прав, пора на этом остановиться. Вот только, он не мог остановиться, для него это было невозможно. Это потому, что человеку нравится теплая шкура тигра? Потому, что Лян Цзэ не мог выбраться из нежных, теплых объятий Хан Хана? Тому человеку нужно было всего лишь сменить этого льва на другого, нужно было всего лишь, с самого начала до конца давать ему есть только траву, тогда все было бы хорошо. Нужно было только убедить его, что львы - это травоядные животные и все. Лян Цзэ нужно было просто найти друзей получше, и в этот раз ни в коем случае не выходить за рамки. Но проблема в том, что этот лев единственный и нет такого второго на свете. На этом свете есть много львов, но все они  не этот лев, на этом свете есть много людей, только они не такие, как его Хан Хан.

И так каждый раз он застревал на этом месте.

Лян Цзэ никак не мог додуматься, какое значение тот лев имел для его хозяина, так же, как не мог догадаться, какое значение для него имел Хан Хан.

Лян Цзэ внимательно и долго смотрел на человека в зеркале, он заметил, как у него самого почернел лоб, лицо побледнело, белая рубашка на теле была вся помята, узор дракона на ней совсем потеряла форму.

Он оперся о раковину, сел, потрогал карман штанов, достал сигареты.

Не считая школьной поры, когда он должен был исподтишка курить в школьном туалете, это было впервые, когда ему разрешается, но он прячется в туалете, чтобы покурить.

Этот поступок вернул его назад на несколько лет, в то время, когда он еще жил с другими людьми. У него было очень много друзей, но не было такого человека, который мог вызвать в нем такое желание, как Хан Хан.

Почему?

Потому что, как бы он ни размышлял, у него нет ответа. В середине мая Лян Цзэ почувствовал, что он скоро сойдет с ума, каждый день для него были просто адским. Каждый раз, после того, как он ел, его сразу же начинало тошнить, а потом совсем не хотелось есть. Его тошнило точно так же, как беременную женщину. Лян Цзэ сам себя успокаивал словами, что уже лето, пора бы похудеть на пару кило, вот только лето, лето еще не началось. За полмесяца он потерял 10 кило. Лян Цзэ больше не мог выдерживать этого, он хотел увидеть Хан Хана, хотел спросить немного: «Посмотри на меня, что со мной случилось?».

Но, он не нашел Хан Хана. Сколько бы ни приходил, Хай Хун и Ин Ин говорили ему, что Хан Хан отправился в путешествие. После этого он не смел больше приходить, потому что в их глазах он выглядел, как сумасшедший.  Их глаза как будто говорили: «Сколько раз я уже тебе это сказала?».

Затем он начал звонить Хан Хану, вот только каждый раз никто не поднимал трубку.

Сегодня, Се Джин Ян сказала ему, что все это потому, что его занесли в «черный список».

Хан Хан, он действительно посчитал, что они никогда не были знакомы.

За секунду он поняв, что его бросили, Лян Цзэ вдруг обнаружил, что плачет.

Он почувствовал, как все расплылось, потом что-то мокрое потекло по лицу, затем почувствовал, как он дрожит... А после, услышал свой же плачь.

С тех пор, как его родители погибли, он еще никогда не плакал. Никогда.

Если, когда его родители покинули его, он плакал из-за родства, то когда его покинул Хан Хан, и он стал плакать, как это назвать? Почему он так рыдает?

Се Джин Ян ждала очень долго, но Лян Цзэ так и не вернулся. В пепельнице уже была куча сигаретных фильтров, окурки накапливались слой за слоем. Она погасила сигарету в руке, встала, подошла к туалету.

Чем ближе она подходила, тем отчетливее слышала мужской плач.

И это заставило ее войти в мужской туалет, как ни в чем, ни бывало.

Она увидела Лян Цзэ, он рыдал, как маленький ребенок. Се Джин Ян была напугана до смерти, она присела на корточки, хотела посмотреть, что с Лян Цзэ, «это он что, от алкоголя сошел сума? Какой ужас».

  • Лян Цзэ! Лян Цзэ! - Се Джин Ян пошевелила его плечо.

Лян Цзэ не поднял голову, ни за что не хотел ее поднимать.

  • Хватит рыдать! Как же стыдно! - Се Джин Ян открыла кран с водой, набрала воды в ладони и брызнула на лицо Лян Цзэ.

В этот момент один мужчина вошел внутрь и, обнаружив мужчину и женщину в таком интересном положении, был поражен.

  • Че уставился! -  яростно заорала Се Джин Ян.

 Мужчина посмотрел на ее, затем на Лян Цзэ, а потом отвернулся и вышел.

  • А ну встань!- Се Джин Ян тащила Лян Цзэ. Если тот не встанет, то она так по полу его и вытащит оттуда. 

Лян Цзэ вдруг схватил Се Джин Ян за запястье, он поднял голову, посмотрел на нее мокрыми глазами, тихо прошептал:

  • Он ушел один... как я могу не рыдать, как?
  • Умер? -  Се Джин Ян уставилась на Лян Цзэ.
  • Нет. Он посчитал, будто мы никогда не были знакомы, затем исчез без следа.

Се Джин Ян вздохнула, еще раз присела на корточки, нежно взяла лицо Лян Цзэ.

-Ты любишь эту девушку?

(на всякий случай объясню, в китайском языке нет рода, Се Джин Ян до этого думала, что это женщина)

Лян Цзэ смотрел на Се Джин Ян, затем ответил:

-Он мужчина!

Глава 27: Личная жизнь.

Хай Хун: Я пришла!

Ин Ин: Пришла? Хан Хан вернулся!

Хай Хун: А? Правда?

Ин Ин: Правда, я утром пришла и не обнаружила Иккю, Лонг Лонга. Пошла наверх и постучалась.

Хай Хун: Тогда, где он?

Ин Ин: Спит, он сказал, что вчера поздно вернулся, кажется, устал в пути. Ах да, я уже сказала ему, что Лян Цзэ приходил искать его бесчисленное количество раз.

Хай Хун: А? Какая у него была реакция?

Ин Ин: Только «а» и все. Ничего больше не сказал.

Хай Хун: (манит пальчиком) Побазарим немного.

Ин Ин: О чем?

Хай Хун: Тебе не кажется, что Хан Хан и Лян Цзэ...

Ин Ин: Не обычные!

Хай Хун: А-ха-ха-ха, ты только посмотри на них, ссорятся, как парочка влюбленных.

Ин Ин: Ну, так и есть.

Хай Хун: Тогда, какой у них сейчас период?

Ин Ин: Только не говори, что у меня рот, как у черной вороны, но мне кажется, они расстались.

Хай Хун: Хм, мне тоже так кажется, а еще мне кажется, что это Хан Хан бросил Лян Цзэ.

Ин Ин: Слушай, а это не слишком, что мы так базарим?

Хай Хун: Сейчас век сплетен! Ок?

Ин Ин: Ладно, тогда я тоже побазарю чуток с тобой.

Хай Хун: Ну и о чем?

Ин Ин: Эти несколько дней, мужчина, который тебя часто привозит...

Хай Хун: Смена пары!

Ин Ин:.. У меня нет больше сил!

........................................

Лян Цзэ приснился сон, во сне он и Хан Хан все еще были близки друг с другом, будто приклеены. Строго сказать, то это был «мокрый сон». Когда Лян Цзэ раскрыл глаза, уставившись в потолок долгое время, его палочка, которая целилась в небо, все еще не хотела увядать.

Лян Цзэ откинул тонкое одеяло, увидел, как эта штука выпирает из трусов, посмотрел на своего «маленького дружка», который был в полной силе. Смотрел долго, затем спросил:

- Еще только утро, что ты творишь?

Его «маленький дружок» на полном серьезе поднял головку, немного дрогнул, как будто качая головой, отвечал, что не знает. 

Взрослый мужчина, совершенно мужественно-красивый у которого от девушек отбоя нет, в одно утро в начале нового дня думал о другом красивом взрослом мужчине, чтобы  мастурбировать. Это был поступок, который мог разочаровать кучу мужественных взрослых мужчин.

Лян Цзэ вспомнил свой сон, или же по-другому сказать, он вспомнил те ощущения во сне. Ладони Хан Хана, губы Хан Хана, нежные слова Хан Хана, запах тела Хан Хана, Хан Хан....

Когда он кончил в первый раз, все проблемы и стресс Лян Цзэ поднялись на новую вершину. На ту, к которой  его мозги не успели адаптироваться.

Он вытащил салфетки, протер все, затем голый пошел в ванну, открыл воду, начал мыться.

Температура воды была слишком высокая, Лян Цзэ захотелось ее понизить, температура снизилась, и он почувствовал расслабление. Летом купаться в холодной воде так хорошо. За окном цикады беспрерывно шумели, у Лян Цзэ особенно разболелась голова.

«Да что вы шумите-то постоянно! = =».

В последнее время период горячности Лян Цзэ прошел. С момента, когда он ревел в караоке, прошло уже полмесяца. И он, кажется, уже смог излить весь свой гнев наружу. Он рыдал долго, пока все его силы не иссякли, рыдал так, что и тело и подсознание устало.

Се Джин Ян ничего не говорила, и старалась к нему не приближаться, если нужно было что-то обсудить по работе, то обсуждали. Перед тем, как отключаться она всегда еще напоминала ему, чтобы он следил за здоровьем, для того, чтобы писать. Лян Цзэ чувствовал, что он, несомненно, напугал Джин Ян, одно только «Он мужчина!», заставило эту сексуальную богиню отступить. Тоже хорошо. Ведь после того случая, Лян Цзэ казалось все пресным, серым и не интересным. Ну, что, что помидор завял под летним солнцем, ну и что, что лягушка загорает под солнцем, ну и что там по зелени и овощам...

В общем, теперь для Лян Цзэ все стало безвкусным, все его тело увядало от бессилия, теперь у него даже сил не осталось, что бы  напечатать хоть одно слово. Прибравшись в клетке семьи Листочка, он сломал колесико внутри. В общем, стал совсем никчемен.

Не нашел Хан Хана, никчемен.

Искал Хан Хана, но не нашел, потом еще сильнее по нему заскучал, особенно никчемен.

Мало того, что скучал днями и ночами, так еще и должен отвечать невестке, когда Хан Хан вернется, еще раз никчемен!

Ответил невестке, когда Хан Хан вернется, так еще и нужно помочь ей придумать, как сделать вечеринку в честь его возвращения, совершенно никчемен!!! 

 

В тот день за секунду все никчемные вещи дружно дернули его в один момент, у него зародилась мысль еще никчемнее. Открыв глаза, он пошел прямо на  Кальянный переулок № 10. Он собирался ворваться внутрь, использовать пластмассовый пистолет, угрожать Ин Ин, заставить ее сказать, где же все-таки Хан Хан. Хорошо, что в тот день Ин Ин пошла получать товар, поэтому повесила снаружи объявление «Выходной». Но эта никчемность не хотела вот так просто отпустить Лян Цзэ. Он, как бешеная псина, с красными глазами, дрожащим телом, взял пластмассовый пистолет и стал расхаживать по древней улице Пекина – Кальянному переулку, прошел не более 5 миль, вернулся. И так не прекращал ходить взад-вперед. Затем владелец магазина по изготовлению печатей, у которого зрение уже  было не такое, как раньше, увидел парня, который  ходил туда-сюда перед дверью его магазина, поэтому он вышел. Крикнул:

  • Эй, пацан, пришел печать сделать?

Лян Цзэ с мрачной, убийственной аурой подошел и посмотрел на него грозным взглядом. Когда Лян Цзэ приблизился к нему, и только тогда он смог увидеть в его глазах желание убивать, он подумал: «Ну, все, прощай жизнь», но Лян Цзэ вдруг сказал:

  • Сделайте печать с надписью «Никчемность»!

Владелец магазина весь вспотел, дрожа, выписал чек, а Лян Цзэ вошел внутрь, присел и сказал: 

  • Делайте, я жду!

Эту печать Лян Цзэ взял домой, намазал чернилами, и с сумасшествием начал бить отпечатки на листе  А4. Куча слов «никчемный» так и появились на свет. Лян Цзэ взял все это и наклеил один за другим на стеклянное окно, превратив свою и так мрачную комнату в полный мрак, куда не проникал даже лучик солнца. Единственная стеклянная поверхность, которая осталась в целости - это стекло в спальне, на стекле еще была цветная надпись: «Я люблю владельца магазина».

Не то, чтобы Лян Цзэ не пытался их снять. Он их снял, но потом снова повесил обратно, причем выше и больше!

Никчемность!

«Все верно, «Никчемный», любит владельца. А владелец его - нет!»

«Если с самого начала знал, что так будет, ебать, зачем надо было это делать?»

«Все верно, если с самого начала знал, что так будет, то зачем нужно было это делать?»

«Кто сказал, что просто друзья? Кто сказал, что хочет продолжать только как друзья?»

«Разве ты не решился? Разве не ты сказал, что не можешь принять Хан Хана?»

«Тогда почему только от одного вопроса Се Джин Ян: «Ты его любишь?», ты сразу превратился в ничтожество?»

«Что теперь делать?»

Лян Цзэ помылся, вышел, сел на корточки в гостиной, это проблема так и вертелась у него в голове.

«Ебать тебя! Скоро подходит срок сдачи рукописи! Ебать тебя! Пора уже начинать делать вторую длинную новеллу! Ебать тебя! Даже если нет идей,  все равно надо начать писать!» На данный момент эти вещи не волновали Лян Цзэ.

Единственное что его волновало: Что теперь делать?

«Что делать, а? Что делать?»

В Китае же есть детективы! Почему бы не обратиться к ним!

Хан Хан спал до 9 часов вечера, все тело было в поту. Кондиционер работал по назначенному времени и отключился непонятно когда, и как долго ему пришлось это терпеть. Этот сон был ужасным, когда он проснулся, у него болело все тело.

Положив будильник на тумбочку, Хан Хан пошел купаться в холодной воде, тело начало расслабляться.

Переодевшись, он начал играть с Иккю и Лонг Лонгом, затем спустился вниз, Хай Хун, в это время,  показывала клиентам корм для хомяков.

  • Проснулся?
  • Да, - кивнул Хан Хан.
  • Лонг Лонг наверху?
  • Да.

Хан Хан осмотрел весь магазин. Когда он вернулся, было 6 утра, и первое, что он сделал по возвращению, это пошел к Лонг Лонгу. Тот тогда еще спал... услышав звуки, проснулся и стал прыгать по клетке. Он хотел быстрее прижаться к хозяину.

Процесс расставания с Ци Цзи, был длительный процесс. Этот тип не мог пережить плохие условия, он вцепился в Хан Хана и ни за что не хотел отпускать. Хан Хан сказал, что это его работа, Ци Цзи же ответил, что он офисный работник, а не фрилансер... Поездка продлилась примерно 2 месяца, Хан Хан очень скучал по Лонг Лонгу и беспокоился о делах в магазине. Самое главное, он скучает по Пекину. Каждый раз, когда он покидал Пекин, то чувствовал расслабленность. Но вот только стоило уйти на какое-то время, так он сразу начинал по нему скучать. Столица, в которой он родился, улица, на которой он прожил столько лет, тот запах свиных потрохов, те древние высокие деревья. Пекин. Пекин.

Наконец, ничего не осталось, кроме, как воспользоваться способом подкидывания монеты. Решка – Хан Хан остается. Орел – Хан Хан вернется в Пекин. Та монета провертелась на полу старого дома несколько раз, затем показала сияющего орла. Только тогда Хан Хан смог вернуться в Пекин.

Самолет приземлился в столице. Хан Хан вышел, почувствовал особый запах Пекина, почувствовал успокоение.

Если так подумать, не было так уж и давно, всего 2 месяца, но он очень соскучился по этому городу.

Он стал первым посетителем заведения тетушки Ли, съел чашку свиных потрохов, его настроение улучшилось. Уставший, он потащил свой багаж домой, встретил Лонг Лонга, свалился на свою огромную кровать и заснул. Как же хорошо!

  • Хан Хан? - Хай Хун, проводив клиентов, толкнула Хан Хана, звала его пару раз, а тот не отзывался.
  • А?
  • Ты чего застыл?
  • А. Ничего. Ха-ха.
  • Ин Ин говорила тебе, что Лян Цзэ приходил тебя искать очень много раз? - Хай Хун  решила воспользоваться шансом вытянуть немного информацию.
  • Говорила. Уже так поздно, давай прибираться, почти 10 часов уже.
  • А, ну ладно. Тогда это... Ты не говорил ему, что уехал?
  • Нужно ли дополнить какой-нибудь товар? – Хан Хан не хотел затрагивать эту темы. Все эти дни он очень стался исправить свое настроение. Безответная любовь это только временная вещь, нужно продолжать жить. Насладиться любовью и при этом не пораниться, до сих пор еще никто не смог этого сделать, по-другому говоря, страданий не избежать, можно только самому вылечиться.

Хай Хун больше не смела задавать никаких вопросов.

  • Не нужно никаких товаров, в начале недели Ин Ин уже пополнила запас.
  • Хорошо. А, тебе не нужно прибираться, я сам. Сегодня иди домой пораньше.
  • Как хорошо.

Когда Хай Хун взяла сумку и собиралась домой, она еще взглянула на Хан Хана напоследок. Она была уверена, что он точно страдает от безответной любви.

Хан Хан прибрался в магазине. Как же дома хорошо, играться с питомцами, прибираться, раскладывать товар. Прекрасное чувство!

Прибравшись, и заперев дверь, он пошел наверх. Снова немного поиграл с Лонг Лонгом. И теперь Хан Хан почувствовал то одиночество, которое давно не чувствовал.

«Он много раз приходил ко мне?» 

Это постоянно вертелось у Хан Хана в голове.

«Ну и что, что искал, снова хочет быть друзьями?».

«Очнись уже, хватит уже надеяться».

 

После полуночи Хан Хан все еще расхаживал по комнате. Днем он спал слишком много, поэтому ночью просто не мог заснуть. Он положил диск в проигрыватель, но ему не хотелось ничего смотреть. В этом Лян Цзэ сильнее его, фильмы любого жанра он  мог смотреть с удовольствием.

Только подумал о Лян Цзэ, у Хан Хана сразу же усилился стресс.

В общем, от злости он открыл компьютер и зашел в интернет.

Только вошел в сеть, вошел в чат, кто-то прислал ему сообщение.

Партнер: Привет.

Хан Хан: Ха-ха.

Партнер: Почему ты в сети в такое время?

Хан Хан: Нечего делать.

Партнер: Мне тоже.

Хан Хан: А ты...?

Партнер: Эх, и ну память у тебя!

Хан Хан: Правда, не могу вспомнить.

Партнер: Один день, побыв женой и мужем, сто лет близости.

Хан Хан: Я уже «делал» это с тобой?

Партнер: Чушь!

Хан Хан: Ну, как видишь, моя память такая плохая, может, намекнешь.

Партнер: Давай встретимся, поговорим?

Хан Хан: Хорошо, ты вспомнишь старое, и мне будет, чем развлечься.

Партнер: Ха-ха, ты умеешь шутить.

Хан Хан: Не нужно меня перехваливать.

Эти двое поговорили больше часа, затем встретились на рынке «Кувшинка».

Хан Хан признался, у него есть на это свои планы. Если так подумать, то он уже ничем не отличался от монаха, которому отказано в  сексе. Сколько уже времени он не касался живого тела? Если он хочет полностью забыть придурка, то ему нужно восстановиться и жить как прежде. Все просто.

Когда Хан Хан встретил того человека, он все равно не показался он знакомым - 419 же (секс на 1 ночь), зачем ему запоминать лицо партнера? Но это тот паренек, как только увидел его, сразу же узнал.

Итог этой встречи и, правда, был таким: один вспоминал старое, а другой смог развлечься.

Они поговорили в пабе больше часа, затем сразу принялись за дело. Забронировали номер, разделись, легли в постель.

Паренек глядел на Хан Хана завлекающим взглядом, Хан Хан тоже смотрел на него, но даже дойдя до этого, он не смог вспомнить, что между ними было.

Ну  и что?

Хан Хан не обращал внимания, после этой ночи он и тот человек все равно не встретятся.

Секс только на одну ночь, только одну.

Тело паренька было очень нежным, сначала все было очень хорошо, Хан Хан вошел, он почувствовал себя собой, вот теперь он - это он.

Вот только, лицо становилось все более расплывчатым, и почему-то на его месте оказалось лицо Лян Цзэ.

Хан Хан свалил все это на безответную любовь.

Стоны, сладости, нежные слова мольбы...

Это то, что Лян Цзэ никогда не смог бы дать ему.

Во время их секса с Лян Цзэ, кажется, кроме страдания больше ничего не было.

Зачем думать о нем?

Зачем?

Глава 28: Стратегическая любовь. (Атака любви)

Я Красавчик: Красавчик, ответь же, если хоть скажешь слово, то умрешь что ли?

Я Красавчик: Тебя нет в магазине, и даже в интернет не зайдешь?

Я Красавчик: Если бы я знал приемчики ниндзя, то, как бы было хорошо. Крикнул бы 1, 2, 3  и ты появился бы!

Я Красавчик: А нет, это не считается, это не мастерство ниндзя, а магия!

Я Красавчик: Эй, если я скажу: «Я люблю тебя», то ты выйдешь?

Я Красавчик: Если ты будешь так продолжать, то, что мне с тобой делать?

Я Красавчик: Я скучаю по тебе, правда, скучаю по тебе...

Я Красавчик: Я был не прав, не прав, не прав.

Я Красавчик: Владелец....

Я Красавчик: Если ты будешь продолжать меня игнорировать, то я...

Я Красавчик: Я сразу %%»?»№*?%;*%;*?!)!

Я Красавчик: У меня правда не осталось выбора.

.............................................

Стратегическая любовь: 27 июля.

Лян Цзэ атаковал «Таобао», «QQ» Хан Хана вот уже больше недели, это первое дело, которым он занимался каждый день, вставая с кровати. Вот только никто ему так и не отвечал, вечный статус того человека это офлайн.

Хан Хана не было в магазине, интернет-магазин тоже не открыт.

Интернет магазин?

Только подумав об этом, Лян Цзэ тут же протрезвел.

Интернет-магазин тоже не открыт? Да такое просто невозможно!

Он достал из ящика электронный адрес магазина Хан Хана, затем вошел по ссылке.

«Ай- ю! Fuck! Его «QQ» светится!».

Кликнул, появилось окошко чата.

 «Эй, но почему черное? Что это значит?».

Лян Цзэ почесал затылок.

«Неужели из-за... проблем с сервером?».

Лян Цзэ думал, думал, потом решить зарегистрировать новый ID: «Люблю тебя».

Затем попросился в друзья к Хан Хану: «Любовь 123»,спустя всего лишь несколько секунд, он получил согласие.

Лян Цзэ обрадованный, плясал как воробей.

«Это синий свет! Светится! «QQ» все еще можно использовать!».

 

Люблю тебя: Владелец!

Любовь 123: Да, я здесь .^_^

Лян Цзэ посмотрел на то улыбающееся лицо, не выдержал, Хан Хан, это несомненно он!

Люблю тебя: Угадай кто я… Любовь 123: …?

Люблю тебя: Погадай немножко.

Любовь 123: ...

Люблю тебя: Красавчик! Я до смерти по тебе соскучился!!!  

Люблю тебя: Это я Лян Цзэ! Владелец, я ужасно по тебе соскучился!!!

Люблю тебя: Я использовал старый ник, чтобы тебе написать, но ты всегда был офлайн. Сегодня поменял на другой, и теперь все отлично. Красавчик, где ты так долго пропадал?

Люблю тебя: Было весело в путешествии?

Люблю тебя:... Почему снова ник потемнел?

 

Лян Цзэ уставился на монитор, Любовь 123 снова оказался  офлайн.

«Ничего не понятно», Лян Цзэ нашел «Таобао» обслуживания покупателей.

«Проблема: Дорогой покупатель, я пользователь «Таобао», на данный момент с «QQ» есть проблема. Я говорил с другом, потом его ник вдруг почернел. Я поменял на другой ник и мы снова смогли поговорить, но потом снова почернело. Надеюсь, что вы ответите как можно раньше!» 

10 минут спустя он получил ответ:

«Ответ: Дорогой пользователь, как ваши дела? Ваша проблема в том, что ваш партнер по чату занес вас в черный список, тот человек больше не хочет общаться с вами. Надеемся, что этот ответ может вас удовлетворить».

«Это...».

Это очевидно, что Красавчик не хочет с ним общаться.

Оказывается... «QQ» не сломан. (Т . Т)

Оказывается, Хан Хан уже вернулся. (☆_☆)

 

Стратегическая любовь: 2 августа.

Лян Цзэ не спал вот уже несколько дней, Хан Хан занес его в черный список, теперь он осознал всю серьезность ситуации.  «Оказывается, неважно в путешествии он или нет, он не хочет со мной общаться, потому что... Хан Хан не хотел обращать на него внимания. Он действительно превратил свои слова «считай, что мы никогда не были знакомы» в реальность. = =

«Но ты, Хан Хан, можешь считать что ничего не было, а я Лян Цзэ не могу!».

Он признается, что это он был не прав, что это он ранил чувства Хан Хана.

Вот только, он никак не мог вспомнить, что тогда Хан Хан сказал ему одну фразу: «Потому что я уже полюбил тебя».

Он не верил, что  чувства человека, который любил, могли измениться всего лишь за пару месяцев. Если это так, то это не любовь.

Лян Цзэ все еще наивно считал, что Хан Хан просто обижен, он просто спрятался в свою ракушку и злится, и если он сейчас скажет Хан Хан, что он любит его, то тот тут же перестанет обижаться.

Кто бы мог подумать...

Ночью  луна взошла высоко, Лян Цзэ взял с собой огромный динамик и пошел к дому № 10 в Кальянном переулке.

Он хотел сказать слова любви через громкоговоритель.

Конечно же, каким бы глупым он не был, он понимал простую вещь, что ночью людям нужен отдых. Поэтому Лян Цзэ решил, что если он не будет в тупике, то не станет пользоваться этим динамиком. Кстати, этот динамик, он взял у продавца газет.

Встав перед маленьким знакомым двором, Лян Цзэ толкнул дверь, но не смог, дверь была заперта изнутри. Лян Цзэ посмотрел по сторонам. В соседнем доме как раз устанавливали какое-то оборудование, на крыше было много кирпичей и земли. Стена ограждения Хан Хана была не высокой, Лян Цзэ сначала переправил несколько дощечек, затем  подставил кирпичей и земли наверх, пока не достиг нужной высоты, затем залез. Все было просчитано, хоть стена и была невысокой, но за ней была куча осколков стекла. Лян  Цзэ посмотрел вниз, и обнаружил, что он может быть ранен, но ему было наплевать на это.  Он взял динамик в зубы, встал на колени, на нем были джинсы. А дальше…  стекло его поранило, но он не знал об этом, знал только, что падает и вот-вот сейчас поцелуется с матушкой землей: « Мать, а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!!!».

«Fuck! Невезучий год! Но повезло, хоть в шортах не пришел = =».

Хан Хан услышал «бух», в это время он игрался с Лонг Лонгом, инстинктивно высунул голову через окно посмотреть. На улице все было темным-темно, он не мог ничего разглядеть: «Неужели вор?». Он еще хотел взять дубинку и спуститься посмотреть, все ли в порядке, и тут увидел, как ворвалась черная фигура.

Ладно бы не стал смотреть, посмотрел и увидел, эта фигура  –  Лян Цзэ. Такая никчемная физиономия у кого же еще может быть, кроме как не у него?

Хан Хан снова посмотрел вниз и увидел, как Лян Цзэ подкрадывался поближе.

В тот день в «QQ» стоило прочитать пару слов, и он сразу узнал Лян Цзэ, он сразу же занес его в «черный список», не хотел видеть больше ни одного его слова.

«Хватит уже нести всякую чушь про хороших друзей. Расстались, значит расстались. Зачем ему теперь еще сюда приходить?».

Лян Цзэ откинул голову назад, посмотрел на второй этаж, шторы закрывали окно, оттуда было видно немного света. В эту минуту в нем было много разных эмоций и чувств. Только совсем недавно, сколько раз, он лично стоял там, за тем окном и смотрел наружу.

Подобрав камешек с земли, Лян Цзэ кинул вверх, «дзинь»  - звук по стеклу.

Он ждал, что Хан Хан может услышать и открыть окно, и в лучшем случае позволит ему подняться наверх. Тогда он мог бы быть хоть немножко увереннее в себе. Только бы Хан Хан дал ему шанс, он был уверен, что сможет убедить его.

Жаль только, он не открыл окно.

  • Хан Хан, - позвал Лян Цзэ. -  Я знаю, что ты внутри, я хочу с тобой поговорить!

Стыдно? Конечно же, стыдно. За всю свою жизнь Лян Цзэ еще не чувствовал такого стыда. Ну, или, как минимум с тех пор, как он начал думать.

Окно так и не открылось.

  • Хан Хан! - повысил он голос. - Я пришел не болтать о дружбе, я хочу сказать тебе, что я согласен. Я все еще хочу быть с тобой вместе!

Хан Хан присел у окна, он все четко расслышал. Если вы думаете, что его сердце не сбилось с обычного ритма, то вы ошибетесь. Но если вы думаете, что он тут же открыл окно, то даже не надейтесь. Если бы это было так, то он уже был Хан Хан! Он всегда делал все, что говорил (мужик сказал - мужик сделал). Он не чувствовал, что должен что-то Лян Цзэ. Все, что он мог сделать, он уже сделал, старался изо всех сил сделать, и на данный момент он уже выбрал расставание....

  • Хан Хан, за все эти дни я уже все хорошенько обдумал, я... – Лян Цзэ хотел громко крикнуть: «Я люблю тебя».

Но он знал, что он не может крикнуть, если он крикнет, то весь этот переулок сойдет с ума. Как вам такое, один мужчина орет другому мужчина на втором этаже: «Я люблю тебя»?

Хан Хан ничего не ответил, Лян Цзэ начал злиться. Сегодня он не мог не вытащить Хан Хана вниз, он хотел закричать заставить того спуститься.

Поэтому...

Он включил динамик... 

-Хан Хан ~~ Хан Хан ~~ Хан Хан ~~ - эти децибелы разносились очень далеко в такое тихое время.

Хан Хан сидел на корточках у окна и смотрел, как в нескольких домах уже включили свет. Нервничая, он схватил замороженную хурму, которую только что вынул из морозильника, открыл окно, он еще хотел сохранить себе лицо...! И это тоже не такой поступок, когда просто прикрыть лицо рукой и можно простить. = =

Та хурма не растаяла и все еще была очень твердая. Лян Цзэ увидел, как что-то полетело к нему, оно начало свой путь из той руки наверху. Все правильно, он смог увидеть руку Хан Хана.

Сразу после этого, в 2 сантиметрах от него образовалась очень глубокая дыра. Невероятно глубокая.

Лян Цзэ наклонился и посмотрел. Замороженная хурма.

Это еще не все, вторая замороженная хурма тут же полете вслед за первой. 

Да ладно, если эта штука попадет по голове, то пара швов обеспечено.

Хан Хан сверху смотрел, как Лян Цзэ бежал прятаться. Он продолжал кидать и смотреть.

Когда та фигура ушла. Хан Хан взял пакет и спустился вниз и начал поднимать хурму.

«Он говорил: - Я хочу сказать тебе, что я согласен. Я все еще хочу быть с тобою вместе!». Хан Хан попытался откинуть голову. Человек в этой жизни боится только одного - два раза ступить в одну и ту же реку. Есть очень интересная фраза: «Если тебя дважды обманул один и тот же человек, в этом непременно виноваты вы сами».

Хан Хан не из тех, кто мог так просто вернуться.

 

Стратегическая любовь: 5 августа.

Лян Цзэ понял решительность Хан Хана, к тому же Хан Хан не из «вегетарианцев». Он не мог сравниться с Хан Ханом по силе! Два дня Лян Цзэ думал и рассуждал о его характере. Хан Хан очень нежный. Он любит нежность, не любит что-то твердое! Отлично! Тогда пустим  в ход всю возможную нежность!

С забинтованными ногами Лян Цзэ пошел в магазин цветов. Это оставшиеся следы с того дня, когда он собирался «сказать слова любви через динамик». = = Тогда он сразу не обнаружил, а когда вернулся, увидел, что все ноги в крови. Пошел в круглосуточную больницу и обследовался.

Пришлось наложить 5 швов. Когда он возвращал динамик, продавец газет еще спросил, не встретил ли он  бандитов? = = 

Войдя в магазин цветов, Лян Цзэ посмотрел на девушку, нежно улыбнулся и сказал:

  • Можете помочь мне каждый день дарить цветы? 

Та девушка ответила: 

  • Могу, оставьте нам адрес.

Лян Цзэ написал адрес Хан Хана: подписал 11 открыток, прикрепил на 11 букетов, каждый букет по 11 цветочков, и все красного цвета. На каждой открытке было написано: «Красавчик, прости меня!».

Продавщица, перед тем как увидела надписи на открытках, еще спросила, как он собирается дарить, а когда увидела открытку, спросила:

  • С вами все в порядке?

Лян Цзэ отмахнулся и ответил:

  • Ничего! Каждый день по одному букету!

(11 роз означают: в этом мире есть только ты).

Когда Хан Хан получил первый букет, его лицо побледнело.

«За кого ты меня принимаешь? Думаешь, я какая-то обиженная девица?».

Отлично, Хан Хан был в гневе. Открытку он кинул прямо в мусор, а цветы раздарил каждому посетителю по одной розе. Сказав: 

-Подарок постоянному клиенту.

Когда нога Лян Цзэ зажила, доктор сказал, что если не будет сильно напрягать ногу активными движениями, то он будет поправляться нормально. Лян Цзэ сразу же пошел в зоомагазин, только открыл ворота, сразу же увидел, как оттуда выходит дяденька, в руках он держал розу, которая только-только расцвела, он вдыхал запах розы весь довольный.

Стратегическая любовь: 13 августа.

Подарил цветы - безнадежно.

Лян Цзэ пребывал в отчаянии.

«Что еще может... затронуть душу человека? Правильно! Самый древний стиль! Писать романтические письма! Мать его! Я ведь все-таки писатель, который благодаря своей писанине зарабатывает на жизнь! Я не верю, что после того, как прочтешь мои письма, сможешь продолжать держаться крепким орешком!

Перед другими, может, ты мне и не дашь шанса, но когда наедине, тогда ты же будешь смотреть?».

 

Лян Цзэ писал очень внимательно, очень трогательно, очень романтично.

С того дня у  разносчика  писем появилась головная боль. Каждый день, открывая почтовый ящик у Имперского университета, он находит там письмо, адресованное дому №10 в Кальянном переулке. А в почтовом ящике Кальянного переулка находили такие же письма, с пометкой: «Не знаком с этим человеком, верните письмо обратно».

Итак, продолжалось больше месяца, почтальону приходилось подавлять свою печаль и возвращать те письма.

12 писем. Лян Цзэ послал ровно 12 писем, и обратно их же и получил. Не было следов вскрытия. На них было только написано: «Не знаком с этим человеком».

Лян Цзэ взял 12 писем, сел на корточки у окна в спальне, смотрел на надпись: «Я люблю владельца»... Он не мог описать, каковы были его чувства на данный момент.

В этой жизни Хан Хан первый человек, который дал возможность испытать такого рода чувства.

Стратегическая любовь: 3 сентября.

Лян Цзэ был готов на все.

Потерять лицо - он уже потерял, нечего терять больше.

Он решился - вытащил из своей души одного парня, и приклеил его на другого, один не знал стыда, другой был глупым. Теперь эти 2 пацана слились и должны были завершить миссию!

Он взял собой стул для рыбалки,1 большой зонт, ноутбук пошел к дому №10 в Кальянном переулке.

Взял зонт воткнул перед магазином Хан Хана, поставил стул под зонтом, сел, поставил ноутбук на коленки, и начал писать. Потому что срок истекал и если он ничего не напишет, то его убьют. 

Первый человек, который обнаружил Лян Цзэ была Хай Хун. Она вернулась в магазин и сказала Хан Хану. Тот просто сказал, что не нужно обращать на него внимания.

И так прошла неделя, каждый постоянный посетитель спрашивал:

  • Хан Хан, Сяо Лян почему в такие жаркие дни сидит перед магазином и пишет? Это, что какое-то испытание? Он не боится получить солнечный удар?

Потому что, кто бы ни спрашивал Лян Цзэ, тот не отвечал, поэтому все спрашивали Хан Хана.

Лицо Хан Хана было такое, как будто он проглотил что-то болезненное.

 Когда высокий худой полицейский увидел Лян Цзэ, то спросил:

  • Писатель, почему вы снова здесь?

Лян Цзэ ответил:

  • Наступил на стекло. (Снова незаконно проник в дом Хан Хана)

Стратегическая любовь: 10 сентября.

Лян Бин снова пришел забирать Лян Цзэ из участка. Когда они вышли оттуда, то смотрели друг другу в глаза.

Лян Бин: Говори.

Лян Цзэ: А я что-то должен еще сказать?

Лян Бин: Почему ты разозлил Хан Хана?

Лян Цзэ: ...

Лян Бин: Пошли, вернемся ко мне домой на пару дней, твоей невестке скоро рожать.

Лян Цзэ: Я не смею смотреть невестке в лицо...

Лян Бин: Можешь после родов шокировать свою невестку? Я тебя молю.

Лян Цзэ: Я никчемен, не так ли?

Лян Бин: Ты с самого начала был таким, а теперь просто еще и опозорен!

Лян Цзэ: Я понял, я ошибался...

Лян Бин: Сколько бы ты писем не написал, есть такие вещи, которые просто невозможно вернуть.

Лян Цзэ: ...

 

Стратегическая любовь: 30 сентября.

Чжун Вэнь родила пухленького миленького мальчика, вот только на ее лице совсем не были видны радостные эмоции женщины, которая только что родила. После родов прошло 2 недели, а она уже спустилась в койки. Забинтовала свой живот, покрыла голову платком, надела черные очки, накинула на себя плащ, надела длинные брюки, и так пошла в зоомагазин Хан Хана.

Это впервые, когда Чжун Вэнь пришла в магазин Хан Хана.

Он, увидев Чжун Вэнь, сразу встал, даже самый тупой человек  смог бы разглядеть, что ее живот больше не большой.

  • Сестра Вэнь.
  • Хан Хан.
  • Потихонечку, потихонечку, - Хан Хан помог ей выйти из магазина, она только недавно родила, а если подцепит какую-нибудь болезнь, будет катастрофа.

Под солнечным светом, Чжун Вэнь смотрела на Хан Хана, он тоже смотрел на Чжун Вэнь.

Машина  вдалеке была ему хорошо знакома, как и ее хозяин, когда-то причинивший ему ужасную боль.

  • Лян Цзэ...
  • Сестра Вэнь.

Двое говорили медленно, атмосфера была давящей.

Услышав версию рассказа Хан Хана, который отличался от версии Лян Цзэ, Чжун Вэнь не знала, что и сказать.

Она решила не вмешиваться. 

Хан Хан медленно все высказал и вдруг почувствовал, что все то, что он пытался подавить в себе вдруг  разрушилось. Он понял, что, возможно, он сам хочет попробовать начать еще раз.

 

Стратегическая любовь: 6 октября.

Ци Цзи позвонил Лян Цзэ.

Ци Цзи: Хан Хан мне звонил.

Лян Цзэ: Только не говори, что он сказал, что ненавидит меня.

Ци Цзи: Когда он позвонил мне, его голос был очень хриплым.

Лян Цзэ: ...

Ци Цзи: Мы знакомы много лет, но до сегодняшнего дня я еще не видел, чтобы он так страдал.

Лян Цзэ: Я...

Ци Цзи: Хватит уже использовать этот прием.

Лян Цзэ: Я не знал, что это так на него повлияет, моя невестка сказала...

Ци Цзи: Каждый день ты должен приходить и покупать что-то в его магазине. Только помни, что все должно быть нормально, а не за первый раз скупить весь магазин и все. Должен ходить туда каждый день, каждый день покупать по чуть-чуть, и не разговаривать с ним.

Лян Цзэ: Ты...

Ци Цзи: Я объясню ему, твой способ точно не подействует на него. Верь мне, не промахнешься.

Лян Цзэ: Он... простит меня?

Ци Цзи: Бессмысленно! А то зачем бы я стал сидеть на корточках посередине пустыни и звонить тебе?!

Лян Цзэ: ...

Ци Цзи: Только не нужно смотреть на то, что Хан Хан каждый день все «ха-ха» и «хи-хи» это не значит, что у него все хорошо. На самом деле у него не все так слажено, если бы он, правда, не был таким счастливым, когда был рядом с тобой, то я бы не стал тебе звонить.

Лян Цзэ: Я даже не знаю, что сказать.

Ци Цзи: Ты должен с ним поговорить, но запомни, не в данный момент! Когда он решит с тобой поговорить, только тогда медленно начни с ним разговор.

Положив трубку, Лян Цзэ посмотрел через окно, по улице бежали из-за осеннего дождя люди. С тех мрачных дней до сегодняшнего дня,  он, наконец, смог увидеть просвет, хоть солнце все еще скрывалось за тучами, но ему было наплевать. Он видел только за всем этим светящуюся фигуру Хан Хана.

Глава 29: Скрипя зубами.

Лян Цзэ: Дай еще 2 упаковки тапиоки.

Хай Хун: Хорошо.

Лян Цзэ: А да, еще колесо, среднего размера,1 штука.

Хай Хун: Подожди немного.

Лян Цзэ: Да.

Хай Хун: Пока что закончились среднего размера.

Лян Цзэ: Отлично.

Хай Хун: Что?

Лян Цзэ: А, ха-ха, как не хорошо!

Хай Хун: В последнее время ты так много покупаешь корма для кошек. Для чего?

Лян Цзэ: Возле моего дома в последнее время много бездомных кошек ошивается.

Хай Хун: Как им не повезло.

Лян Цзэ: Это же просто отлично!

Хай Хун: ...

Лян Цзэ: Иккю, дай-ка я еще раз тебя погладить, папочка пошел.

.............................................

Лян Цзэ взял собой большой пакет покупок и ушел, только теперь Хан Хан поднял глаза и  оторвался от экрана компьютера. Во дворе листья опали и накрыли всю землю, Лян Цзэ, наступая на эти сухие безжизненные листья, уходил все дальше и дальше.

Он приходил каждый день. Даже человека с каменным сердцем это бы тронуло, что уж говорить о таком чувствительном человеке, как Хан Хан. Он очень хорошо знал, что Лян Цзэ каждый день приходил сюда, всегда ненадолго, только купить  немного корма, взглянуть на Иккю. Но на самом деле его взгляд всегда устремлен к нему. 

Он сильно исхудал. Это было видно невооруженным глазом. У Лян Цзэ была привычка не носить ремни. Поэтому его брюки в последнее время так и висели на бедрах.

Вчера была еще одна бессонная ночь, как бы он не ворочался, не мог заснуть. Вдруг Хан Хан услышал в гостиной писк Иккю и Лонг Лонга.

 

Включил свет, посмотрел... увидел фотографии его с Лян Цзэ, то, как они целовались в губы.

«Еще можно вернуться?» - спросил себя Хан Хан. 

Лян Цзэ уже больше полгода как ушел из его будней. Но, на самом деле, он исчезал только на два месяца, а остальные четыре Лян Цзэ использовал любые методы и способы, чтобы приблизиться к Хан Хану. 

Все верно, он говорил: «Я все еще хочу быть с тобой».

На свете не существуют таких вещей, как толерантность и прощение. А если и есть, то это только снаружи, а внутри мы вряд ли можем вот так все простить.

Возможно, стоит дать друг другу еще один шанс.

Но, будут ли они наступать на одни и те же грабли еще раз? 

Это никак не связано с решительностью, а только связано с настоящим.

Если итог будет таким же, как прежде, тогда лучше вообще не начинать.

Но, если не дойти до того дня, то как можно узнать получится или нет?

Натурал, он не хотел больше с ними связываться, тем более с одним и тем же натуралом.

Но, он не мог все отпустить.

  • Хан Хан, Лян Цзэ хочет колесо для шиншиллы среднего размера, товар закончился, - Хай Хун привела собой двух собак, хотела вывести их на прогулку.
  • Да, - Хан Хан взял себя в руки, кивнул. - Не хватает среднего размера, да?
  • Ага, верно, - Хай Хун открыла дверь, две собачки радостные выбежали наружу, как стая воробьев, от чего поводок натянулся. Она повернулась, посмотрела на Хан Хана, на его лице было какое-то странное задумчивое выражение, по которому сложно что-либо предугадать.

Дверные колокольчики зазвенели после того, как Хай Хун ушла. Хан Хан долго смотрел на колокольчики, колокольчики остановились, и в магазине стало до ужаса тихо.

Он хотел найти, чем бы заняться, только встал, увидел на левой стороне полки висящую связку ключей. Она было хорошо знакома Хан Хану, это связка от квартиры Лян Цзэ. Он забыл взять собой ключи?

Пока Хан Хан думал, снова раздался звон колокольчиков, и у входа встала фигура со стыдливым выражением лица, держа в руках пакет с грейпфрутом.

  • Это... Я забыл ключи, только купил грейпфрут, потянулся в карман за мелочью и обнаружил... – раскрыл рот Лян Цзэ.

Хан Хан смотрел на него, потрогал свой нос, ничего не сказал.

  • Это... Я видел, как Хай Хун отводила собак на прогулку, поэтому спросил ее, она сказала, чтобы я вернулся и посмотрел.
  • Вот здесь, - Хан Хан взял связку ключей и пошел к нему.

Он отдал Лян Цзэ ключи, не ожидая, что тот вдруг схватит его за руку, так неожиданно и с такой огромной силой.

Хан Хан почувствовал, что Лян Цзэ вот-вот что-то скажет. Лян Цзэ, и правда, собирался что-то сказать, раскрыл рот, но почему-то закрыл глаза. Ци Цзи наказывал ему, если Хан Хан не собирался заговаривать, то нельзя с ним начинать разговор. Но дело в том, что Хан Хан уже сказал, он сказал: «Вот здесь». Лян Цзэ еще не мог решить, стоит ли ему говорить или нет, но действие уже опередило мысли, и он схватил руку Хан Хана. 

 

  • А, прости, - Лян Цзэ был в ужасе. Он понял, что все испортил, он подумал, что сейчас нужно как можно быстрее умотать отсюда, нельзя давать Хан Хану шанс отругать его.
  • Лян Цзэ! - увидев, что этот человек собирается убегать, Хан Хан потянулся и схватил его за руку. Через шерстяную кофту, он мог почувствовать температуру тела Лян Цзэ.

Лян Цзэ повернул голову, посмотрел на Хан Хана, не зная, что его ожидает.

Он уже использовал все способы, которые мог бы придумать, даже попросил невестку помочь, но все было безуспешно. Если бы, не тот звонок Ци Цзи полмесяца назад, он бы сам довел себя до безумия. Он прожил столько лет, но еще никогда не проходил через такие ощущения, никогда еще не был так потерян, никогда еще не был так несчастен в мучениях.

  • Останься на ужин, - спокойно сказал Хан Хан, он посмотрел в глаза Лян Цзэ, и увидел в них как тот взволнован. 
  • Правда? - Правда, - Хан Хан кивнул. В тот момент, когда Лян Цзэ схватил его руку, он уже почувствовал, как был повержен. Возможно, он понял все слишком поздно, но эта стрела пронзила его сердце уже давно, он только сейчас все осознал, убрав все стены обороны.
  • Правда? – Лян Цзэ переспросил второй раз.
  • Да, посиди немного, когда Хай Хун вернется, поедим все вместе.

В этот момент Хан Хан увидел, как грейпфрут покатился по полу, а Лян Цзэ накинулся на него, используя всю свою силу, чтобы обнять. «Медвежьи объятья». Хан Хан вдруг вспомнил эту фразу.

Запах тела Лян Цзэ как будто накрыл его, ворвался прямо в нос Хан Хана. Он не оттолкнул Лян Цзэ, а так и  остался стоять, обнимая его, вдыхая и наслаждаясь ароматом тела Лян Цзэ. Запахом, который когда-то был ему близко знаком.

  • Грейпфрут упал, - Хан Хан глянул через плечо Лян Цзэ и уставился на золотистый грейпфрут, который катился по полу.
  • Грейпфрутовый чай, который я тебе давал, ты уже всё выпил? – Лян Цзэ потерся о лицо Хан Хана. Он обнаружил, что его голос стал немного странным, такое чувство, будто за всю свою жизнь он еще никогда не был настолько взволнован, еще никогда его чувства не достигали такого пика. Даже в тот день, когда премия БХ оповестила результаты, его «Непобедимый цветок» получил самую ценную награду во всей стране, или тогда, когда журналисты окружили его, чтобы взять интервью. Даже тогда у него не было таких чувств... Как бы это сказать... А, точно, как будто снова ожил, вот именно такое чувство.
  • Все выпил, - пальцы Хан Хана медленно скользнули по спине Лян Цзэ.
  • Ты же говорил, что того чая так много, что за 2 года не выпьешь все...
  • Ха-ха-ха...
  • Я куплю тебе еще, можно?
  • 99 юаней за одну банку, не жалко? - Fuck...
  • Отпусти уже... сейчас посетитель зайдет.
  • Не смею.
  • Почему?
  • Я боюсь, если я отпущу руки, ты исчезнешь снова, проснусь и обнаружу, что это  просто сон.
  • Глупый.
  • А! Ха-ха-ха... 

***

Хай Хун вернулась с собаками, толкнула дверь и увидела, что Хан Хан в это время прибирался у кассового столика, а Лян Цзэ сидел на стуле в обнимку с огромным грейпфрутом.

  • Хай Хун, присмотри за магазином немного, я и Лян Цзэ пойдем, поужинаем.

Девушка посмотрела на них двоих и обнаружила какую-то фантастическую атмосферу между ними. Она кивнула, посадила собак обратно в клетку, ничего не сказав. ***

  • Где будем есть? – Лян Цзэ вышел из магазина вслед за Хан Ханом, глядя на последние солнечные лучики уходящего солнца.
  • Что ты хочешь?
  • Что угодно.
  • В ту закусочную, что мы тогда проходили мимо, ладно?
  • Закусочная АМ?
  • Ага.
  • Я еще никогда там не ел, вкусно? – Лян Цзэ шел рядом с Хан Ханом плечом к плечу, ему казалось, что он идет по облакам.
  • Тогда давай попробуем, мне кажется, там вкусно готовят.
  • Пошли!

Так как, как раз было время ужина, поэтому, когда Лян Цзэ и Хан Хан пришли, уже не осталось места. Двое посмотрели друг на друга. Лян Цзэ хотел спросить, а не стоит ли им пойти в другое место, но боялся, что Хан Хану хотелось поесть именно здесь. Хан Хан хотел спросить Лян Цзэ, не голоден ли тот, если голоден, то пусть выберет другое место, но так как Лян Цзэ ничего не сказал, а сам он не знал, как начать разговор, то тоже молчал. Они вдруг поняли, что это впервые за долгое время, когда они вот так вот ходят вместе, и впервые, когда они не могут что-то напрямую сказать друг другу.

Они так и постояли в ожидании за толпой людей, затем все-таки Лян Цзэ первым открыл рот.

  • В стороне Имперского дворца есть другое заведение, я проходил мимо него много раз, но так ни разу не заходил...
  • Дорогое? – Хан Хан обнаружил, что он провел слишком много времени с Лян Цзэ и просто больше не мог быть романтичным человеком.
  • Есть немного.
  • Не нужно заранее заказывать столик?
  • Ну и что? В ресторане на корабле тоже нужно ждать.
  • Ха-ха, ну пятница же.
  • А может...
  • Что?
  • Пойдем ко мне домой, я закажу поесть в кафе ХН возле дома, они все принесут.

Только сказав это, Лян Цзэ тут же откашлялся, подумав, а не слишком ли он поторопился.

Хан Хан посмотрел на Лян Цзэ и обнаружил, что его рука не перестает сжимать грейпфрут:

  • Хватит сжимать, помял всю шкурку, - сказав это, он встал.

Лян Цзэ поднял голову, глупо глядя на Хан Хана, не понимая, зачем тот  встал.

  • Пошли, разве ты не говорил пойти к тебе, я заодно посмотрю как там твои бродячие бездомные кошки. 

Погода была холодной, но на улице было много машин, когда они вернулись к Имперскому университету, небо уже потемнело. Они заказали еду, затем зашли во двор и Хан Хан увидел под крышей бездомных кошек, столпившихся под тележкой с дровами. Лян Цзэ подошел, помяукал пару раз: «мяо...мяо...».

 

Маленькие бездомные кошки открыли свои большие глазки и уставились на Хан Хана без эмоций. Лян Цзэ подошел ближе, достал из пакета огромную упаковку корма для собак и кошек, открыл и насыпал в картонную коробку. В этот момент все кошки прибежали к нему. Хан Хан тоже подошел, хоть кошки и ели аппетитно, но не забывали поглядывать на него с опаской.

  • Как тебе в голову пришло кормить этих бездомных кошек?
  • Так жалко же. Зимой так холодно, а они даже теплого места себе найти не могут, а иногда им еще и приходится терпеть маленьких хулиганов.
  • Ха-ха-ха.
  • Поднимайся наверх, - Лян Цзэ насыпал еще немного корма кошкам, затем встал.

Когда Лян Цзэ открыл дверь, Хан Хан снова зашел в дом монстра - тигра, по сравнению с тем, что было раньше, теперь это было еще более пугающе. Мусор валялся по всему  столу, на полу куча бумажек, на потолке, если и было 10 ламп, то 6 из них не горели.  А что приводило в тихий ужас, так это листы бумаги, которыми он оклеил все окна. Ладно бы  белыми, так нет же, яркокрасными. Поэтому, комната теперь ничем не отличалась от языческого алтаря для проведения жестоких сатанинских обрядов. = = 

  • А. Это... какой беспорядок, ты садись, а я пока приберусь.
  • Как там Листочек и остальные? - это первая проблема, которая волновала Хан Хана. Лян Цзэ такой беспорядочный, может ли он позаботиться о своих шиншиллах?
  • Отлично, прекрасно, они в спальне... зайди, посмотри.

Хан Хан кивнул, только шагнул, как услышал крик Лян Цзэ.

  • А! Ебать!

Подумав, что в гостиной что-то случилось, он тут же повернулся, и вдруг увидел, как Лян Цзэ бешено наваливается в эту сторону. Инстинктивно Хан Хан повернулся обратно и посмотрел в спальню, отлично, на окнах спальни была огромная черная надпись «Я люблю владельца». Хоть цветная лампочка и не была включена, и надпись не сияла, но Хан Хан не слепой, он конечно же мог разглядеть эту гигантскую надпись.

Лян Цзэ схватился за голову, вернулся в гостиную.

Хан Хан сел за рабочий столик. На столе были Листочек и мистер Икс, а еще был Бао Бао, который здорово подрос. Увидев его, они оставили все свои дела и столпились перед ним. Они все отлично его помнили. Бао Бао уже вырос, стал очень красив, по всему телу была мягкая шерсть. Хан Хан спросил:

-У Бао Бао уже есть имя?

Голос Лян Цзэ донесся из гостиной:

-Емон!

-...

Играя с ними, Хан Хана слышал шум, доносящийся из гостиной.

В спальне был бардак. И с первого взгляда уже было видно, что не прибрано, а теперь, когда он успокоился, и посмотрел на все еще раз, стало еще хуже. Одеяло, простыни - все лежало на кровати мятой кучей. Одежда была разбросана по всему дому, в пепельнице была куча  окурков, на это все просто невозможно было смотреть.

«И ты еще смеешь говорить, что это наш дом?»

Хан Хан не выдержал, встал и начал собирать с пола одежду. Застелил кровать, убрал пепельницу.

  • Красавчик, не обращай на это внимания! – поспешил сказать Лян Цзэ из гостиной.
  • Пылесос! – Хан Хан выдавил только одно слово. 

Прибраться было бы неплохо, но уже принесли еду. Лян Цзэ оплатил и разложил все на столе в тот момент, когда Хан Хан еще запихивал одежду в стиральную машину. 

  • Красавчик, пора есть... 

-Как ты можешь жить, как свинья! – Хан Хан обронил эту фразу от бессилия. 

Но после того, как сказал, почувствовал, что ему не следовало этого говорить. Он и раньше знал, что Лян Цзэ живет как свинья. Он уже знал, что Лян Цзэ подрался, знал, что ему не весело. Знал то, что Лян Цзэ приходил с Чжун Вэнь и ревел, как сумасшедший, он это тоже знал. Он слышал, как Лян Цзэ звал его у дома, получал его букеты один за другим, получал письма, с кучей букв. Он видел, как Лян Цзэ воткнул зонт в его дворе, он видел, как полицейский затащил его в машину… Лян Цзэ свинья, он знал это.

  • Без тебя, я даже со свинарником сравниться не могу, старался пережить изо дня в день, - Лян Цзэ улыбнулся, но каждое слово которое слышал Хан Хан, показывало, как тот переживал.
  • Глупец.
  • Ну, хватит, а то я так и буду продолжать себя ругать и считать глупым, - Лян Цзэ почесал затылок.

Хан Хан увидел на полке новый кубок.

  • Это награда БХ?
  • А... Ты знаешь?
  • Если не знал, то это значило, что я был глухим и слепым. На радио и в газетах столько об этом говорили. Как я мог не знать!
  • Ха-ха-ха... тебе не нужно так сильно восхищаться мной, все мое твое, - Лян Цзэ вдруг обнаружил, что он стал говорить куда раскованней, чем до этого.
  • Не нужно, если ты дашь мне свою голову, то я просто не переживу лишнего отростка, - Хан Хан покачал головой.
  • Лишний отросток?
  • Ага, в моем мозгу появится еще один отсек и мозг станет не равнозначным (типа мозг ЛЦ меньше)!
  • Красавчик... ты такой жестокий! – Лян Цзэ сделал плачущее лицо.

Хан Хан засмеялся, наслаждаясь всем этим.

Глава 30: Не сомневайся, человек, который мне нужен, именно ты.

Хан Хан: Я пошел

Лян Цзэ: Что? Пошел?

Хан Хан: Ага, мы уже поели, я даже вымыл тебе посуду.

Лян Цзэ: Можешь....

Хан Хан: А?

Лян Цзэ: Вот так!

Хан Хан: А?

Лян Цзэ: Это, ты уже пригласил меня на ужин, теперь я хочу тебя пригласить... 

Хан Хан: Сейчас?

Лян Цзэ: Да, не уходи.

Хан Хан: (улыбается) Но ночь такая длинная, чем нам заняться?

Лян Цзэ: Смотреть фильм!

Хан Хан: (сморщился) Что смотреть?

Лян Цзэ: «Убийца дворца».

Хан Хан: (покачал головой)

Лян Цзэ: «Погибшая цивилизация?»

Хан Хан: (покачал головой)

Лян Цзэ: Стриптиз будешь смотреть?

Хан Хан: Ха-ха-ха... что за фантазии?

Лян Цзэ: Нет! (вдруг расстегнул молнию на куртке) Жаль, у меня нет длинного плаща!

Хан Хан: Ты это сейчас пытаешься походить на маньяка? (Эксгибиционисты)

Лян Цзэ: (На полном серьезе) Нет! У маньяков нет упругой груди и нет плоского живота, нет здорового красивого тела!

Хан Хан: А у тебя есть?

Лян Цзэ: Нет! Но ничего, считай что есть!

Хан Хан: ... 

.......................................

В итоге Хан Хан и Лян Цзэ посмотрели « Убийца дворца». Фильм длился два часа, из них один час Хан Хан проспал, а что делать, ведь он уже давно не спал так сладко. Он положил голову на плечо Лян Цзэ, только немного посмотрел и заснул. 

Лян Цзэ широко раскрыл глаза и уставился в монитор, не осознавая, что большую часть времени Хан Хан проспал. Его мозг все это время работал, у него замирало дыхание. Он был полностью поглощен  сюжетом фильма. Хоть на его плечо было сильное давление, но он почувствовал успокоение и расслабился. 

Когда фильм закончился, Хан Хан проснулся. Он увидел воодушевленное лицо Лян Цзэ, который смотрел на него.

  • Это, несомненно, тот человек, я вот что скажу. Хоть анализ ДНК и не совпал, но я уверен, все было так же, как и с отпечатком пальцев. Он мог соврать всем! Это точно он! Все улики указывают на этого художника, и выживший уже указал на него, к тому же, в то время, когда случилось убийство, он был в тюрьме! Ну как?
  • Сложно сказать! - насколько же прямой ответ, тот, несомненно, не заметил, что он спал все это время. = =
  • Ага, ха-ха, - Лян Цзэ встал, потер плечо. - Не хочешь чаю?
  • Плечо болит? – Хан Хан подтащил Лян Цзэ, посмотрел его плечо, даже не мог сказать, была ли там его слюна...
  • Не больно... – Лян Цзэ был рад. – Да что там смотреть-то! Даже если ты будешь опираться на него несколько часов, все равно не опухнет!

Плечо было сухим и Хан Хан успокоился. У него была плохая привычка, стоило ему заснуть не в кровати, и он тут же начинал пускать слюни. Поэтому, каждый раз, когда ездил на поезде, он всегда носил собой маску.

Их взгляды вдруг встретились, Лян Цзэ откашлялся, немного нервничая:

  • Уже можно считать, что между нами все хорошо?
  • Да.
  • Хорошо... Я пойду, возьму тебе пижаму, а ты иди купаться.
  • Ты хочешь сказать... если бы не было хорошо, то ты бы не дал мне пижамы и не позволил купаться?
  • Начинаешь разглядывать недочеты в моих словах? Отлично, просто прекрасно.

Когда Хан Хан пошел купаться, Лян Цзэ не сидел без дела, так как он хотел создать идеальную, наполненную  наслаждением ночь. Он поменял все в постели, сменил простыни на те, что были в розовых сердечках. Несомненно, все это было происхождением из «Таобао». Когда Хан Хан вытер голову и вышел, в глаза бросилось...

  • Очень красиво, не так ли? Ха-ха-ха-ха! – Лян Цзэ взял пижаму и вошел в ванную.

Хан Хан уставился на эти узоры, он был в таком оцепенении, что не мог издать ни звука. Очень давно, когда он только открыл онлайн-магазин в «Таобао», он еще удивлялся, да кто же станет покупать такие странные вещи, но теперь... ответ был очевиден.

Сегодня Хан Хану было очень весело, невероятно весело, хоть придурок все так же остался придурком, но он стал более инициативным. Хе-хе. Остаться на ночь было требованием Лян Цзэ, устроить такую «романтическую» спальню тоже было его идеей, тогда следующее... все, что ему оставалось, это ждать стриптиза... ^_^

Вот только перед тем, как начнется презентация, этот гость начал нервничать. Он не ожидал, что исполнитель сам его пригласит, хоть гость невероятно ждал этой встречи с исполнителем, но... Этот исполнитель все тот же неуклюжий исполнитель, даже если он пройдет полпути, и как невеста сбежит из-под венца, но он-то уже не тот жених, что стоял один перед священником, как  раньше. Этот придурок говорил, что хочет быть вместе, но если он продолжит так же, как раньше «новый кувшин, но старое вино внутри»...

Лян Цзэ помыл голову, все, что было в его голове это... нельзя позволить Красавчику разочароваться! Непременно надо заставить его увидеть, что он изменился! Он точно не сбежит, он точно должен удовлетворить Красавчика! Да, все верно, удовлетворить! Ну и что, ведь в его мокром сне он уже отлично это провернул с Хан Ханом, потом нужно сделать все так же, как во сне и все будет отлично! Нельзя быть гусеницей, непременно нужно удовлетворить Красавчика! Не нужно сомневаться, он уже все запомнил в своей голове. Нельзя сказать, что он был наивен, а просто в его воспоминаниях он доминировал над Хан Ханом, и этому воспоминанию хотел найти подтверждение. Но Лян Цзэ не помнил, что в тот день, Хан Хан лег под него, «сжав зубы».

Пропев песенку и искупавшись, Лян Цзэ надел халат, не вытер еще волосы и уже поскакал в спальню, весь в настроении предстал перед Хан Ханом, разом сняв с себя халат.

  • Вот, а теперь в твоей голове появился образ мускулистого красавчика?

Хан Хан в это время еще пил воду. «Пшик» и все разбрызгал. Этот «Пшик» был не из-за смеха, а потому, что он увидел извращенца, этот поступок был точь-в-точь как в его мыслях. Самое запоминающееся в таких извращенцах было то, что они всегда надевали длинное пальто снаружи, а внутри не было ни куска ткани, кроме того, на их лицах всегда сияла чокнутая улыбка. = =

  • Эх-х-х, ты только посмотри, как ты разволновался! – Лян Цзэ запрыгнул на кровать и навалился на Хан Хана.
  • Эй... стой... Подожди, я вытру рот, - Хан Хан взял полотенце, а тот на него навалился так быстро, он сам еще ни к чему не был готов.
  • Не нужно вытирать, потом все равно будет одна жидкость... - сказав это, Лян Цзэ начал сдирать с Хан Хана пижаму. Откуда он мог знать о сомнениях и  волнениях у Хан Хана в душе? Сразу же прижал!

Очень инициативно! Хан Хан был прижат этим волком, к чему приведет нынешняя ситуация, Бог знал, а Хан Хан - нет. Хоть Бог и знал, то чего не знал Хан Хан, но все же Хан Хан четко осознавал свои мысли. И если опять они наступят на те же грабли, то Хан Хан просто задушит Лян Цзэ, затем зароет его труп на заднем дворе. «Тогда ты и я вечно будем вместе.» Да, верно, в эту минуту Хан Хан действительно так подумал. 

Две пары губ слились друг с другом, руки и ноги переплелись между собой. Они обвили друг друга, как близнецы. Лян Цзэ оставлял следы рук на гладком теле Хан Хана, Лян Цзэ ногами терся о промежность Хан Хана и оставлял засосы по всему телу. Хан Хан тоже был удовлетворен, его руки не могли оторваться от тела Лян Цзэ, вот только они не начинали ласкать Лян Цзэ. Все верно, они все еще держались от члена Лян Цзэ на каком-то расстоянии. Да, все именно так, это последствия того, что он боялся снова погладить  гусеницу (то есть не вставший член).

Нижняя часть Лян Цзэ была полна сил, но он заметил, что человек под ним совсем никак не реагирует, так что позвал:

  • Красавчик!
  • Да?
  • Почему мы отворачиваешься от меня? - сказав это, Лян Цзэ еще раз его поцеловал.
  • А что, есть такое? – Хан Хан все знал, но все же задал вопрос.
  • Ты ко мне не прикасаешься!
  • Разве я тебя сейчас не обнимаю?
  • Я говорю о своем члене! Ты к нему не прикасаешься!

«Ты не трогаешься мой член!» этот крик все еще вертелся у Хан Хана в голове, он просто не мог поверить своим ушам, хоть Лян Цзэ и был активным, проявил инициативу, но он так же не проявил инициативы в плане члена Хан Хана (не потрогал).

Они оба использовали одно и то же положение в постели, просто фантастически, простите меня за то, что не могу это описать словами... (слова автора)

Наконец, Лян Цзэ, весь издерганный, протянул большую ладонь и схватил «дружка» Хан Хана. Очень горячий, очень твердый. Хан Хан, почувствовав холодную ладонь Лян Цзэ, немного вздрогнул, затем Хан Хан тоже зашевелил руками, проскользнул под одеяло, потрогал спину, талию, еще чуть ниже, и наконец почувствовал член, большой, и возбужденный. «Да, теперь можно успокоиться».  Когда Хан Хан уже наконец смог успокоиться, он развернулся, лег на тело Лян Цзэ, Лян Цзэ тоже целовал тело Хан Хана, затем повернулся и лег на тело Хан Хана. Хан Хан снова повернул тело и лег сверху на Лян Цзэ, тот снова повернулся и придавил Хан Хана...

  • Fuck... – Лян Цзэ ухватился за кровать, если еще раз повернутся, то они просто упадут с кровати. - Красавчик... что ты делаешь?
  • Давлю тебя, - в этот момент, конечно же, Хан Хан говорил вслух то, что было у него в голове. - Хватит меня давить, я скоро свалюсь... -  слово «уже» он так и не успел договорить, как они упали вниз. Повезло, что на полу был ковер, а то жители этажом ниже уже пришли и отругали бы их.

 

Лян Цзэ потерял равновесие. Он поднял руку и начал шарить вокруг, шарил долго, потом только смог ухватиться за дверцу шкафа. Так как дверца шкафа была выдвижная, то когда он ухватился за нее, она открылась, и огромное зеркало,  скрытое  внутри, отразило все вокруг.

Ситуация в зеркале была такова: одеяло было под телами, Лян Цзэ не в себе после падения, лежал животом кверху, раскинув руки и ноги , а Хан Хан лежал на нем.= = - Красавчик, хватит меня давить.

Хан Хан был в депрессии «За что? Это что, какое-то проклятие?». Ну ладно, в первый раз им обоим не удалось, как положено. Ну а теперь-то, после стольких трудностей, два ствола уже были во всеоружии, но после падения превратились в стволы без пуль. Упали, все настроение пропало!

Но Хан Хан не такой человек, который легко мог разозлиться. Если бы он был таким, то этот придурок сейчас бы не лежал под ним.

  • Почему ты ничего не говоришь? – Лян Цзэ наконец очухался.

-Сейчас помедленней, не ворочайся, а то мы закатимся в шкаф.

  • Трахаться в шкафу?
  • ...
  • Мы не сможем туда войти, там уже есть зеркало.
  • Вот что страшно, если покатимся туда, то наши тела будут все в стекле!

Лян Цзэ рассмеялся:

  • Красавчик, можешь больше меня не дразнить?

Хан Хан тоже засмеялся:

  • Это ты первым меня подразнил!

Посмеялись немного, затем они снова продолжили ласкать друг друга, атмосфера потихоньку стала гармоничной, шустрая рука Хан Хана схватила «дружка» Лян Цзэ, у Лян Цзэ еще хватило смелости спросить:

  • Можно ртом?

Губы Хан Хан потихоньку оторвались от губ Лян Цзэ, прошлись ниже, а затем действием ответили на вопрос Лян Цзэ.

Лян Цзэ почувствовал наслаждение, схватил Хан Хана за волосы, закрыл глаза, полностью отдаваясь приятными ощущениями, идущим снизу. Одеяло постелено снизу, а теплое тело Хан Хана было сверху, и он совсем не чувствовал холода.

Так как было очень хорошо, он уже хотел кончить, Лян Цзэ вдруг потащил Хан Хана:

  • Ляг.

 

Мне лечь? – Хан Хан застыл: «Это и есть причина, по которой он только что постоянно ворочался?».

  • Ага, или ты хочешь сидеть в позе наездника? Или лежа на животе? На колене? На боку? А может...
  • Сам сиди на коленях, - Хан Хан снова погрузился в депрессию: «Да о чем ты мечтаешь? Как тебе вообще такое в голову пришло?». Затем сразу продолжил вводить Лян Цзэ в процесс.

Лян Цзэ еще не успел среагировать, как Хан Хан уже принял нужную позицию.

Он  потянулся к  смазке и услышал, как Лян Цзэ произнес:

  • Почему ты не позволяешь мне это сделать... Неужели злишься из-за того, что я в прошлый раз тебя не «сделал»?

Хан Хан совсем не хотел злиться на него, но и правда впал в ярость, «логика это придурка...».

На пальцах была смазка, Хан Хан сразу же вошел внутрь.

Лян Цзэ взвыл: 

  • Полегче, а!
  • Я разозлился потому, что ты не хотел заниматься со мной сексом, ты не принимал меня.

Лян Цзэ неестественно сел на колени, ему безысходно пришлось принять палец Хан Хана. «Оказывается, вот как...».  Растерянный, он поднял глаза, и сразу же увидел в зеркале себя и Хан Хана.

  • Можешь позволить мне закрыть дверцу шкафа? Такое чувство, будто смотришь порно. - Тогда продолжай смотреть, - Хан Хан терпеливо двигал пальцами внутри тела Лян Цзэ, другой рукой ласкал своего «дружка», от смазки анус Лян Цзэ размягчился, и при движении пальцев раздавались хлюпающие звуки, от этого Хан Хану хотелось немедленно ворваться членом в тело Лян Цзэ и начать движение.
  • Но... самое главное... Что там одни знакомые лица...

Для того, чтобы остановить слова, которые могли бы повлиять на «стойкость» его «дружка», Хан Хан внезапно атаковал анус Лян Цзэ.

Вместо стройного, длинного, маленького пальца, там теперь оказался горячий пылающий член. Лян Цзэ казалось, что он мог вот-вот потерять сознание. Руками он удерживал тело, упираясь ими в пол. От внезапного проникновения в них не осталось сил, и если бы Хан Хан вовремя не обхватил его талию, то он бы уже упал.

  • Хорошенько посмотри, ты сейчас делаешь это с мужчиной.

Желание мести Хан Хана было довольно сильное, в этот момент, с одной стороны он нежно обнимал тело Лян Цзэ, а с другой стороны проталкивался мощными толчками в его зад. А рукой схватил его подбородок  и задрал кверху, чтобы тот внимательно смотрел в зеркало.

Я знаю... – Лян Цзэ весь качался и трясся, принимая каждый толчок, дрожа, выдавил несколько слов.  - Не заставляй меня... смотреть на то... знакомое лицо...

Хлюпающие мокрые звуки раздавались громко из-за того, что их тела сталкивались друг с другом в слишком быстром темпе. Когда боль прошла, чувство наслаждения накрыло его сознание. От вдруг появившегося неизвестного наслаждения его «маленький дружок» внизу, который только недавно от боли немного привял, теперь снова был полон сил в ласковых руках Хан Хана, и с каждой минутой становится все тверже и тверже.

Он, вытаращив глаза, смотрел на картину «18+»  перед собой. Впервые Лян Цзэ осознал, что во время секса Хан Хан мог быть таким привлекательным.

Хан Хан наклонился и поцеловал спину Лян Цзэ, нижняя часть тела Хан Хана не прекращала отдаваться толчками в теле Лян Цзэ, проникая невероятно глубоко. В анус Лян Цзэ проникали с невероятной скоростью, поэтому все внутри начало сильнее сжиматься, обхватывая член Хан Хана, а «маленький дружок» Лян Цзэ в его руках тоже начал выделять предсемя. После этого, он поднял голову, посмотрел в зеркало, увидел, как Лян Цзэ внимательно смотрел на него, а в глазах была только похоть.

Хан Хан почувствовал, что скоро кончит. Он хотел еще продолжить, хотел продержаться еще некоторое время, но когда увидел это порозовевшее лицо, которое было затуманено желанием, его как будто сковало со всех сторон наслаждением, и не смог больше сдерживаться...

Но считай, что все не так уж и плохо, потому что тот господин, что лежал под ним, кончил еще раньше его, а когда Хан Хан почувствовал, как липкая струя жидкости брызнула в его ладонь, он тоже достиг пика и кончил.

Расстояние от кровати до шкафа не было таким уж и большим, Лян Цзэ не мог больше оставаться на коленях, все, что он мог сделать, это продержаться до тех пор пока Хан Хан не выйдет из его тела, а затем лег. Хан Хан тоже лег, они выглядели как две рыбки, с липкими, прижавшимися друг к друг телами.

  • Фотограф, можно уже выключить аппарат, - сказав, Лян Цзэ закрыл шкаф. Он повернулся лицом к лицу Хан Хана, а тот, наконец, смог улыбнуться, он улыбался так, что все тело дрожало.

Лян Цзэ тоже улыбался:

  • Возможно, у нас есть талант быть комиками.

Во время поцелуя Лян Цзэ крепко обнимал Хан Хана, он тихо прошептал на ушко Хан Хану:

«Красавчик, я снова могу тебя обнять?».

Поцеловавшись, Хан Хан двумя руками обхватил лицо Лян Цзэ, он посмотрел в его глаза и вдруг почувствовал счастье. Если бы, снизу не раздалась, разрушающая атмосферу, фраза:

  • Ужасный запах, отпусти... (от спермы на руках)

Лян Цзэ пролежал еще немного, затем полез на кровать искать сигареты. Хан Хан все еще лежал на полу как прежде, и тут он обнаружил на ноге придурка был огромный шрам:

-Что с твоей ногой?

 

А? – Лян Цзэ посмотрел вниз, надевая при этом пижаму, продолжая искать сигареты. – А, да так, ничего!

Хан Хан крепко схватил за ногу, которая не прекращала дергаться:

  • Такой большой шрам и ты говоришь ничего?
  • А, хм, ну это с того дня, когда я пытался разыграть из себя Ромео, - раздался звук зажигалки, Лян Цзэ закурил и, улыбаясь, ответил.

Хан Хан поднял к потолку глаза:

-... Он Джульетта, так еще и современная версия.

  • Ты и в самом деле, не мог тогда хотя бы немного расторгаться, я потерял много крови.
  • Ну и что, ты не слышал такую песню «Старик Чжан вел машина на Северо-Восток, попал в аварию, попал в больницу, получил 5 швов, и ничего». А у тебя, сколько швов? – Хан Хан встал. - 5 швов... – Лян Цзэ посмотрел на Хан Хана, проржав. – Ой, не могу, аж живот  болит. 

-Хватит меня толкать, сегодня я тоже насмеялся, - Хан Хан прижался к кровати и тоже ржал так, что не мог встать.

Глава 31: Возвращение к старой любви.

Лян Цзэ: Мы с Хан Ханом придем!

Невестка: А, тогда для вечеринки в честь круглого месяца я напишу еще одно приглашение.

Лян Цзэ:  Ты его не пригласила?

Невестка: Да нет, я только тебя не пригласила.

Лян Цзэ: ...

Невестка: Есть еще какие-нибудь дела? Если нет, то я бросаю трубку, Минг Минг снова плачет.

Лян Цзэ:  Невестка, почему твой голос такой уставший?

Невестка: Тупой вопрос, ты сам попробуй каждый день ухаживать за детьми!

Лян Цзэ: ...

Невестка: Только сор из избы выносишь!

.......

Лян Цзэ положил трубку, оперся о спинку кровати и закурил. Вторая половина постели давно остыла, сегодня утром Хан Хан уже ушел. В эту минуту Лян Цзэ протянул руку на вторую половину кровати, немного потрогал, повертелся туда-сюда, затем зарылся лицом в подушку. Да, это запах владельца магазина. Он, как чокнутый, начал ухмыляться. Хе-хе.

 

Взяв сигарету в рот, укрылся одеялом, обнял подушку, на которой Хан Хан вчера спал. За всю свою жизнь Лян Цзэ еще никогда не чувствовал такого спокойствия. Очень спокойно, очень расслаблено!

Когда надоело лежать, он спустился с кровати.  Когда встал ногами на землю, они были, словно лапша. Чтобы устоять, Лян Цзэ пришлось ухватиться за тумбочку. Непонятно было, это из-за того, что он вчера пошел поздно спать или же из-за того, что они «делали это» как озверевшие. Во всяком случае, все его тело ныло. Шатаясь, он пошел в ванну. Войдя в гостиную, Лян Цзэ увидел стоящий на столе огромный стакан с соевым молоком, а еще там была тарелка с Баоцзы. Под тарелкой еще была записка: «Когда будешь есть, то разогрей».

Это ощущение счастья не пропадало, даже когда он стоял под душем, сильные струи воды не могли смыть это ощущение.

Пропев какую-то народную песенку, намазав себя гелем для душа, Лян Цзэ сказал своему  «маленькому дружку»:

  • Ни за что не будем уступать! = =

С сегодняшнего дня, Лян Цзэ вдруг понял, что перед этим он был не в себе, разве вчера не было хорошо? Почему тогда до этого не было хорошо? Почему не мог слиться? Вчера, стоило только подумать о том, что человек, который его обнимает - это Хан Хан, человек, который его целует - это Хан Хан, и он уже был так рад, что забыл все на свете! Хоть теперь и было очень больно, хоть то место сзади до сих пор чувствовало себя не комфортно, но в процессе он получил много удовольствия, и не только в телесном, но и в моральном плане. Все остальное, приносящее кайф, никак не могло сравниться с этим чувством.

  • Ты, наконец, воскрес! - потирая «маленького дружка», Лян Цзэ был рад до безумия.

Не было еще и 10 часов, а Хан Хан уже вернулся в магазин, открыл дверь, отнес Иккю и Лонг Лонга вниз, включил компьютер, вошел в «QQ».

Сегодня Ин Ин пришла чуть позже. Только вошла в магазин, сразу же стала жаловаться на ужасные пробки, Хан  Хан улыбнулся, отмахнувшись рукой, сказал, что все в порядке. Ин Ин давно не видела, чтобы Хан Хан так улыбался, она не понимала, почему он сегодня такой радостный.

Держа в руке большой стакан молока, Хан Хан сидел в «Таобао». На круглый месяц ребенка Чжун

Вэнь он купил в подарок цепочку. Когда Чжун Вэнь получила подарок, то сразу же позвонила Хан Хану и сказала, что они не будут устраивать вечеринку в честь этого дня. Это была идея ее родителей. Они  говорили, что должно пройти 100 дней, и только тогда можно будет пригласить всех родственников на праздник. Чжун Вэнь предупредила, что в этот день Хан Хан непременно должен прийти. Он  тогда согласился через силу, потому что ему казалось, что он будет там лишним, но приказа сестрицы Вэнь нельзя ослушаться. А теперь все было отлично, потому что теперь они с Лян Цзэ были вместе.

При воспоминании о вчерашнем дне, у Хан Хана появилось такое чувство, будто он пребывал во сне. Хоть вначале оба и смущались довольно долго, и между ними все еще было расстояние, но после этого все прошло невероятно естественно. Теперь они могли разговаривать о чем угодно, и теперь они стали еще ближе. Что было удивительно, так это то, что в этот раз Лян Цзэ сам проявил во всем инициативу. Хоть Хан Хан уже настроился на то, что убьет его, затем закопает на заднем дворе, но, как только они только начали «заниматься делом»... тогда ситуация, на удивление, наоборот улучшилась. Они столько раз делали это вместе вчера, и, за исключением одного раза, когда Хан Хан бешено ворвался, все остальные вселили в него веру, что все пойдет хорошо. Он мог почувствовать жажду, пылкость Лян Цзэ. Что особенно радовало, это то, что Лян Цзэ совсем не смущался своего положения снизу. До этого было не ясно, смущало его это или нет, так как он постоянно все терпел. А теперь, когда все чувства проявились, и все было в порядке, это было просто отлично! 

Какой же подарок купить малышу на вечеринку? Если так подумать, то он еще не видел малыша, так что было немного любопытно.

«Интересно, похож ли он хоть немного на Лян Цзэ? Ведь все-таки Лян Цзэ и его брат выросли очень похожими друг на друга».

Дойдя в своих мыслях до этого места, Хан Хан немного занервничал. Лян Цзэ очень нравились дети, вот только, если тот будет с ним всю оставшуюся жизнь, то откуда у него возьмутся дети. Сможет ли он с этим смириться?

Для того, чтобы отбросить эти волнующие мысли, Хан Хан решил сосредоточиться на выборе подарка. Вот только он просидел в интернете до полудня и все равно не нашел ничего подходящего. Если не одежда, то разные браслетики.

Пообедал, наступил вечер, хотел снова сесть и искать дальше, как позвонил Лян Цзэ:

  • Алло? – Хан Хан поднял трубку, в голосе неосознанно появились нотки радости.
  • Красавчик! Ты можешь, наконец, убрать мой «QQ» из черного списка?! – Лян Цзэ начал нервничать.
  • А, хм, ха-ха, - Хан Хан вдруг вспомнил, что он совсем забыл об этом, и только теперь начал искать в черном списке «Я Красавчик», чтобы попытаться убрать. Но ничего не получилось, пришлось вначале стереть из друзей, а потом добавляться снова.

-Я скоро отправлю тебе заявку в друзья, нажми на «Согласиться».

  • Ладно, ладно, - Лян Цзэ получил оповещение, нажал на «Согласен». – Получилось, светится! - Что ты опять там нашарил в «Таобао»? – Хан Хан тут вдруг вспомнил, что Лян Цзэ постоянно заходил на «Таобао»,  чтобы скупать всякий хлам, который нормальный человек никогда бы не купил.
  • А я и не нашарил ничего! – Лян Цзэ отрицая, сел на корточки на маленький диван и начал играться с шиншиллами. - Малышу моего брата устраивают вечеринку в честь 100 дней, я хочу купить что-то для него!
  • Ну, это еще терпимо.
  • Ах да, кое-что нужно сказать! Моя невестка ну совсем не хорошая!
  • Что? - Утром я ей звонил, чтобы рассказать о хорошей новости. О том, что у нас с тобой все хорошо.

Она порадовалась за нас и сказала, что на празднике будет на одного гостя больше. Я спросил ее, не тебя ли она забыла пригласить. А она знаешь, что сказала?! Она ответила, что не пригласила меня! Вот дьявол!

  • Ха-ха-ха-ха-ха... –Хан Хан ржал как сумасшедший, он хотел сказать, что сестрица Вэнь невероятно остроумна! 
  • Еще ржешь!
  • Какой подарок ты выбрал?
  • Пока выбираю, я сейчас захожу в «Таобао», хотел спросить твой совет, а ты меня тут высмеиваешь!
  • Пришли мне ссылку.
  • Уже отправил, смотри.

Хан Хан открыл, каждая из этих игрушек не производила хорошего впечатления: трансформеры, «Рыбалка», конструкторы...

  • Как ты считаешь, сколько твоему племеннику лет?
  • А...
  • Все твои игрушки предназначены для детей старше 5 лет!
  • Это...
  • А! – Хан Хан вдруг нашел подарок. - Посмотри на это, - сказав, он сразу же отправил ссылку Лян Цзэ.

Лян Цзэ открыл:

  • Это что?
  • Разве название внизу не написано!
  • Не горячись, подожди, посмотрю.
  • Да смотри, если что, поговорим через «QQ».
  • Хорошо.

Хан Хан положил трубку, Лян Цзэ удивленно крикнул:

  • Эй, баоцзы очень вкусный!
  • Глупый, - Хан Хан положил трубку.

Лян Цзэ посмотрев все, открыл «QQ» и начал чат.

Я Красавчик: Эта штука на основе следа ноги малыша делается?

Любовь 123: Да, верно. А еще, можно сделать след попы. ^_^ Я красавчик: Неплохо выглядит, отлично!

Любовь 123: Ха-ха, мне тоже кажется неплохо. Пусть малыш в этот день оставит след, в свой 100й день, потом останется на память.

Я Красавчик: Отлично! У тебя светлая голова!

Любовь 123: Эта похвала мне нравится.

Я Красавчик: А у них есть эта штука больших размеров?

Любовь 123: Больших? Ты тоже хочешь сделать себе?

Я Красавчик: Я тоже сделаю 2 ладошки и подарю тебе!

Любовь 123: = =

Я Красавчик: Или ты хочешь, чтобы я сделал своего невероятного, мега потрясающего «Лян Цзэ младшего» и подарил тебе?

Любовь 123: Если посмеешь сделать, то я все разобью. = =

Я Красавчик: Господи, мы только немного поговорили, а ты уже так ведешь себя!

Любовь 123: Я все разобью!

Я Красавчик: Отлично! А, нет, я буду разбивать!

Любовь 123: Тебе-то, зачем разбивать?

Я Красавчик: Если будем вдвоем разбивать, то тебе не придется тратить сил, ха-ха.

Любовь 123: Не беспокойся, это то, что я должен делать.

Я Красавчик: Я буду разбивать! 

Любовь 123: Нет, я переживаю, что ты не сможешь различить,  и разобьешь собственного «маленького дружка».

Я Красавчик: Только ты понимаешь меня, но я уже заказал, ха-ха-ха и уже оплатил... Красивенький членчик! Жди моего красивого членчика, который придет к тебе!

Любовь 123: Полностью повержен!

Семья Лян Бина устроила 100 дней на 16 декабря, заказали 20 столиков. Когда Лян Цзэ и Хан Хан пришли, то поразились, весь зал был набит людьми.

-У вас столько родственников?

-Это... невозможно...

  • Тогда это родственники сестрицы Вень?
  • Я не помню, никто из них мне не знаком...

 

Тебя спросить, так лучше вообще не спрашивать, - Хан Хан сказав, пошел на место, где отмечали гостей, подал приглашение, на котором было написано его имя, положил конверт с деньгами в коробку.

Лян Цзэ в обнимку с кучей рамок вошел внутрь.

  • Вернитесь! Не распишитесь ли?
  • Да, - Лян Цзэ повернулся, собирался поставить подпись прямо рядом с именем Хан Хана.

Хан Хан сразу же стукнул его по голове,

  • И ты посмеешь ставить подпись в этом месте! 

«Я ему поражаюсь, если он распишется в книжке «друзей», то странно будет, если Лян Бин не разозлится!». 

  • Э?
  • Простите, дайте ему книгу родственников.

В книге было много подписей разных теть, и дядь, и сестриц, и братьев Чжун Вэнь.

  • Тогда почему ты расписался в книжке друзей? – Лян Цзэ поднял голову.
  • Что за бред?

Лян Цзэ быстренько расписался, Он был из тех людей, которые если и начинали какое-либо дело, то обязательно доводили до конца:

-Ты еще раз распишись, вот тут, рядом со мной!

Хан Хан был в затруднении, но он посмотрел на выражение лица Лян Цзэ и понял, что если он этого не сделает, то Лян Цзэ просто будет тут стоять вечно и спорить с ним. Хан Хан не хотел, чтобы у всех осталось сильное впечатление о нем после этого праздника, так что пришлось еще раз расписаться.

  • Подарок оставите тут? - спросила девушка в приемной.
  • А, нет. Мы пронесем внутрь, - Хан Хан улыбнулся.

Затем, когда Чжун Вэнь увидела те 2 рамки, то была долгое время очень довольна. 

В зал подошло еще больше народу, стало тесно и шумно. На каждом столе стояли таблички с именами. Лян Цзэ и Хан Хан прошли вперед, чтобы найти свои. Вертели головами туда-сюда и не могли понять, куда садиться.

-Дядюшка Лян Цзэ! - это Сяо Цуй (дочка Лян Бина) увидела Лян Цзэ первой, только позвала и уже подбежала.

  • Ай-ю, наша Сяо Цуй, - Лян Цзэ быстро обнял племянницу.
  • Я так долго тебя ждала! - Сяо Цуй широко улыбнулась, не забыла поприветствовать и Хан Хана. - Здравствуйте!

Как поживает наша Сяо Цуй? – Хан Хан потрогал ее маленькую головку.

  • Вы пришли? – Лян Бин подошел, увидев младшего брата,.
  • Пришли! Брат, куда нам сесть?
  • Вот, за тем первым столиком,- сказав это, Лян Бин повел их к столу.

Хан Хан посмотрел на минное поле впереди: «Отлично! Одни старшие! Это же...!».

  • Хан Хан, - Чжун Вэнь, обнимая ребенка, сидела рядом со своей мамой, увидев Хан Хана она тут же его позвала. – Иди сюда, сядь рядом со мной!

«Да уж, я просто восхищаюсь этими людьми из одной семейки!».

Чжун Вэнь представила всех очень просто, но и в то же время очень доверительно, сказала, что это ее названный брат. Мать Чжун Вэнь тоже посмотрела на него с уважением, а затем пригласила его к себе домой, чтобы потом официально представить перед всеми. Лян Цзэ все еще играл с Сяо Цуй, ведь ему все-таки не нравилось общаться с родственниками невестки.

Наступило время оставить след в рамке, и все были очень взволнованы. Хан Хан обнял малыша, такой маленький, но очень шустрый. Затем передал его Лян Цзэ, тут малыш поднял руку и ударил Лян Цзэ, а затем раскрыл рот и начал смеяться.

  • Мой сынок! – Чжун Вэнь увидев это, была очень довольна.

Вечеринка длилась долго, но в последнее время у Лян Цзэ было очень много работы, так что ему пришлось отпроситься уйти раньше. Хан Хан хотел уйти с ним, но Чжун Вэнь ни за что не хотела его отпускать, говорила, что вечером вся семья хочет поужинать вместе, хочет чтобы он вернулся вместе с ними. Лян Бин сказал:  

  • Любовь моя... Да кто же, в конце концов, твой брат, неужели ты его совсем не замечаешь!

Хан Хану даже пришлось пойти провожать Лян Цзэ, как хозяину праздника.

  • Иди внутрь, -  Лян Цзэ сел в машину. – Там, внутри, настоящий дурдом. Такое чувство, будто разговариваешь с демонами, двух слов не произнесешь. Но, в любом случае, с тобой там ничего не может случиться, тетушка готовит отменно, поешь побольше.

Хан Хан подумал: «Вот уж этот парень...».

-Я пошел, если ночью не буду занят, приду к тебе, - все эти дни Лян Цзэ должен был писать днем, а примерно в 11 часов вечера  шел к Хан Хану, и каждый день был таким старательным, не знал усталости.

  • Ты, правда, вот так оставишь меня с ними?
  • Ну и что тут такого, мы же все из одной семьи.
  • ...
  • Иди внутрь, на улице холодно, а ты еще и куртку не надел.
  • Эй, - Хан Хан открыл дверцу машины и сел на заднее сидение.

Зачем ты сел?

  • Если в дальнейшем у тебя не будет детей, ты будешь сожалеть?
  • Дети?
  • Ага, я понял, что тебе очень нравятся дети.
  • Чужие-то мне нравятся, - Лян Цзэ повернулся и оперся о спинку сидения.
  • Я сейчас серьезен! – Хан Хан сморщился.

Лян Цзэ медленно закурил.

  • А я серьезно говорю, это честное слово! Если это будет наш ребенок, то будет слишком хлопотно.
  • Какой ты не пристойный! Не буду больше с тобой разговаривать! – Хан Хан открыл дверцу машины.
  • У меня уже есть Иккю и Листочек... а еще есть Бао Бао! Кстати, почему Иккю еще не родила?
  • Я тоже не знаю, - Хан Хан вышел из машины.
  • Эй, - Лян Цзэ опустил стекло, вытянул руку и схватил руку Хан Хана. - У тебя же есть я.

Хан Хан улыбнулся, почувствовав теплоту на сердце.

  • Когда закончишь с делами, давай переезжать ко мне.
  • Что?
  • Хватит туда-сюда бегать, я сделаю из спальни твой рабочий кабинет. Мы будем спать в гостиной.
  • Красавчик! – Лян Цзэ вытаращил глаза, - Ты сейчас говоришь о том, чтобы мы жили вместе?! - его глаза просто сияли.
  • Да, верно!
  • А! Мать его! Конечно, да!
  • Отпусти мою руку, иди домой и дописывай рукопись!
  • Да к черту рукопись! Воздушный поцелуй! Я пошел! Ночью встретимся!!!

Глава 32: Финальный акт.

Я Красавчик: Дорогой, вещи уже почти все собраны, но мои вещи на хранение (всякие его вазы, сувениры, хлам) можно оставить в спальне...

Любовь 123: Выкинь весь этот хлам...

Я Красавчик: Что!

Любовь 123: Один мусор!

 

Я Красавчик: Как ты можешь называть это мусором! Это все мои сокровища!

Любовь 123: Говорю - это мусор, значит это и есть мусор. У меня для тебя только одно слово! Выкинуть!

Я Красавчик: 5555555555555555....(типа нытья)

Любовь 123: Плакать бесполезно, если не хочешь расставаться с этим хламом, то оставайся жить там с ним.

Я Красавчик: Да, блин! Даже если... даже если они не ценные, но они пробыли со мной столько лет! У меня сердце сжимается, я не могу их выкинуть!

Любовь 123: Ты...

Я красавчик: Молю тебя!

Любовь 123: Что из этих вещей ты хочешь принести сюда?

Я Красавчик: Все хочу.

Любовь 123: Тогда не нужно приносить! И ты сам не приходи!

Я Красавчик: Если я не приду к тебе, то где мне жить! Ты же знаешь, я уже сдал квартиру!

Любовь 123: Плевать.

Я Красавчик: Ну ладно, не приносить, так не приносить, но и выкидывать просто так нельзя, оставлю их здесь.

Любовь 123: Уж поверь мне. Ты-то хочешь их оставить, а наниматели непременно захотят все выкинуть. ^_^

Я Красавчик: Почему?

Любовь 123: Пугают! Они только войдут, могут до смерти испугаться!

Я Красавчик: Не будет такого. Подожди, я им позвоню!

(10 минут спустя)

Я Красавчик: Дьявол! Они и, правда, сказали, что если я что-то оставлю, то они не станут снимать квартиру...

Любовь 123: Ну конечно!

Я Красавчик: Моя коллекция (Т . Т)

Любовь 123: В общем, я могу через силу позволить тебе оставить одну вещь, выбирай сам.

( полчаса спустя)

Я Красавчик: Я решил! Я выбираю магические очки Сократа!

Любовь 123: Ладно.

Я Красавчик: Использую их, чтобы вспомнить свою потерянную молодость!

Любовь 123: = =

Я Красавчик: Все остальное я не могу выкинуть, я передумал. Я их продам!

Любовь 123: (Полностью растерян) Никто не станет их покупать!

Я Красавчик: В «Таобао»! Ты поможешь мне продать их! Ха-ха-ха.

Любовь 123: Мой магазин!!!

Я Красавчик: Все верно. Ты будешь продолжать продавать вещи для питомцев, и прибавишь только еще один раздел. К тому же, ты такой талантливый, считай, что у тебя просто появилась новая маленькая подработка! Когда я покупал, то был невероятно воодушевлен, а теперь я с таким же воодушевлением смогу их продать.

Любовь 123: Вот эти твои вещи?! Только ты покупаешь! Хочешь обманом продать кому-то? Да кто станет их покупать!

Я Красавчик: Ну, тогда посоветуй, как продавать!

Любовь 123: Проехали! Не буду подавать! После того, как они купят и обнаружат, что это хлам, то мне конец!

Я Красавчик: Тогда почему те, кто продали мне эти вещи, не боялись ничего?

Любовь 123: Что за бессмыслица, они не торговали на основе гражданского свидетельства, как я!

Я Красавчик: А...

Любовь 123: Свиноголовый!

Я Красавчик: Тогда, как насчет того, чтобы продать на рынке старых вещей? Мы с тобой откроем палатку, продадим все, а потом сбежим!

Любовь 123: Эх, эх, оказывается, у пустоголового иногда тоже бывают оригинальные мысли. Я подумаю!

...........................................................................:

Суббота,22 января.

 

Хан Хан повез Лян Цзэ и его кучу хлама на рынок старых вещей. Не использовать его машину было невозможно, ведь они взяли собой огромного мишку Тедди, который был выше, чем они сами! = =

 

На данный момент они уже две  недели жили вместе, и в их жизни многое поменялось кардинально.

Например, у Лян Цзэ была привычка брать вещи, потом разбрасывать их по всему дому.

Например, у Лян Цзэ была привычка раскидывать по всему полу рукопись.

Например, Лян Цзэ после еды никогда не мыл посуду.

....

Хан Хану казалось, как будто по дому прошелся ураган. Лян Цзэ всегда был таким, до этого он приходил только на короткое время, так что не проявлял на полную мощь свой характер. А теперь, когда все отлично, Лян Цзэ все 24 часа в сутки оставался в доме, а Хан Хан же большую часть времени находился  в магазине внизу. Вот тут проблемы полностью и показали себя.

Две недели Хан Хан ругался, не переставая, но прогресса было мало.

Каждый раз, когда Лян Цзэ ругали, он всегда признавал вину, казался очень послушным, так же обещал исправиться. Вот только проблема была в том, что если его не ругать, то он тут же выкидывал все это из головы, и в следующий раз все повторялось опять. 

Постоянно ругаясь,  Хан Хан уже полностью обессилел, но Лян Цзэ наоборот, слушал, не зная усталости. Улыбнется «ха-ха-хи-хи», потом начнет подлизываться и задабривать Хан Хана, пока тот не остынет. Но на следующий день все снова повторяется.

В общем, не описать, как Хан Хан намучился.

Но, если не считать этого, то их совместная жизнь была просто отлична.

Каждый вечер они смотрели фильм, или ходили что-нибудь поесть, «иногда»  занимались любовью, в плане половой жизни оба были полностью удовлетворены. Постельные дела для Лян Цзэ больше не являлись проблемой. Правда, иногда появлялись  мысли о том,  кто будет сверху, а кто снизу, но «половые уроки» Хан Хана смогли его убедить в нынешнем положении вещей. 

Но было и еще кое-что. Теплоту своих отношений они перенесли на дом. Они вместе декорировали его, купили немного забавных вещей, затем разукрашивали свой дом. Фото, что сделал Лян Ий Фунг, Хан Хан осторожно повесил на стену. Когда Лян Цзэ впервые это увидел, то, как всегда задрал нос и сказал: «Ну, я же говорил, мы с тобой просто невероятные красавчики!». Вот только рамка рядом... Это рамка со следом. Если посмотреть издалека, то можно еще принять и  представить, что это ручная поделка какого-нибудь народа или племени из  Африки – большой член в середине, две ладони по сторонам - издалека посмотришь, подумаешь, что это лицо. Но если подойти поближе, то... Оно будет являться тем, чем оно есть. Поначалу Хан Хан не разрешал вешать такое, но Лян Цзэ сказал: «Красавчик, ты знаешь, сколько души я вложил в эту рамку!!».

И жалобно вздохнул. *** *** ***

  • Красавчик! Так много народу. Как ты думаешь, мы сможем найти какое-нибудь хорошее место? – Лян Цзэ взял мишку Тедди, а в руках держал глиняные вещи.
  • Не знаю, посмотрим, - Хан Хан должен был тащить глиняные вещи « династии Тан» и некоторые антиквариаты... так его еще и заставили искать место для продажи.

На тротуарах было нельзя.

Они пошли на площадь, там уже было открыто много палаток, они долго искали и, наконец, нашли уголочек. Хан Хан расстелил клеенку, Лян Цзэ разложил одну вещь за другой.

 

Жить вместе с Хан Ханом было огромным счастьем для Лян Цзэ. Каждый день кто-то готовил ему еду, стирал ему, болтал с ним, было с кем поделиться радостью и горестью. Ему казалось, что Хан Хан чересчур опрятен и идеален во всем, иногда даже больше, чем девушки. В его доме нельзя было устраивать беспорядок, но разве дома они не только вдвоем? Зачем быть опрятными и чистыми, кто на это смотреть будет? То, чего он больше всего не мог выносить, так это что каждый день нужно купаться, кроме того, если просто войти в ванну и немного прополоскаться было тоже нельзя, непременно нужно помыть голову, как положено. Нужно использовать гель для душа, если он не будет весь сиять, и от не него не будет хорошо пахнуть, то и не было надежды залезть к Хан Хану в постель, а этого Лян Цзэ никак не мог понять. «Я могу высунуть язык и лизнуть тебя, ты не станешь брезговать. Но тебе не нравится то, что я не купаюсь».

Опять тяжело вздохнул.

  • Красавчик! Я даже цену написал! - сказав это, Лян Цзэ поднес стопку бумаги прямо к лицу Хан Хана. – Я написал цены.

Хан Хан взял, посмотрел, его нос чуть не покосился в сторону. «Вжик-вжик», все разорвал и выкинул.

  • Красавчик!
  • Никто не станет покупать по такой цене!
  • Чушь! По сравнению с той ценой, что я купил - это уже скидка в 80%...!!
  • Что? - глаза Хан Хана чуть не выпали. - Ты... повтори-ка...
  • Ну, все верно! Я уже убавил 80%, по сравнению с той ценой, за которую я их купил.

Хан Хан присел на корточки, он почувствовал, что если не присядет, то его грудь просто разорвется.

«Он, правда, просто глуп?».

Лян Цзэ тоже присел.

  • Скинул 80%, ну ладно, понесем убыток.
  • Не разговаривай со мной, дай мне успокоиться...
  • Что, у тебя давление? А не слишком ли рано для такого возраста?
  • ...
  • Я только что видел неподалеку магазинчик, я схожу куплю тебе стакан горячего соевого молока, хорошо?
  • ...

Они так посидели немножко, к ним никто не подходил и ничего не покупал. Лян Цзэ стало скучно. Когда они только пришли, то видели, как многие палатки выступали, чтобы привлечь покупателей.

  • Красавчик, я хочу прогуляться! 
  • Прогуляться?
  • Я увидел много интересных вещей, хочу купить.
  • Только посмей!
  • Почему ты на меня ворчишь?
  • Сел на место! Я не разрешаю!
  • Я...
  • Сел!
  • Ну ладно...

Прошло утро, они смогли продать только набор глиняных чашек. Хоть эта цена была уже намного снижена относительно той цены, за которую этот набор купил Лян Цзэ, но все равно, она была велика, и казалось, будто они занимаются жульничеством. Можно сказать, что этот покупатель - невезучий дядька. Хан Хан назначил  цену в 400 юаней, но Лян Цзэ не соглашался. Этот покупатель подумал, что это хорошая вещь, не стал говорить больше ничего и сразу же купил, на самом деле настоящая стоимость набора была всего лишь 50 юаней. >.< 

В полдень они сидели вдвоем: один с пирожком, другой с банкой горячего какао. Было холодно, настоящая зимняя погода, хоть они и были одеты, как медведи, но без солнечного света, они бы точно задубели.

Встали, немножко попрыгали. Опять встали, попрыгали, затем Хан Хан обнаружил, что губы Лян Цзэ уже посинели, так, что пришлось позволить ему пойти немного прогуляться. Но перед тем как он пошел, Хан Хан еще отобрал у него кошелек.

Хан Хан думал, что может Лян Цзэ – это какое-то, приносящее неудачу, существо.  Ведь, когда тот встал и ушел, сразу же появилось много покупателей. Хан Хану пришлось подавить свою совесть и озвучить высокие до безумия цены. Но, все равно кто-то покупал все это.

Вот подошла парочка влюбленных, как только девушка увидела мишку Тедди, то ее глаза сразу же засветились.

Только не надо думать, что раз это распродажа, то медведь некрасивый. Он был сделан очень аккуратно, у него даже был гарантийный документ, хоть эта бумажка и была подделкой. Кроме того, он был огромен, очень  милый и красивый. Девушке, во что бы ни стало, захотелось его купить, а парню ни за что не хотелось покупать. В итоге, парень отговорил девушку. Хан Хан немного расстроился – наверное, он поставил слишком высокую цену, 800 юаней все же немного дороговато. Прошло 20 минут, и парень вернулся, отдал 800 юаней, взял медведя и ушел. Ну конечно, ведь если бы этот мишка сегодня остался здесь, то его подружка бы больше с ним не осталась. 

Когда Хан Хану показалось, что уже пора, он посмотрел вокруг, Лян Цзэ не было два часа. Куда он так надолго ушел без денег...!

Остался только японский набор для чая  и матрешка. Хан Хан начал прибираться. Подумал, если не сможет продать, то оставит для Лян Цзэ. На самом деле Хан Хан не думал, что что-то можно выручить за эти вещи, а еще он думал... лучше было бы выкинуть все это, но, оказывается, нашлись люди, которые купили это. Сегодняшний день был действительно успешен! Проверил деньги в кошельке – они разбогатели на 5000 юаней. Хан Хан собирался улыбнуться, но не смог, потому что это не могло сравниться даже с частичкой тех денег, которые Лян Цзэ на  них потратил! «Вот уж этот свиноголовый, впредь ни за что не позволю ему ничего покупать!».

Когда он продолжил прибираться, Лян Цзэ вернулся, увидев, что на земле все пусто он спросил:

  • Все продал?!

Хан Хан кивнул.

  • Чайный набор и матрешку оставлю тебе.
  • Прямо хочется расцеловать тебя!
  • Не шуми!

Хан Хан собирался поскорее уйти, он боялся, что кто-то обнаружит настоящую стоимость вещей и вернется возвращать вещи. От этих мыслей у него вспотели ладони.

Лян Цзэ, наоборот, шел медленно, слоняясь из стороны в сторону, затем они остановились у палатки с масками.

  • Что ты собираешься сделать?
  • Красавчик... Мне нравится та маска!

Хан Хан наклонился, увидел бальную маску, присел на корточки и начал рассматривать, сделана она была неплохо.

  • Можно купить? – Лян Цзэ, сидя на корточках и мурлыкая, терся о Хан Хана.
  • Сколько стоит? – Хан Хан спросил продавца.

Продавцом был мужчина лет 30,он ответил:

  • 260 юаней.
  • Пошли, - Хан Хан встал.
  • Красавчик!
  • Пошли, - Хан Хан потащил Лян Цзэ за собой.

Продавец тут же их остановил:

  • Эй, братан, за сколько ты хочешь ? Назови цену!
  • 60 юаней! - сказал Хан Хан.
  • Ты шутишь эта маска... - продавец продолжал говорить и говорить, Лян Цзэ развесил уши и слушал, Хан Хан же пошел.
  • Эй, братан, он меня не понимает, зато ты знаешь толк в товарах, да и рассматривал ты ее уже долго. 180 юаней, и я отдам ее тебе. Давай, забирай свой товар.

Лян Цзэ просто хотелось реветь:

  • Мне очень нравится, вот только все деньги у него...! Хан Хан!!! – Лян Цзэ побежал за Хан Ханом.

Продавцу пришлось смириться:

  • Ну ладно, считай, что мне не повезло. Отдаю вам, вернитесь!

Лян Цзэ услышав, радостно окликнул Хан Хана.

  • Красавчик! Он согласился!

Хан Хан остановился, достал 100 юаней, вернулся и отдал продавцу. Лян Цзэ удовлетворенный, взял маску и сдачу. Он шел рядом с Хан Ханом и любовался маской.

Хан Хан посмотрел на него и улыбнулся. «Как большой ребенок!». И тут он повернулся и увидел  девушку с медвежонком Тедди. Она, как будто хотела его найти, ее лицо еще было взволнованным.

  • Дай мне маску, - Хан Хан схватил маску из рук Лян Цзэ и закрыл лицо. «Только не нужно жаловаться на меня. Товар продан, возврату не подлежит!».
  • Красавчик... Тебе тоже нравится? – Лян Цзэ не понимал, что происходит. – Может, я вернусь и куплю еще одну?
  • Иди быстрее, поторопись, - Хан Хан взял Лян Цзэ за руку.

Лян Цзэ еще не понял в чем дело, но увидел, что в другой стороне кто-то не прекращает что-то искать. Затем он крикнул: «О, это разве не мой мишка!». Хан Хан тут же закрыл рукой ему рот и потащил наружу за пределы рынка.

 

  • Красавчик, что с тобой? – Лян Цзэ засунутый в машину, ничего не понимал.
  • Возвращаю тебе твою маску, едем домой.
  • После того, как они вернулись домой, Хан Хан решил, что в Новый Год в этом году он должен пойти в монастырь и помолиться целый день. = =
  • Эх,…  мне так не хотелось расставаться с этими вещами, - Лян Цзэ все еще вздыхал.

Хан Хан посмотрел на Лян Цзэ, ему очень хотелось снять голову Лян Цзэ с плеч и сыграть ею в футбол.

В ту ночь небо потемнело, и начался сильный снегопад. Лян Цзэ посмотрел на монитор, посмотрел через окно на улицу. Там было темно, как будто наступил конец света, а ведь утром было так солнечно.

Я Красавчик:  Красавчик! Посмотри наружу!

Любовь 123: В этом году все странно.

Я Красавчик: Может Земля скоро взорвется.

Любовь 123: ....

Я Красавчик: Ужасный снегопад.

Любовь 123: Земля мстит человечеству.

Я Красавчик: Я тоже так думаю.

Любовь 123: Прошлым летом в Европе было ужасно жарко.

Любовь 123: А зима ужасно холодная.

Любовь 123:Это месть природы.

Я Красавчик: Эхххх… Любовь 123: Ха-ха-ха-ха.

Я Красавчик: Ха-ха.

Любовь 123: Марсианин.

Любовь 123: Я должен к тебе подлизаться и относиться к тебе хорошо.

Я Красавчик: Ха-ха, отлично.  (っ˘з(˘⌣˘ )

Любовь 123: В будущем, если на Земле жить уже станет невозможно, Любовь 123: ты еще можешь отвезти меня на Марс.

Я Красавчик: Если настанет тот момент, я повезу тебя с собой. (。◕‿⊝。) Я Красавчик: Будет классно.

Любовь 123: Ага, ага.

Я Красавчик: Я дам тебе зеленую карточку (карточка для тех, кто будет жить в за границей)

Любовь 123: Возьмешь мою шиншиллу собой? ^_^ Я Красавчик: Разрешаю!

Любовь 123: Марсианин, ты такой добрый.

Я Красавчик: Ну конечно! Марсиане добрый народ!

Любовь 123: А еще, очень внимательные. ^_^

Я Красавчик: Ах, ха-ха-ха-ха верно, я должен кое-что у тебя спросить, скажи, как ты считаешь.

Любовь 123: Ну, давай.

(2 минуты спустя)

Любовь 123: KJ液*** ??? (это автором написано, это смазка) Я Красавчик: Со вкусом черники!

Любовь 123: ...

........................

Настоящее счастье отличается от фальшивого тем, что, в одном нужно платить очень много для того, чтобы иметь возможность насладиться, а в другом, хоть и наслаждаешься сейчас, но потом приходится за многое расплачиваться.

А то, что называется любовью, умный человек вряд ли получит больше, чем глупый человек. Это так, как будто мы сосредоточились на работе, и не думаем о деньгах. Ведь только тогда деньги придут к нам быстрее.

..................

Глупая, глубокая, мечтательная, милая. Такова любовь Хан Хана и Лян Цзэ. Как у пары шиншилл. А что насчет вас?

 

КОНЕЦ

 

КАЛЬЯННЫЙ ПЕРЕУЛОК, № 10

Перевод: Лина Нгуен

Корректор: Марина Лаптева

Редактор: Елена Туравинина 

Глава 33: Спешл 1. ПИТЬ! ПИТЬ! ПИТЬ!

Хан Хан был доволен, после того как слопал огромную порцию лапши, по идее, он мог бы уже лечь в постель и расслабиться. Было уже так поздно и не понятно, почему его дружок Лян Цзэ еще не вернулся.

Хан Хан посмотрел на телефон: 2.03 ночи. Он позвонил Лян Цзэ, но тот не поднял трубку. 

И думать не надо, он, несомненно, напился и забыл дорогу домой.

Насчет пьянства. Каждый раз, когда Лян Цзэ начинал пить, то всегда пил «в говно», когда Хан Хан познакомился с ним, то уже знал, что он из такого рода людей. Потом, когда они стали друзьями, Лян Цзэ стал пить меньше. Вот только прошло несколько лет, и они из молодоженов превратились в «старого мужа» и «старую жену», и  эта «старая женушка» решила тряхнуть стариной, снова стала участницей пьяных компаний мира искусства.  Хан Хан вспомнил: в тот момент, когда Лян Цзэ вступил эту ассоциацию писателей - это и было началом всего зла. Сами подумайте, кучка писателей, собирались каждый  раз не для того, чтобы сгруппировать команду футболистов, не для того, чтобы организовать  хор, и не для того, чтобы стать танцевальной группой. Тогда для чего?  Ну, конечно, для того, чтобы отжечь, чтобы притвориться мирными и льстить друг другу! И такого рода занятия никак не обходились без алкоголя.

Лян Цзэ ходил на такие тусовки. Поначалу Хан Хан не жаловался, не контролировал его, ведь все таки Лян Цзэ мужчина. Пьет? Ну, пусть. Но потом это стало учащаться и ударило по финансам их семьи, так что Хан Хану пора  было предъявить жалобу.

Насчет постоянства.

3 дня маленьких потасовок, 5 дней больших.

Ну ладно, маленькие потасовки. Как максимум, залезет на крышу, сдерет кирпичик, затем начнет махать ручкой и просить друга расписаться. Ну и что, ну, сколько на крыше есть кирпичиков? Или, как максимум, пока вы спите, он  поднимет вас и начнет диктовать  современную философию, это займет всего лишь в пару часов! Наговорится, надоест, снова послушно ляжет рядом с вами и продолжит спать.

Ну, а большие потасовки - те просто выходят за грани человеческих фантазий. Например, Хан Хан с раннего утра получил звонок из участка, полицейский  сказал: 

«Ваш друг в 4 часа утра потребовал, во что бы ни стало, войти в Юнхэгун. Говорит, только в это время молитвы могут исполниться. Монах вышел объяснить, что еще не настало время посещений, но он не слушал и хотел перелезть через стену, чтобы войти внутрь! Никак не могли его уговорить, и остановить его было не по силам, в итоге монаху пришлось позвонить в 110!».

 

Или, например: Лян Цзэ так напился, что уже совсем ничего не соображал, взял деньги из бюджета «Cashbox Partyworld»  и настаивал за всех заплатить. Ему объяснили, что платежный терминал неисправен, так что карточки не действуют, а он стукнул по кассе и начал ругаться. Стоило ему напиться, его речь ему уже не подчинялась, а все тело становилось пропахшим алкоголем. И, как бы вы при этом ни были красивы, все девушки от вас сбегут! Не трудно было догадаться, что его сильно бесило, когда язык ему не подчинялся. Ну, а когда он приходил в бешенство, то, конечно же, начинал крушить все вокруг.

На самом деле Хан Хан считал так: 

Хочешь крушить? Ну, круши! Я за тебя заплачу ущерб, но только не нужно запрыгивать на барную стойку и танцевать. Если хочется танцевать, ну ладно, не так уж это и невозможно. Вот только ты штаны с себя не стягивай и не крути потом ими в руке над головой!

Или же, например, если хочешь пьянствовать - пьянствуй. А после того, как напился, просто найди себе какой-нибудь уголок и ложись, я не против. Но тебя ведь подпёрло перелезть через стену в монастырь. Ну ладно, ты просто залез, но на кой черт ты разрисовал их стены?!!! И раз кишка не тонка, и тебе хватило смелости разрисовать их стену, то не терял бы сразу там сознание. Ты, что, не знал, что если потеряешь там сознание, то они тебя застукают? Не знал, что если тебя обнаружат, то поведут в участок? Да те полицейские уже давно тебя все в лицо знают, и как тебе помочь? Ведь ты же пытался разрисовать историческое наследие народа!!!

Давайте поговорим немного о финансовом кризисе семьи.

Друзьям Лян Цзэ очень нравилось с ним пить. Ну и почему же?

 

Потому что нашелся такой дурак, который потом за них все оплатит! Даже, если кто-то хотел взять на себя оплату счета, он непременно боролся до последнего, чтобы оплатить!

Вот это именно то, чего Хан Хан просто не выносил! Они жили вместе и их деньги были общие. Ну а теперь настали вот такие дни в конце каждого месяца, когда у Хан Хана снова появлялась головная боль. «Да, у меня есть деньги, не такой уж я и нуждающийся, но я тебе не неисчерпаемый золотой источник!»

Поэтому, Хан Хан просто не мог не убирать свои деньги  подальше от Лян Цзэ. А стоило ему увидеть деньги у Лян Цзэ, в количестве, превосходящем 5 тысяч, то он тут же их отбирал, клал на счет в банке, а пароль, конечно же, не сообщал Лян Цзэ. Кроме того, он даже пригрозил Лян Цзэ, что урежет ему карманные деньги, но тот все еще не мог остановиться, он все еще специально тратил по 2 или 3 тысячи. 

Теперь Лян Цзэ стал популярным писателем, многие знаменитые журналисты искали его, чтобы написать о нем. До этого, одно издательство уже приходило, и хотело, чтобы он написал автобиографию, Лян Цзэ сразу же похвастался этим Хан Хану, а тот спросил:

«Как называется издательство?» Лян Цзэ в полном восторге ответил: «Пьяница Пекина!». 

Хан Хан сразу стукнул Лян Цзэ. 

Ну, и наконец, поговорим о том, как после пьянства он начинал давить на людей.

Обычно, в какую позу его положишь, в такой он и лежит. Но когда напивался, то в нем сразу просыпался демон. Неуклюже придавливал Хан Хана собой, весь  пропахший алкоголем и с рожей люмпен-пролетариата (примечание переводчика: люмпенпролетариат в переводе с немецкого - деклассированный слой людей - бродяги, нищие). А снизу у него еще и твердо встает!!! «Да ты даже разговаривать нормально не можешь, что уж говорить о том, чтобы заниматься этим». В общем, Лян Цзэ просто до смерти бесил Хан Хана.

Нормально ему говоришь, он не слушает. Ругаешь его - в одно ухо влетело, через другое вылетело. Стоило телефону зазвенеть, он даже не задумывался, сразу бежал на тусовку. Плевал на слова Хан Хана, все было бесполезно!

Поэтому, он включал наушники, выключал его телефон, и запирал кое-какого писателя в доме.

Но все равно это было безрезультатно, за ним приходил какой-нибудь друг, и попросил подвезти, стоял внизу и звал его.

 

Однажды Хан Хан даже с довольно строгим серьезным лицо завел с ним разговор, Лян Цзэ лишь ответил: «Моя автобиография должна же описать  все, что происходит вокруг меня, разве не так? А если я сделаю все плохо, то откуда у меня будут деньги, чтобы купить тебе рубашку от Versace?». 

Хан Хан злобно ответил: «Не покупай! Я не буду это надевать!».

Завязка с алкоголем, такая же, как с сигаретами. Если не быть стойким и не иметь силы воли, то, как бы ему окружающие не советовали, это все равно не подействует.

Для того чтобы Лян Цзэ понял вину и честно завязал с алкоголем, должны были произойти четыре позорных ситуации.

В один день Лян Цзэ позвонил редактор еженедельника, тот сказал: «Лян Цзэ, что с тобой! Что это ты тут пишешь?».

Лян Цзэ  был в ступоре: «А?».

Редактор сказал: «В тот день я тебе не эту тему прислал, за проект  «Искусство совместной жизни с мужчиной»  отвечаешь не ты! Даже если я перепутал, то, как ты мог писать на такую тему? Но ты без возражений все еще продолжаешь писать... Слушай, я не хочу повторяться!» 

Лян Цзэ, услышав рев, сразу задрожал. Кажется, в тот день он вернулся пьяный и сразу же принялся писать, но... Что же он написал? Искусство совместной жизни с мужчиной... «Что же я там написал? Что такого я написал, что редактор в таком бешенстве?».

Только подумал, стало страшно.

После того, как он получил общие результаты обследований здоровья, и увидел уровень холестерина в своей крови, ему просто не хватило больше смелости продолжать пить.

Поэтому он сказал: «Красавчик, я хочу завязать с алкоголем!».

«Завязать с алкоголем? Шутишь? Хочешь завязать с алкоголем и все же продолжаешь тусоваться вне дома всю ночь? Да как тогда ты сможешь завязать?».

Как же Хан Хану повезло-то, а!

Посреди ночи: 3 часа ночи - это время алкоголя, все собираются на пьяные вечеринки и забывают себя. Вначале были Лян Цзэ, Сунь Цзы, старик Кан, Се Джин Ян.  Сунь Цзы созвала всех писателей сегодня, чтобы похвастаться прибылью, а затем подписать новые договоры. После того, как закончили с делами, Се Джин Ян не позволила ему пойти  домой, сказав, что если он вот так уйдет, то пропустит все веселье. Она потребовала, чтобы Лян Цзэ остался еще ненадолго. Лян Цзэ был в тупике, он никогда не был в этой копании! Но в итоге, все его потащили, так что пришлось пойти. Но он еще должен был встретиться с Лонг Чици и еще с кучей друзей, в общем, ураган его еще ждал впереди. Затем 2 группы соединились в одну, стало еще больше народу. Вся компания вышла из бара и пошла прямиком в караоке.

Лян Цзэ постоянно говорил, что он должен пойти домой, но Лонг Чици твердил:

  • Что за чушь, завтра я уезжаю в горы, ты должен сегодня за меня выпить еще пару рюмок!

Лонг Чици оправдывал свое имя (его имя переводится как Дракон Речи), он был сценарист, у которого был дар говорить очень красиво, его всегда можно было встретить на таких тусовках, а если не было видно, значит, несомненно, его заперли дома спонсоры.

Лян Цзэ спросил: 

  • Куда тебя в этот раз снова отправляют?
  • Лушань, - отвечал Лонг Чици (горы).
  • О, отличное место, пейзажи там просто отличные! – сказал Лян Цзэ.

Лонг Чици схватил бутылку вина и возмутился: 

  • Не мели чушь! Они говорят, что мои сценарии слишком затянуты. Прошло вот уже 3 серии, а зрителям до сих пор не понятно, о чем говорится. Они меня там запереть пытаются, для того чтобы я исправился. = =

Все веселились. Лян Цзэ просто не мог больше терпеть того, что Лонг Чици постоянно заставлял его пить. Он говорил такие речи, будто его скоро собирались казнить, а после каждого предложения еще и выпивал по рюмке. Микрофон снова не работал, всего было 2 микрофона, и они от начала до конца были в руках старика Кана и Джин Ян. 

Когда все уже напились до того, что сами себя не узнавали, вот только тогда эта компания начала расходиться. 

Из девяти человек, в конечном итоге остались только Лян Цзэ и старик Кан.

Постепенно все разошлись по домам. Лян Цзэ поймал такси и вернулся в Кальянный переулок, как раз когда уже начинало светать.

 

Хоть и было начало лета, но равно утром было все еще холодно. Он поднял воротник, на цыпочках вошел в дом. В эту минуту он молился только о том, чтобы Хан Хан спал как мертвый. Тогда он мог бы быстренько раздеться, затем запрыгнуть в его объятия и прижаться к груди, делая вид, что он давно вернулся.

Возле магазина Лян Цзэ увидел велосипед Ин Ин.

 «Эх, что, её снова парень пришел забирать? Не забрала еще велосипед?».

Начет велосипеда Ин Ин - у Лян Цзэ было особое влечение к этому велосипеду. Она часто одалживала его Лян Цзэ, потому что когда он напивался, на следующий день Хан Хан просто не позволял ему куда-либо ездить на машине. И если он ошивался где-то поблизости, то сразу же просил одолжить этот велосипед.

И каждый раз, когда Ин Ин меняла велосипед, Хан Хан это оплачивал.

Почему?

А все так.

Однажды, Лян Цзэ взял велосипед, затем встретил Лонг Чици, который был пьян и начал скандалить. Тот сказал, что толкнет его, ну Лян Цзэ и позволил ему это сделать: «Хочешь толкать, толкай». Но чем дальше, тем больше ему казалось, что что-то не так. Поэтому, когда велосипед направился в сторону реки, он тут же прыгнул на иву поблизости. Именно поэтому он остался на берегу, а велосипед ушел прямо в реку.

Это был момент, когда первый велосипед попрощался с жизнью.

Затем второй. Второй велосипед... Мы можем потихоньку про него рассказать.

Второй велосипед был тогда совершенно новый. Лян Цзэ вывел его, пошел есть. Или точнее сказать, вышел поесть. Тогда была уже поздняя ночь, Лян Цзэ был подвыпивший, затем ему встретилась Си Джин Ян и заговорила с ним, и он сразу побежал с ней по второму кругу. Это была закусочная на западной стороне, было лето, поэтому двери были широко распахнуты. Лян Цзэ забыл, что нужно слезть с велосипеда, на нем так и ворвался внутрь. Ну как персонал мог ему такое позволить? Потому его попросили вывезти велосипед наружу. Лян Цзэ боялся, что велосипед стащат, так что приковал его к забору. Но когда он потом вышел, что уж и говорить о велосипеде, даже от замка ничего не осталось!

Третий велосипед: Ин Ин в этот раз купила подержанный велосипед. Подумала, если в этот раз Лян Цзэ поедет на нем, то его все равно не станут воровать. Жаль только, все  наоборот. В тот день Лян Цзэ снова напился в закусочной, собрался домой, но с